Читаем без скачивания Ad infinitum - Варвара Мадоши

— А почему Сухой Удильщик?

— Считается, что он удит звезды на сухой земле, потому что для него время свернулось в кольцо. По мне, так просто живописная старая скала… сказал бы я, когда б не прожил на этом свете все растянутые годы! — Пуллингс рассмеялся. — Еще чаю?

«Какое интересное переложение явно древней интерпретации тектонического сдвига и социальных метаморфоз, связанных с проявлением оседлости, на примере колониальной британской традиции», — подумал Стивен про себя.

А вслух сказал:

— Нет, благодарю.

— Может быть еще историй? Про Певунью Кэт или Гленн из Золотой Дубравы?

— Вы меня очень обяжете.

Луна высоко взобралась над горизонтом, когда Стивен, отдышавшись, поднялся на холм, с которого утром смотрел на море… или это был другой? Да, похоже на то: Стивен увидел длинный ряд таких же вересковых холмов, убегающих вниз, к растрепанной полоске леса. Дул несильный ветер в сторону моря, которое под луной казалось прозрачным, точно озеро или пруд. «Только лилий не хватает», — пробормотал Стивен и попытался сообразить, далеко ли он забрел от деревни. По всему выходило, что далековато: ни мест этих, ни линии побережья он не узнавал. Видимо, из коттеджа Пуллингса он сразу свернул не туда, а потом еще раз не туда. Или как раз туда — это уже не делало никакой разницы.

Наверное, стоило заночевать, как и было предложено, но Стивену хотелось пройтись, а вот оставаться под кровом этого непонятного долгожителя не хотелось. Да и истории под конец начали повторяться — происхождение местных топонимов он записал чуть ли не с самого начала. Самых древних историй всегда не слишком много.

— В конце концов, если эти холмы так похожи друг на друга, есть ли разница, куда я приду? — спросил Стивен сам себя, и эта мысль его успокоила.

Возвращаться назад к двухсотвосьмидесятилетнему Пуллингсу теперь хотелось еще меньше. Может быть, заночевать прямо тут? Днем, кажется, снилось что-то интересное.

Он обернулся, только чтобы обнаружить, что вершина холма абсолютно пуста — если не считать огромного серого валуна на самом краю. По форме валун, размером с кузов небольшого грузовика, странно напоминал человека богатырских пропорций, сидящего, подтянув ноги к груди.

— Возможно, ты и есть тот самый Сухой Удильщик, братец, — сказал Стивен, подойдя к валуну и хлопнув его по нагретому боку. — Интересно, как ты сюда попал?… Следов ледника я не вижу… Впрочем, местные жители могли установить тебя в незапамятные времена для ритуальных целей. Давай-ка посмотрим, есть ли на тебе какие-нибудь руны…

Рун то ли не было, то ли он просто не смог рассмотреть их в лунном свете. Пожав плечами, Стивен скинул рюкзак — жалко, кофе не осталось, ну да ладно — и уселся, прислонившись спиной к теплому камню. Вот и чудно. До утра можно вздремнуть, когда начнет холодать, он встанет и пойдет обратно. Или вперед. Остров не так уж велик, его обойти по берегу — часов семь максимум.

Небо было абсолютно чистое.

— Узнаешь Орион, братец? — пробормотал Стивен и моментально заснул.

Кажется, на сей раз туман ему не снился: Стивен был слишком вымотан физически и слишком в покое с собой душевно, чтобы его собственное подсознание позволило ему тратить редкостные минуты на кошмар.

Как ни странно, проснулся он не от холода с первыми лучами рассвета, как ожидал, а порядком после восхода — во всяком случае, солнечный свет был уже почти по-дневному ярок.

Его укрыли, а голова лежала на чем-то мягком — никак не на рюкзаке с книгами и пустым термосом.

Ах да, собственно, это живое тепло — вообще ощущение живого тела. Полузабытое, но определенно знакомое. Он что, откуда-то упал или еще каким-то образом поранился — иначе с чего бы кому-то держать его голову на коленях?

Он встряхнул вышеупомянутой головой — удивительно легкой — и сел. Такой же ясный и солнечный день, как вчера, и такое же стеклянно гладкое, чистое небо. Впрочем, почему-то обычное утреннее «Вот и еще один день» миновало его — с искреннем удивлением он уставился на совершенно незнакомого человека в просторной белой рубахе, светлых брюках и шейном платке, который сидел на траве рядом с ним — а раньше как раз-таки держал его голову у себя на коленях — и смотрел на море со смесью внимания и удовлетворения.

— Клянусь честью, погода сегодня будет замечательная, но к вечеру может разгуляться ветер, — сказал он. — Не завидую тем, кто не сможет встать на якорь в бухте. А вы как считаете? — он повернулся к Стивену, и тот рассмотрел, что у человека было широкое, доброжелательное лицо, испещренное шрамами, но чисто выбритое, что волосы у него светлые, длинные и собраны на затылке в хвост.

