Ничего себе! А вот мне, обычно, далеко не с первой попытки удаётся уговорить его убрать на ночь игрушки. Но я же всего лишь мама, разве я могу конкурировать с самим самосвалом Сёмой?
Макс аккуратно перемещается в коридор, следом за Альбиной Андреевной. Судя по недоумённым взглядам, которым обменялись работники съёмочной группы, что-то явно пошло не по плану.
- Тимк, ты пока убирайся, а я сейчас...
Какое-то нехорошее предчувствие оседает у меня внутри, запуская по венам неконтролируемое волнение. Плотно прикрываю за собой дверь в детскую и прохожу в коридор, из которого было отлично слышен разговор Максима и продюсера мультсериала.
- Альбин, так нельзя! - на весь подъезд грозно гремел голос Макса, который стянул с себя верхнюю часть от самосвала. Чтобы Семёнов мог нормально расположиться в своём огромном костюме, ему пришлось выйти на лестничную площадку.
- Почему? Мы все условия выполнили. Развлекательная часть была, сейчас вручим подарок и поедем...
Как?! Уже?!
Сердце болезненно сжимается внутри при мысли, что осталось всего лишь каких-то несколько минут до того, как Максим Семёнов навсегда исчезнет из нашей жизни. И всё, что нам останется с Тимохой это вспоминать памятную встречу и лицезреть любимого героя на экране телевизора...
- Альбин, я обещал две части развлекательного блока!
- Кому? Его мамке? Думаешь, она что-то в этом понимает? Да они уже от радости прыгают до потолка, что мы к ним приехали! Ты знаешь, какой я им от спонсора подарок выбила?
- Альбин, перестань! Так не делают!
- Макс, поверь, для них уже целое событие, что у них дома побывал сам самосвал Сёма! Ты слишком сильно заморачиваешься! Пускай скажут спасибо, что мы вообще к ним согласились приехать! Ты видел эту их обшарпанную халупу? У меня были очень большие сомнения, стоит ли отдавать им победу в конкурсе, учитывая, какие у них жилищные условия. Нет, я понимаю, благотворительность, добрые дела, но нам нужно думать и о том, чтобы на выходе получился годный контент…
Халупа? Так значит выглядит со стороны наша маленькая уютная квартирка в глазах этой высокомерной фифы?!
Чувствую, как у меня начинают дрожать губы от обиды и невыплаканных слёз.
Никакая у нас не халупа! Мы же не алкоголики там какие-то или наркоманы... После смерти мамы, мне пришлось продать нашу двухкомнатную квартиру и переехать в район попроще. Это была вынужденная мера, чтобы хоть как-то сводить концы с концами и иметь небольшую финансовую подушку на случай форс-мажоров. Потому что никаких родственников у меня больше не было и в случае чего, рассчитывать я могла только на себя.
Да, ремонт у нас самый обычный, а не дизайнерский. И обои я клеила сама. Ну и что? Зато у нас чисто и уютно! Я с огромной любовью обставляла свою квартиру, выкраивала деньги, чтобы купить какую-нибудь милую вещицу для интерьера. А уж для комнаты Тимохи я вообще никогда ни на что не скупилась! В ней есть всё, что нужно маленькому ребенку и она тоже невероятно красивая и уютная!
- Альбин, я не хочу слушать весь этот бред! Мне нужно возвращаться и провести до конца программу.
- Макс, у нас нет времени на эту ерунду, когда есть более приоритетные задачи! - продолжала гнуть свою линию Казакова, воинственно скрестив руки на груди. - Неужели ты не понимаешь, что завтра всё должно быть идеально?! К тебе приедет брать интервью крупный федеральный канал! Нам надо подготовиться, а ты зациклился на каком-то сопливом мальчишке!
На глаза вновь наворачиваются слёзы, но на этот раз от несправедливости и обиды за Тимку. Какой-то сопливый мальчишка?! Неужели эта бездушная стерва не понимает, как сильно мальчик ждал встречи со своим любимым героем?! Как можно так наплевательски относиться к мечте ребенка?! Она ведь тоже когда-то была маленькой и верила в чудеса... И, если уж чудо действительно произошло, и Тимка выиграл поздравление, зачем обрубать программу на середине?
