Но в разговоре отчаянно пытались обходить острые углы и не затрагивать темы, которые могли бы напомнить Стивену о Трисии.
Мистер Уэйкфилд повернулся к жене и, улыбнувшись, сказал:
– Твое жаркое просто изумительно! Еду хвалили все, за исключением Стивена, чьи мысли витали где-то далеко.
– Положить еще гороха, Стив? – поинтересовался папа.
– Нет, спасибо, – буркнул Стив в ответ, – я еще это не съел.
За столом воцарилось неловкое молчание. Миссис Уэйкфилд нервно отбросила упавшую на лицо прядь волос. Она окинула всех взглядом и перехватила взгляды дочерей.
Элизабет и Джессика унаследовали от матери замечательные зеленовато-голубые глаза, белокурые локоны; фигуре миссис Уэйкфилд могла бы позавидовать любая девушка, а ее удивленное и растерянное выражение лица дополнило в эту минуту сходство с близнецами.
Мама прокашлялась, словно тянула время перед каким-то серьезным разговором.
– Ну что, я так понимаю, вы двое всю неделю отдыхаете от школы?
– Да, спасибо небесам! – Джессика скорей бы переделала все дела по дому, чем каждый день ходить в школу.
Поэтому недельные каникулы явились для нее желанным подарком.
Папа посмотрел на дочерей и улыбнулся:
– И у вас уже утверждены грандиозные планы?
Элизабет незаметно для окружающих, но ощутимо для Джессики пнула ее под столом ногой. Но та отнюдь не нуждалась в таком побуждении. Джес знала, что настал момент претворить в жизнь их план.
– Ну, – начала она, – ничего особенного. Только завтра вечером Кара устраивает вечеринку.
– Наверняка там будет весело, – сказала мама, накладывая себе еще жаркое.
– Это не такое уж большое событие, – продолжала Джес, – просто соберутся ребята из школы.
Она с надеждой взглянула на Стивена, который, однако, ни на что не реагировал. Создавалось впечатление, что он даже не слушает. Старший брат просто сидел за столом, поглощенный своими мыслями, и нехотя ковырял вилкой в тарелке.
– С кем же пойдешь ты? – очень кстати спросил дочь мистер Уэйкфилд.
Джессика даже не поверила своей удаче. Разговор не получился бы более невинным, даже если бы Джес заранее распределила роли.
– Ну, вообще-то у меня до сих пор еще нет кавалера. Я не теряю надежды до самой последней минуты, но, видимо, придется с этим смириться.
Нед Уэйкфилд начал намазывать маслом булочку, потом сказал:
– Я уверен, что это не помешает тебе неплохо провести время. – Он повернулся к другой дочери и произнес: – Смею предположить, мисс, что вы идете с Тоддом?
– Конечно. – Элизабет обнадеживающе взглянула на Джессику.
– Вообще-то, я не дикая, чтобы идти туда одной, – медленно произнесла Джес, – и я подумала, может, ты пойдешь вместе со мной, Стив?
Стивен медлил с ответом, словно ища какой-то подвох в словах сестры. Наконец он спросил напрямик:
– Ведь ты не собираешься снова начать всю эту ерунду с Карой?
Джессика поняла, что все оказалось напрасно, и лишь промямлила в ответ:
– Нет, я просто подумала...
Стивен начал выходить из себя:
– Когда, наконец, ты поймешь, Джес? По-моему, я совершенно ясно дал тебе понять, что меня не интересует Кара Уокер, и никогда не интересовала!
– Да я не пыталась сделать ничего подобного. Я просто подумала... – слабо протестовала Джессика.
Но Стивен перебил ее:
– Ты когда-нибудь перестанешь лезть не в свои дела?!
Все ожидали, что Стив скажет что-то еще, но вместо этого он лишь бросил на стол смятую салфетку и пулей выскочил за дверь.
В столовой наступила гробовая тишина, которую нарушил мистер Уэйкфилд:
– Он прав, Джес! Тебе не приходила в голову мысль, что еще рановато заниматься подобными вещами?
– Правда, Джессика, – добавила мать, – я думаю, тебе надо быть более тактичной. Ведь прошло не так уж много времени с тех поp, как Трисия... – Ее голос задрожал.
– Джессика не виновата! – Немедленно вступилась за сестру Элизабет. – Это была моя идея. Мне показалось, что Стив хоть ненадолго отвлечется от своих тяжелых мыслей. Не может же он провести остаток своих дней в тоске! Почему вы не хотите этого понять. Мы с Джессикой не имели в виду, что Стив должен тут же влюбиться в Кару, а просто собирались чем-то привлечь его внимание. Нам очень хотелось помочь ему.
– Прости меня, Джес! – сказал мистер Уэйкфилд. – Прости за то, что я сделал поспешные выводы.
– Конечно, – фыркнула Джессика. – Элизабет вам сейчас все объяснит! И ведь если бы это на самом деле была идея Лиз, то вы бы несомненно ее одобрили! – Она поднялась. – Я тоже пойду? Я обещала Каре встретиться с ней в половине восьмого...
– Если ты закончила ужинать, конечно, иди, – ответил папа.
Джес аккуратно сложила свою салфетку и вышла из комнаты, едва сдерживая негодование.
«Конечно, так бывает всегда, – думала она, – все обязательно делают поспешные выводы относительно меня! И никогда не поступили бы так с Элизабет!»
Джессика пулей промчалась по лестнице, схватила свою сумку и выбежала из дома.
Красный «фиат», который она делила с сестрой, был припаркован у дома.
«Я даже не могу ошибиться. И все только потому, что я член этой семьи непогрешимых!» – не унималась Джессика.
Мысли Джессики не трогались с места точно так же, как и ее машина.
«Ведь я только пыталась помочь Стиву избавиться от его депрессии. И я же оказалась виновата. Ну разве это справедливо!»
Джессика была настолько погружена в свои горестные мысли, что даже не заметила Элизабет.
Сестра легонько постучала в окно машины, и все мысли Джес как ветром сдуло. Она опустила стекло и пристально взглянула на Элизабет.
– Прости, Джес! Если бы я только знала, что они так все раскритикуют...
– Забудь! – великодушно бросила Джессика. – Я ждала этого.
– Ждала чего? Что ты имеешь в виду?
– Перестань, Лиз! Ты же прекрасно знаешь, о чем я говорю. Ведь все должно быть одинаково у нас с тобой, а получается...
Элизабет очень хотелось ободрить Джессику.
– Джес, ты должна понять...
– Да, конечно, я все понимаю. Все волновались из-за Стива, и естественно, что нервы у всех взвинчены до предела. Но у меня тоже нервы не железные, Лиз! Ты что, думаешь, я получаю от всего этого удовольствие?!
– Удовольствие – от чего? – не поняла Элизабет.
Джессика устало посмотрела на нее. Что толку было объяснять ей все это? Ведь она все равно не сможет ее понять. Она, которой все всегда дается легко! Окружающие верят каждому ее слову и прислушиваются ко всем ее советам.
«Мне надоело быть этаким отрицательным героем, – подумала Джессика, – уж лучше бы мне вообще не рождаться на свет!»
Но она все же постаралась сдержать свои эмоции и ласково посмотрела на Элизабет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
