искалеченную руку.
— Видишь белую полоску на указательном пальце возле самого основания? Раньше там было кольцо. Посмотри, здесь даже можно различить очертания сплетающихся драконов! Да, нам удалось обнаружить владельца кольца. — Судья выпрямился и приказал начальнику стражи: — Вели своим людям вынести труп наружу, нам нужно тут все как следует осмотреть.
После того как стражники вынесли тело, судья с Дао Ганем произвели осмотр хижины. Пол, стол и оба стула из неструганого дерева были покрыты толстым слоем пыли, но бамбуковые нары были тщательно вытерты. Следов крови нигде не было. Дао Гань рассматривал следы ног на полу. Покачав головой, он сказал:
— Немало людей побывало здесь вчера вечером, но следы настолько размазаны, что по ним ничего нельзя определить.
— Да, тут ничего не сделаешь! — согласился судья. — Но посмотри, несколько следов все же можно различить. Вот этот, пожалуй, принадлежит женщине. А вот этот след — явно какому-то необычайно крупному мужчине. Не похоже, чтобы труп тащили по полу, — значит, его внесли на руках. Потом кто-то тщательно вытер нары, но вместо того, чтобы положить на них труп, его почему-то оставили на полу. Странное дело! Ну что же, пойдем еще раз осмотрим труп.
Когда они вышли из хижины, судья указал на скирду соломы и сказал:
— У гиббона застряло в шерсти несколько соломинок. Когда убийца в темноте нес тело в хижину, перстень, очевидно, соскользнул с обрубленного пальца и упал в солому. Поутру тут оказался гиббон и своим зорким глазом сразу заметил камень, сверкающий сквозь солому. Да, это более-менее сходится. На то, чтобы подняться сюда по тропе, ушло около четверти часа, но по прямой до подножия горы и галереи моего дома совсем близко. Гиббон мог спуститься вниз в одно мгновение, передвигаясь по ветвям деревьев.
Дао Гань согласно кивнул. Он осмотрел колоду и произнес:
— Я не вижу на ней следов крови. И четырех отрубленных пальцев нигде нет.
— Разумеется, убийство произошло не здесь, — раздраженно сказал судья Ди, — а уже потом труп перенесли в это укромное место.
— В таком случае убийца должен быть здоровенным верзилой, Ваше благородие. Поднять труп в гору — задача не из легких. А может быть, у него были помощники.
— Осмотри его одежду.
Пока Дао Гань обыскивал куртку и пояс убитого, судья рассматривал рану на голове. Он предположил, что удар был нанесен в затылок маленьким, но острым предметом, возможно железным молотком. Затем он осмотрел правую, необезображенную руку. Кожа на пальцах была грубой, хотя ногти были изящно подстрижены и ухожены. Такой бывает рука человека, который много времени проводит на открытом воздухе и занимается физическим трудом, но, несмотря на его убогое одеяние, явно не является рядовым ремесленником или грузчиком.
— У него при себе абсолютно ничего нет! — удивленно воскликнул Дао Гань. — Даже носового платка. Очевидно, убийца забрал все, что позволило бы установить личность жертвы.
— Во всяком случае, у нас есть его перстень! — сказал судья Ди. — Убийца несомненно намеревался и его взять с собой, но кольцо неожиданно соскочило с обрубленного пальца, и убийца не знал, где именно это произошло. Возможно, он пытался отыскать его при помощи фонаря, но безуспешно.
Он повернулся к начальнику стражи, который от скуки пожевывал зубочистку, и резко спросил:
— Эй ты, когда-нибудь видел этого человека?
Начальник стражи тотчас подобрался и по-службистски ответил:
— Никак нет, Ваше благородие. — Он вопросительно уставился на двух своих подчиненных. Они тоже только отрицательно покрутили головами, и тогда он заключил: — Наверное, какой-то бродяга, Ваше благородие.
— Прикажи своим людям изготовить из ветвей носилки и доставить труп в судебную управу. Пусть все служащие на него посмотрят, — может быть, кто-то знает этого человека. Потом прикажи судебному врачу провести освидетельствование, после чего отправляйся в аптеку господина Вана и попроси его прийти ко мне.
Когда судья с Дао Ганем спускались вниз по тропе, последний с явным любопытством спросил:
— А вы полагаете, Ваше благородие, что аптекарь Ван как-то причастен к этому делу?
— Нет, я так не думаю. Но не следует забывать, что труп могли принести вниз с вершины горы. Поэтому я и хочу спросить Вана, не появлялись ли вчера вечером поблизости от его жилища какие-нибудь нищие или бродяги. Возможно также, что от него мне удастся узнать, кто еще проживает на горной вершине, помимо него и ростовщика Лэна. Помоги мне, я зацепился за колючку! — После того как Дао Гань осторожно освободил платье судьи от острого шипа, он продолжил: — Мне кажется, что лицо убитого не вполне соответствует его нищенскому одеянию. Он не похож на бродягу. Он мне Кажется довольно интеллигентным, состоятельным человеком, который, однако, предпочитал жизнь на свежем воздухе. А то, что он был человеком состоятельным, видно по дорогому перстню.
Все время, пока они спускались вниз, Дао Гань хранил молчание и, только когда они свернули на песчаную дорожку, заметил:
— Но ведь дорогой перстень не может служить бесспорным свидетельством того, что он был человеком состоятельным, Ваше благородие. Бродяги нередко бывают очень суеверны и потому носят при себе какой-то украденный предмет, потому что считают, что он приносит им удачу. Они никогда не расстанутся с таким талисманом, даже если остро нуждаются в деньгах. Кроме того, среди них порой встречаются обнищавшие представители знатных семей, так что убитый вполне мог быть из их числа. Перстень мог служить ему напоминанием о лучших днях, и он был привязан к нему в силу каких-то сентиментальных чувств.
— Да, твои соображения не лишены оснований, — признал судья Ди. — Все же давай-ка вначале проверим, нет ли еще каких-нибудь срочных дел, которыми нам предстоит заняться на утреннем заседании. А я тем временем пойду переоденусь: совсем промок от пота. Сразу же приходи ко мне в рабочий кабинет.
ГЛАВА ВТОРАЯ
Кабинет судьи Ди находился сразу за большим залом, который служил для проведения судебных заседаний. Всю заднюю стену его небольшой комнаты занимали деревянные полки, заваленные служебными бумагами и покрытыми черным лаком коробками из свиной кожи. Судья Ди сидел в кресле за длинным письменным столом и бегло просматривал пачку бумаг, которые доставил ему из канцелярии Дао Гань.
— Несколько рядовых дел, — заметил судья. — Поэтому я полагаю, что утреннее заседание не должно отнять у нас слишком много времени. — Он отхлебнул чай, который подал ему Дао Гань, и сказал: — Присаживайся, у меня есть еще полчаса, после чего мне нужно будет переодеться для официального заседания. Скажи мне, что, по твоему мнению, могут означать эти четыре отрубленных пальца?
Дао Гань опустошил