- Альбин, я в состоянии хорошо провести интервью без каких-либо дополнительных репетиций, - холодно отозвался Макс. Даже из коридора я видела каким напряжённым стало его лицо, а ярко-голубые глаза потемнели от гнева. - Я на ногах с шести утра и целый день нормально не жрал! Нет, я понимаю, что праздники и все сходят с ума. Но давай немного сбавим обороты? Ребята тоже весь день на ногах и хотят домой.
- Масик, я понимаю... Поэтому давай по-быстрому проведём поздравительную часть, заедем в студию, пару раз пройдёмся по вопросам интервью и уже потом со спокойной душой будем отдыхать? - промурлыкала Альбина Андреевна, начиная медленно скользить ладонями по груди Макса, - Сегодня останешься у меня, сделаю тебе расслабляющий массаж...
Казакова стояла ко мне спиной, поэтому я не видела её томного взгляда, обращённого к Максу, но по сексуальным ноткам в голосе не сложно было догадаться, что такие предложения для неё были обычным делом.
Роман на работе – как это банально и удобно. Идеальный вариант, с учётом их с Максом плотного графика.
Ревновать Семёнова было глупо. Мы друг другу никто. Он свободный и очень привлекательный мужчина, который имел полное право спать с кем хочет. Но вопреки всякой логике, тысяч стрел ревности вонзились мне в сердце при виде этой раздирающей душу картины…
- Альбин, хватит. Я возвращаюсь и дорабатываю программу, как положено.
- Семёнов, ты пуленепробиваемый! - прошипела блондинка, со злости стукнув кулачком по плечу Макса.
- Какой есть, - бурчит он в ответ, возвращаясь в прихожую. Но тут же резко останавливается, увидев меня.
Поспешно отвожу взгляд в сторону, чтобы он не заметил моего расстроенного лица.
- Вы всё слышали, да? - с тяжёлым вздохом спрашивает Макс.
Просто киваю в ответ, стараясь справится с потоком слёз, которые душили меня на протяжении их разговора с продюсером.
- Извините... И не принимайте это всё, пожалуйста, близко к сердцу. Альбину Андреевну на нервах иногда заносит...
- Семёнов, иди уже работай! - рявкнула продюсер, проходя обратно в прихожую.
Окидывает меня презрительным взглядом и утыкается в телефон, начиная яростно отстукивать длинными острыми ногтями по экрану, набирая кому-то сообщение. Семёнов вновь надевает на себя кабину и возвращается к Тимке.
Сын приветствует нас очередным радостным воплем, громкости которого позавидовал бы и сам Чингачгук. Не могу сдержать улыбки при виде его счастливой мордашки, хотя осадок после того, что я услышала, конечно, остался. Поэтому, когда Тимке наконец вручили тот самый подарок от спонсора, упакованный в огромную коробку с бантом, я едва могла выдавить из себя на камеру несколько слов благодарности.
- Сёма, погоди! Я же тебе свои рисунки не показал! – опомнился Тимка, когда Макс уже помахал ему рукой на прощание. – Там ты борешься с монстром!
Семёнов на мгновение застывает в дверях, но потом все-таки поворачивается к сыну:
- Я надеюсь, я его побеждаю?
- А то! – расплывается в широкой улыбке Тимофей, сгребая со своего детского столика стопку рисунков.
- Тим, давай мы Сёме по почте отправим твои самые классные рисунки, и он потом посмотрит у себя в гараже. Время уже позднее… - пытаюсь немного остудить пыл сына. Я знаю, что одними рисунками дело точно не ограничится. Я и сама очень часто попадалась на этот крючок, не в силах проявить твёрдость и отказать умоляющей милой мордашке.
- Ничего страшного, я никуда не спешу, - заявил Макс, аккуратно опускаясь на пол в своём костюме, чтобы рассмотреть Тимкины рисунки. Как я и предполагала, почувствовав, расположение любимого героя, Тимофей решил в подробностях рассказать о каждом своём рисунке – что изображено, из какой это серии, какие суперспосбности проявил Сема, чтобы спасти город от злодеев.
- Тим, уже поздно, нам нужно укладываться, - напомнила я сыну, сгорая от неловкости и стыда за то, что мы задерживаем из-за каких-то рисунков всю съёмочную команду. Альбина Андреевна несколько раз уже заглядывала к нам в детскую и окидывала склонившихся над рисунками Тимку и Макса своим фирменным недовольным взглядом.
