Читаем без скачивания Место под солнцем - Одинокий Гавриил

Официант тем временем убрал со стола супницу и тарелки и взамен поставил мраморную дощечку с разными сырами.

- А как же море, ты же без него жить не мог? - разливая остатки вина по бокалам, спросил Константин.

- Для души я себе яхточку парусную завел. "Бермуда" одномачтовая, я на ней и до Кипра хожу. А частенько и до Греции.

- Даешь...Разбогател ты, я вижу, на армейских харчах, - Николаев удивленно покачал головой. - Неужто в израильской армии так хорошо платят, что яхту содержать можно?

- Платят неплохо, - Гальперин пожал плечами, - но дело не в этом. Ты не путай. У меня же не прогулочная яхта под сотню тонн водоизмещения, отделанная махогонью. Она у меня маленькая - тридцать футов и не больше пяти тонн. Больше двух человек там особо и разместить негде. Тем более, что я ее практически собственными руками сделал. То есть купил я развалюху, а потом ее полностью перебрал и восстановил.

Но, что это мы все обо мне, да обо мне. Ты-то как? Большим бизнесменом стал как вижу.

- Ну, - протянул Константин, крутя в пальцах ножку бокала, - в Одессу я вернулся сразу после путча, еще до распада Союза.

- Подожди, а до того, ты же на север уехал, так?

- Да я оттуда сразу смотался, как гипс мне сняли. Не понравилось мне там. На Дальний Восток поехал. В Петропавловске устроился помощником механика на холодильник-матку. Ну знаешь же, куда сейнера улов сдают. Вот там три года и проработал. В Одессу вернулся, в технологический сразу на третий курс поступил. Зачли мне мореходку. Окончил я его в 93-м, как раз по холодильному оборудованию. Я еще на Камчатке понял, какие там резервы таятся. Думал сначала на холодильник мясокомбината устроиться, но там все давно схвачено, не подобраться. Ну тут меня в кооператив один позвали. Ресторанов-то много пооткрывалось. Холодильники всем нужны. Деньги неплохие зарабатывать стал, но с дефолтом опять голяком остался. Хорошо, что квартиру бабы Сони успел приватизировать. Ну постепенно опять выправился. Но достали меня эти оранжевые и прочие самостийники. Лет пять назад уехали мы в Воронеж. Там постепенно раскрутился, свою фирмочку организовал. Сейчас у меня больше тридцати человек работает. Не бедствую. Считай по трем областям, то бишь губерниям по-нынешнему, промышленные холодильники обслуживаем.

- Мы?.. - зацепился за местоимение Борис.

- Ах, да я же не сказал. Женился я в 94-м. Извини на свадьбу не приглашал, но вы тогда уже уехали. Впрочем, ты меня тоже, но я не обижаюсь.

- Ну..., когда я женился ты еще на Камчатке был и контакта у нас с тобой не было. А кто она.

- Ха! Ты Динку Гитлевич с соседнего двора помнишь?

- Подожди, у которой отец в универе преподавал? Политэкономию, кажется. Так она же малявка.

- Была малявкой. На семь с чем-то лет меня младше. Выросла - такой красавицей стала. Двое детей у нас. Дочка вот, в этом году в школу пойдет, а сыну осенью четыре года стукнет.

Официант положил на стол счет. Константин придержал дернувшемуся было к нему Бориса.

- Сиди, я угощаю, - и бросил на стол кредитку.

- Вот так, - продолжил он, - ты - еврей, на русской женился, а я на еврейке. А дети у вас есть?

- Ну... - хмуро протянул Борис, - во-первых, Надя - терская казачка. Была. Теперь она еврейка. Гиюр прошла. Во-вторых, детей у меня нет. И жены тоже.

- Да ты что! - Константин даже привстал от удивления, - неужто разошлись. У вас же такая любовь была.

- Была... Понимаешь, Надюша очень детей хотела. Я тоже. Мы не один год пытались, но... У меня с этим, к сожалению, проблемы.

- Блин, и давно у тебя проблемы, - в голосе Константина звучало явное сочувствие, - мы же с тобой, помню, еще в училище в женское общежитие техникума в самоволку бегали. Девки на тебя не жаловались. Так и Виагра, в конце концов, есть.

- Да нет, это не то что ты думаешь. С потенцией у меня проблем нет. Меня же тогда по яйцам отпинали. Ну вот, после того спайки на семенниках образовались. Это уже в Израиле обнаружили. Проходимость плохая. Не так, чтобы полная безнадега, но вероятность зачатия довольно низкая. Лечился я, но не помогло. Даже к экстрасенсам ходил. Операцию мне предлагали, но я как-то решиться не мог, вероятность успеха там не слишком большая, зато можно совсем импотентом стать. Такие вот дела. А Надя за другого вышла. Неплохой мужик. Тоже из наших эмигрантов. У нее сыну уже полтора года. Поэтому она в еврейство и перешла, чтобы у сына все права были. Что поделаешь, такие у нас законы дурацкие.