— Я бы предпочел проконсультироваться с метеоцентром, прежде чем утверждать наверняка, — пробормотал Стивен, ощупывая голову на предмет шишки. Шишки не нашлось, зато он обнаружил, что рюкзак его валяется на траве чуть поодаль, а укрыт он, оказывается, темно-синим, богато расшитым кителем, как будто явившимся из экранизации какого-нибудь исторического батального фильма.

— Великолепно, друг мой, консультируйтесь, с кем хотите! — рассмеялся этот тяжелоатлет. — Все такой же перестраховщик, ни капли не изменился!

— Все такой же? — Стивен нахмурился. — Прошу прощения, мы знакомы?… — он аккуратно свернул китель, поднялся и протянул его человеку. — Это ваше?

Тот, так же нахмурившись и с каким-то даже растерянным выражением лица, принял его.

— Мое, разумеется. То есть как это «мы знакомы», Стивен? Что я такого ужасного натворил на сей раз?

— Вам лучше знать, что вы натворили, — Стивен оглянулся, — для начала, объясните хотя бы: куда вы меня утащили? В какой стороне Сухой Удильщик?

— Какой удильщик? — человек тоже поднялся на ноги, оказавшись, во-первых, в сапогах, во-вторых, на две головы выше Стивена — не самое приятное наблюдение. — Сухой удильщик? Это опять твой ученый юмор? Признаю сразу — ты победил!

Стивен почувствовал внезапную свинцовую усталость. Приехали. Капитан Обри из вчерашней легенды старика Пуллингса: эльфы увели и водили триста лет. Благодарю покорно. Или все-таки сложный розыгрыш?… Маловероятно: один костюм сделать чего стоит… А с другой стороны — если не розыгрыш, разве будет реальный морской офицер начала девятнадцатого века вести себя так, как будто откуда-то знает Стивена?

— Стивен, расскажи мне, что случилось, и не смотри так, словно ты умер, это меня из себя выводит! — вспылил Сухой Удильщик.

— Ах, ну да, конечно, и мое имя вы уже знаете… — пробормотал Стивен.

— Разумеется! Друг мой, но уж за двадцать-то лет, как ты полагаешь, я мог бы выучить твое имя? — сказал «морской офицер» неожиданно мягко. — Что стряслось? Я вижу по тебе — нечто ужасное! Кроме того… Стивен, да ты моложе!

— Ну, хоть за это спасибо, — ответил Стивен. — А вы, как я полагаю, капитан Обри?

— Да что же это? — он наклонился и пристально вгляделся в лицо Стивена. — Ты и в самом деле меня не узнаешь? Без шуток, Стивен?

— Да, — Стивен несколько отодвинулся: манеру крайне физически крепких людей не уважать твое личное пространство он никогда не одобрял.

— Адмирал Обри, — словно бы нехотя поправился человек. — Меня ведь наконец-то повысили. Джонатан Обри, Джек. Тебя ведь зовут Стивен? Стивен Мэтьюрин?

— Именно, — Стивен склонил голову.

— По крайней мере, это не изменилось, — удрученно сказал человек. — Боже мой! Это ведь Каринн-Брагг?

— По всей видимости, да, — осторожно ответил Стивен.

Его собеседник несколько раз сжал и разжал кулаки — Стивен предпочел даже не пятиться — потом, видимо, взял себя в руки.

— Тогда я надеюсь, к этому бедному парню вернулись его глаза, — сказал Обри мрачно. — Ладно, что было, то было. Вспомнишь — хорошо, не вспомнишь — ладно. Нужно искать выход отсюда.

— Какой выход? — не понял Стивен.

— Для тебя, мой дорогой, — сказал этот новоявленный «адмирал Джек» с нежностью, которая Стивена насторожила. — Этот парень предупреждал меня, что время теперь может закрыться, так что будет чертовски сложно пробиться в нормальное. Ну да ничего: сперва надо как следует оценить обстановку, а там будет ясно видно, сложно или нет.

— Вы о чем?… — Стивен посмотрел на золотое солнце, висящее над океаном.

— О том, что земля-то это не настоящая, — пояснил Джек. — Ну да ладно, во имя всего святого, нет ли у тебя чего-нибудь перекусить? Также был бы премного благодарен, если бы ты посвятил меня в то, какой сейчас год и все прочее.

— Пойдемте-ка, — сказал Стивен, принимая решение — будем считать, что самое очевидное в данном случае самое верное.

Стивен нашел коттедж Пуллингса без труда и затратил на дорогу гораздо меньше времени, чем предыдущим вечером. Сам Пуллингс уже не спал, а принял их так, будто ожидал — вышел из дома, широко улыбаясь.