Наибольшие трудности возникали с проблемой размножения машин. Если в материнской особи удавалось без особого труда выработать то, что мы называли "безусловным рефлексом на программу", то в потомстве происходило черт те что. Обычно не более чем один опыт из тысячи давал более или менее точное воспроизведение расположения бактерий в ячейках.
Наконец нам с ней удалось изобрести нехитрое устройство, позволяющее печь машины как блины. Это было нечто вроде гектографа. Лист пластика, смазанный желатином, накладывался на поверхность машинной матки и прокатывался роликом. А когда мы начали вводить в желатин токопроводящие вещества и избавились от путаной проводки проблему можно было считать вчерне решенной.
- Бактерии на печатных схемах, - усмехнулся Космонавт.
- Что-то вроде этого. Все же не думайте, что все было так просто. В таких делах чем больше решенных вопросов, тем больше возникает новых. Прошло уже три года. Лаборатория кровного машиноведения давно перебралась из чулана в новое помещение, оборудованное по последнему слову техники, популярность Сашки росла с каждым днем, добровольных помощников у нее было хоть пруд пруди, но я все же испытывал какую-то тревогу. Уж слишком она разбрасывалась.
Вы не знаете, как важно для исследователя уметь вовремя обуздать свою фантазию и сосредоточиться на одном варианте, пока его возможности не исчерпаны до конца. К сожалению, подходил срок сдачи в производство нового проекта корабля, и я уже не мог уделять Сашке столько времени, как раньше. Пришлось ограничиться категорическим распоряжением работать только над машиной, заказанной нам Управлением по космонавтике, и ничем другим не заниматься.
В течение последующих двух лет я только изредка наведывался к ней в лабораторию. Дела там шли неплохо. Первый вариант машины был сдан Координационному центру, и теперь в схему нужно было внести кое-какие изменения по замечаниям заказчика. В это время шла подготовка к экспедиции "Метеора", и новая машина должна была обрабатывать информацию, поступающую с корабля. В случае успеха предполагалось использовать потомков этой машины в качестве бортовой аппаратуры на всех кораблях такого класса.
Вы были уже в полете, когда однажды ночью мне позвонили из Координационного центра и сообщили, что машина отдала приказ "Метеору" вернуться на Землю. Через десять минут я вытащил Сашку за косы из кровати, и мы помчались в Центр. Там царила полная растерянность. Хотя все дублирующие устройства сообщали, что полет протекает нормально, наша машина продолжала повторять команды на срочное возвращение. Вдобавок, как всегда бывает в таких случаях, неожиданно прервалась радиосвязь, и нам никак не удавалось выяснить, что же у вас там произошло. К тому времени, когда нам снова удалось поймать ваши сигналы, предпринимать что-либо было уже поздно. Слишком много горючего было израсходовано на торможение. Я приказал выключить машину, и мы отправились спать.
Вот, пожалуй, и все, что я вам мог рассказать.
- Значит, это был просто результат недоработки конструкции? спросил Космонавт.
- Нет, конструкция была отработана хорошо.
- В чем же тогда причина?
- Причину я узнал на следующее утро, когда устроил Сашке допрос с пристрастием. Дело в том, что... Ну в общем она, как всегда, увлеклась. Работала в нескольких направлениях, занималась выведением гибридов с различными программами. Последний вариант был просто ублюдком от скрещивания машины для управления космическими полетами с машиной для экономических расчетов. В нем все время боролись два начала: расточительность исследователя космоса и скаредность экономиста. В результате, видно, машина просто решила, что с точки зрения окупаемости затрат выгоднее всего прекратить полет.
Космонавт тихонько свистнул.
- Бедная Сашка! Представляю себе, что вы с ней сделали.
- Что я с ней сделал?..
Затрещал звонок видеофона.
- Простите, - сказал Конструктор и подошел к аппарату. На экране появилось изображение красивой рыжеволосой женщины.
- Значит, так можно верить вашим обещаниям?! - спросила она, прищуря один глаз.
Конструктор как-то странно втянул голову в плечи.
- Что вы имеете в виду, Александра Яковлевна? - спросил он.
- Сейчас эти болваны распределяют места в кормовом отсеке "Кометы", и я вас предупреждаю, что если все наши приборы не будут размещены, я вам такое устрою!!
- Хорошо. - Ему было явно не по себе. - Передайте, что я выезжаю.
Экран погас.
- Это директор Института космической биологии, - сконфуженно сказал Конструктор. - Очень энергичная дама... Так о чем мы?.. Ах, да!.. Увы, - добавил он, помолчав, - я уже больше с ней ничего не мог сделать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