- Да, дела... - Константин подписал чек и спрятал кредитку. Друзья синхронно поднялись и направились к выходу, - Кстати, ты еще долго здесь быть собираешься?

- Нет, я с этим клиентом закончил. Отчет только надо отослать. Домой вернусь, возьму отпуск на недельку. В море пойду.

- А отчет -- это долго? - приятели вышли на бульвар Капуцинов.

- Чего там долгого-то. Полчаса работы. У меня все здесь, на лэптопе. - Борис хлопнул ладонью по висящей на плече сумке, - Законнектиться только надо. Я собирался вечером в отеле это сделать. А к чему ты это спрашиваешь?

- А к тому, что коли ты в отпуск собрался, то поехали со мной. Я же в Париж только на день выбрался, с поставщиком переговорить и с тобой встретится. Мы тут с семьей на Средиземном море под Сент-Сиприеном уже третий год виллу снимаем. Не Ривьера, но и не Турция какая-то. Пляж там великолепный, по-моему, лучше, чем на Лазурном берегу. Развлечений не так много, как там, но имеются. Нудистская колония недалеко, может подцепишь кого-либо, - Константин шутливо ткнул друга в бок локтем, - И яхту, если захочешь, рентануть там можно.

- Ну... В принципе можно, - Борис почесал в затылке, - если не шутишь.

- Не можно, а нужно, - отрезал Николаев, - отдохнешь, с семьей моей познакомишься. А потом я тебя в Тулузу или Марсель заброшу, оттуда полетишь. Сейчас давай, дуй в свой отель, отчитывайся да шмотье собирай. Я за тобой заеду.

Через полтора часа, закинув сумку с ноутбуком и чемоданчик с вещами в багажник, Гальперин устраивался на пассажирском сидении рентованного "Пежо". Солнце уже скрылось и жара начала спадать.

- Сейчас по холодку до Лиможа доедем, - сказал Константин, защелкивая ремень безопасности, - там заночуем, а утречком часа за 3-4 до места доберемся.

- Интересно, - задумчиво протянул Борис, - помнит ли меня "Динозавра".

- Слушай, Борька, - Костя резко повернулся к другу, - не дай тебе бог при детях ее детскую кликуху помянуть. Они запомнят, а она мне потом дырку в голове проест. А я тебе, хоть ты мне и друг, морду лица начищу. Не посмотрю, что ты боксер.

- Что ты раздухарился, не бойся, не скажу. А побить ты меня вряд ли сможешь, хотя я с училища не боксировал. Я на флоте в Израиле айкидо заниматься начал. У меня сейчас второй дан.

- Ну, даешь..., впрочем, я в футбол тоже только по выходным с приятелями иногда гоняю. Зато на карате хожу. Редко правда - времени нет. До черного пояса не дорос еще, - Константин включил зажигание, и машина начала выбираться на Рю-де-Риволи.

Глава 2

(Юг Франции. 21 августа 2004г.)

Солнце только-только показалось из-за холмов и, хотя безоблачное небо обещало жаркий день, ночная прохлада еще не отступила и заставила друзей поежиться.

- И надо же тебе выезжать в такую рань, - Борис зевнул так, что челюсть хрустнула, - Мы же около двух только заснули. Могли хотя бы нормально позавтракать.

- Ничего-ничего, раньше сядешь - раньше выйдешь. Мы же вчера из Парижа очень долго выбирались, черт бы побрал ихние пробки. А завтрак - вот тебе кофе, - Константин поднял правую руку с термосом, - а вот тебе круассаны, - в левой руке у него был зажат объемистый бумажный пакет, украшенный жирными пятнами, от которого восхитительно пахло свежей сдобой. - Или ты как англичане - без овсянки завтрака себе не мыслишь.

- Не... Я как американцы, предпочитаю яишню и оладьи с джемом, -засмеялся Борис.

- Обойдешься круассанами, а вместо джема я вот баночку шоколадного сиропа захватил - круассаны макать. Я хочу через Тулузу пораньше проехать, а то там тоже пробки могут быть. Французы-то многие на выходные из города линяют. А яичницу тебе завтра утром Динка сделает. Если заслужишь...

Друзья уселись в машину и выехали на автостраду. Движения по раннему часу почти не было. Солнце наконец оторвалось от вершин холмов на востоке и сразу начало припекать. По сторонам дороги тянулись сады и виноградники, изредка перемежаемые небольшими пастбищами, на которых в основном паслись овцы, козы и иногда лошади.

- Что-то коров не видно, - заметил Борис, доставая круассан из пакета, - Я понимаю у нас их мало - пасти особо негде, а здесь вон, смотри, трава какая.

- А это специализация у них такая. Здесь в основном овечьи и козьи сыры делают. Ну и вино, естественно, - придерживая руль одной рукой, Константин прихлебывал кофе из металлического стаканчика, - а коровы - это там, - отпустив на секунду руль, он махнул рукой на восток.