- Доченька! - кричала тетя Бася. - Вернись!
Все произошло очень быстро. С неба упала молния, и там, где только что бежала Миленка, вспыхнуло, как будто зажгли костер. Все вокруг как-то громко вздохнули, а тетя Бася страшно закричала и, вырвавшись из рук людей, державших ее, бросилась наружу.
- Ы-ы-ы! - выла она.
И опять сверху упала молния, и на месте тети Баси тоже загорелся большой костер. Иван подумал, что это такая игра, и тоже хотел выбежать на луг. Его не пустили.
Детей тут же увели внутрь, но Иван умудрился в суматохе удрать, вернулся к воротам и спрятался в угол. Вокруг теперь стояли взрослые дяди и молча смотрели туда, наружу. Что там происходило, Ивану видно не было. Дяди стояли и молчали, а потом дядя Эрвин, отец Миленки, вдруг выругался и сказал: "Будь мы все прокляты, кроты в норе!" А потом старик произнес: "Можно!", И все вышли на улицу, и мимо затаившегося Ивана пронесли носилки, на которых лежало что-то черное и непонятное, и от этого черного невкусно пахло.
И тогда Иван тоже вышел наружу. Ни тети Баси, ни Миленки там не было. На лугу появились два круглых пятна, в которых не стало травы. Иван долго сидел и смотрел на эти круги, пока кто-то не подошел и не сказал:
- Видишь, что делает Черный Крест?.. Сразу двух женщин потеряли.
Иван поднял голову. Рядом с ним стоял тот самый старик, который сидел на холме.
- А зачем их потеряли? - спросил Иван.
Старик грустно улыбнулся.
А потом на луг прибежала мама и поколотила Ивана. Он потому и запомнил тот день, что ни до него, ни после мать никогда не дралась. А потом они вместе сидели в своей камере и вместе плакали - Иван от боли и обиды, а мать - неизвестно от чего.
Через некоторое время черные круги на лугу снова заросли травой, только она была покороче, чем та, что вокруг. В эти круги дети начали ставить тех, кто водит.
А Миленку и тетю Басю Иван больше никогда не видел. Мама сказала, что их убил Черный Крест.
5. ДЕНЬ ПОЗАВЧЕРАШНИЙ
Крест не появился и тогда, когда совсем рассвело. Иван шел вдоль реки, все время придерживаясь кромки прибрежных кустов, чтобы в случае, если появится Крест, быстро скрыться в их густых зарослях. Он, правда, не очень-то верил в надежность этого укрытия, но, поскольку ничего лучшего в округе все равно не было, оставалось надеяться, что пронесет. Да и надоело бояться...
Карта вела Ивана на юго-запад, и это было прекрасно. По крайней мере, не нужно постоянно оглядываться назад, потому что точка, в которой обычно появляется Черный Крест, все время была перед глазами. Солнце светило Ивану в спину, и тень убегала из-под ног, поминутно отвлекая, мешая, притягивая к себе взгляд. Пока еще было не жарко, и Иван шел быстро, почти бежал. Вокруг во множестве красовались цветы. Росли они странным порядком: одинаковые тяготели другу к другу, и луг совсем не напоминал пестрый ковер, как луга вблизи Приюта. Скорее он был похож на одеяло Зрячего Мэта - такие же четко отделенные друг от друга разноцветные пятна, только живые и бесформенные. Можно подумать, что кто-то неведомый специально высеивал цветы именно таким образом, выстраивая только ему понятную мозаику. Впрочем, это было еще не самое страшное; гораздо более страшным было то, что за столько лет лес не сделал никаких попыток завоевать эти обширные свободные пространства. Нигде не росло ничего похожего хотя бы на маленькое корявое деревце, только трава, цветы да кусты вдоль берега. И это была еще одна причина, почему Иван так торопился покинуть эти открытые места. От предков с их всесильной наукой и идиотским отношением к окружающему миру можно было ожидать чего угодно. Где гарантия, что, пройдя по этим лугам, не перестанешь расти сам?..
Поэтому Иван подгонял себя изо всех сил. Высокая трава путами цеплялась за ноги, нещадно колотил по груди лайтинг, со лба тек соленый пот... Впрочем, лайтинг еще можно было укротить, для этого достаточно положить на него обе руки. А вот что делать с сумкой? Она становилась все тяжелей и тяжелей, словно кто-то невидимый время от времени подкладывал в нее увесистые булыжники. Иван остановился, снял с себя куртку, привязал ее к сумке и снова взвалил ношу на плечи. Идти стало легче, но ненадолго.
И тогда он пожалел, что пустился в дорогу один. Насколько проще идти вдвоем! Можно нести груз по очереди, можно разговаривать, можно просто петь. Хором. На два голоса. А главное, было бы не так страшно и одиноко.
А это мысль, сказал себе Иван и запел. Целиком он знал всего одну песню. Это была любимая мамина песня, которую она пела довольно часто. Маршируя и высоко поднимая ноги, Иван прокричал про окрасившийся багрянцем месяц, про красотку, которую зовут кататься по морю, и ему показалось, что груз несколько облегчился. Воодушевленный этим открытием, он заорал во все горло и когда дошел до того места, где красотка доверилась коварному изменщику, что-то вдруг пискнуло, и знакомый голос произнес:
- Айвэн! Ты меня слышишь?
От неожиданности Иван прикусил язык. Голос принадлежал Зрячему Мэту, но откуда он доносился, Иван понять не мог.
- Ты слышишь меня, Айвэн?.. Ты узнаешь меня?
Иван перестал шипеть от боли. Он понял, откуда доносится голос старика. Голос шел из часов. Мэт продолжал говорить, визгливо, злобно:
- Я знаю, что ты меня слышишь, подлец! Отвечай!
Иван вздохнул.
- Я слышу вас, мистер Коллинз, - сказал он.
- А-а-а! - торжествующе завопил старик. - Слышишь?.. Ну так слушай!.. Я найду тебя, где бы ты не спрятался... Приют велик, но не бесконечен. Я всех Слепых на ноги подниму, ты понял?.. Мы обыщем каждый этаж, каждую камеру... И мы тебя найдем! И выгоним! Понял?.. В Приюте еще не было воров! Ты первый!
Второй, хотел сказать Иван, первый вы, мистер Зрячий Мэт. Хотел, но сдержался.
- Не надо меня искать, - устало сказал он. - И гнать не надо... Я с рассвета на улице. Наверное, уже миль пять прошел.
Он услышал, как поперхнулся старик. Наступила тишина, только пели птицы над головой, да прогудел рядом большой жук. Кажется, шмель. Наконец, Мэт с трудом проговорил:
- Айвэн! Зачем ты это сделал?.. Мне будет больно, если ты погибнешь! Ведь ты мог стать моим учеником.
Тон старика был совсем другим, в нем появились необычные лебезящие нотки. Как будто Зрячий Мэт в чем-то провинился и собирается просить прощения у него, Ивана.
- Я хочу посмотреть, чем можно разжиться, - сказал Иван. - Сами же знаете, что мы на грани голода... И не надо меня пугать! В погоню за мной вы все равно не броситесь, а от Черного Креста я прячусь в кусты.
- Ну ладно, ладно, - примирительно сказал старик. - Ты смелый мальчик!.. Я думал, ты для баловства... Только Айвэн! - Старик кашлянул, словно находясь в нерешительности. - Ты утащил у меня одну нужную вещь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
