— А Капрон что, в Речпорт всё-таки перебрался? Эй, Прокоп, алё! С тобой говорю! — Я попытался привлечь внимание пацана, поглощённого созерцанием последних минут своего приятеля. — Пираты с блок-поста все разбежались всё-таки?
— А? — Он понемногу вышел из ступора, но продолжал с интересом наблюдать, как Васёк истекает кровью и задыхается. — А, не… Их вырезал всех кто-то недавно…
— Ха… Вот бы знать… А недавно — это когда именно?
Прокоп пожал плечами:
— Мы вчера пришли. Там вообще Лётка вроде была… Должна была… Быть. Говорили, что они Воруй-город дёрнули и порт заняли. А мы нашли только мёртвых. И пиратов и Лётку.
— И теперь Лётка на вас подумает. Что это вы у них трофей из-под носа увели, союзнички. Да?
— Уже подумали… Они сегодня приезжали, навыёбывались и стрелу на вечер забили. На закате, на предмостовой. Мы вот тут как раз искали чё-нить по домам пока светло. Патроны, бенз, пушки…
— А нашли меня… А лодки в порту ещё есть целые?
— Ага…
Я допил воду и, опираясь на косу, попробовал встать. Синяки и покусы болели, но двигаться не мешали. Кости, вроде, целы… Башка только болит. И жрать охота. В общем, всё как обычно…
— А чё Лётка-то… Прям такие опасные поцики что ли? Да давай уже, чё стесняешься…
Васёк уже перестал задыхаться и смотрел куда-то в сторону невидящими глазами. И теперь, похоже, моего интеллигентного однокашника так и подмывало пошарить у того по карманам. Получив одобрение на этот акт мародёрства с моей стороны, он немедленно приступил к исполнению.
— Они авиабазу сразу обнесли зимой. Там оружия навалом, наверное, было. Постоянно оттуда грохотало. — Прокоп вынул нож и обтёр его об куртку убитого, продолжив деловито обшаривать карманы. — Сразу под себя весь Энгельс поставили. Кроме нас. И Мясика.
— Ну с Мясиком-то понятно теперь… А вы чем круче?
— А у нас хавки больше всех! — Пацан продолжал бесхитростно хвастаться, закончив обыск и рассовав по карманам какие-то яркие пакетики. — Наши пацаны с восьмого квартала склады магнитовские захватили, пока все остальные хернёй страдали. И народ тогда к нам потянулся. Все, кого Лётка шуганула.
— Склады? Это распределительный центр, что ли? Который там рядом с вами в промзоне? Молодцы, восьмой… Я там тоже жил. На Весенней. Около кинотеатра. Оттуда же, наверное, чуть ли не по всей области супермаркеты снабжали. А жор там чё, не было?
— Были. Сожрали всё, что пахло, и животы себе порвали. Но всё равно хавки полно осталось. И бухло. И ещё всякого добра… А оставшихся уродов мы замочили.
— Значит у Лётки пушки, а у вас всё остальное для нормальной жизни. Плюс, много народу. Неплохой альянс… И теперь вот опять поссорились… Думаешь, отобьётесь? — Я понемногу начал шагать к парню, стараясь его не испугать. Но наша мирная беседа вроде бы успокоила его бдительность. Да и опять-таки, он же теперь в курсе, что я с его школы, с его района…
— Не знаю. Старшие будут базарить. Но Лётка вообще отмороженная…
Кажется, он опять насторожился. Очевидно, после сбора трофеев перед ним возник вопрос о том — что же будет дальше.
— Короче… Прокоп… Ты вроде пацан реальный… Хотя как ты только выжил с таким именем… Дело у меня есть к твоим старшим. Могу решить вашу тёрку с Лёткой. Не придётся тебе под пули с ними лезть.
— В смысле? — Он всё-таки был не глуп и прекрасно понимал, что базарить-то будут старшие, а вот лбы себе расшибать — такие пешки, как он. И поэтому живо заинтересовался.
— Это же я Воруй-город замочил. А они до этого Лётку ночью во сне порезали. Поэтому не о чем вам с ними рулить.
— Да ладно! — Он скептически осмотрел мою пошатывающуюся фигуру, пробирающуюся к нему через гнилое мясо. — Ты кто вообще такой-то?
— Ну ты чё, Прокопыч… Он же тебе всё про меня рассказал. — Я кивнул на труп Васька. — Вот видишь, к чему это его привело…
Очкарик растерянно отступил:
— В смысле… Ты чё и правда Чёрный Жора? — Вера в сверхъестественное легко вернула себе место в его неокрепшем мозге. Он покосился на косу.
Я пожал плечами:
— Это сейчас не главное. Главное то, что ты мой земляк, Прокоп. И сможешь круто подняться, если мы сейчас пойдём к твоим, и я помогу вам уладить конфликт с этой вашей Лёткой. Вот посмотри… Наверняка же ты знаешь, чей винторез это раньше был. — Я снял с плеча «Винчестер» и продемонстрировал его пацану. — Такой не то что на весь Энгельс… Такой на всю область только один.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Он с любопытством присмотрелся к оружию:
— Да… Вован говорил, что если кто вот такой с рычагом в порту найдёт, то чтоб сразу к нему тащили. А то ноги переломает… Его же Колян из Воруй-города всё время носил.
— Ну и как ты думаешь, ствол в итоге оказался у меня? Есть версии?
Паренёк, похоже, всё больше верил моим словам. Выражение его лица стремительно менялось от недоверия и страха к удивлению и уважению. Я поспешил развить успех:
— Вот видишь. Значит и Лётка мне поверит. И отстанет от вас. А ещё я могу сказать, что это вы мне с пиратами помогали. Чтобы уж точно поверили, да ещё и отблагодарили. Давай, веди к твоему Вовану, побазарим. А то вон — темнеет уже…
Но толика подозрения ещё в нём оставалась. Всё-таки он действительно был не глуп:
— А тебе-то тогда это зачем? Нафига за нас впрягаться?
Тут мне скрывать было нечего:
— На тот берег мне надо, Прокопыч. Здесь я уже достаточно народу положил…
Глава 2. Искусство проведения переговоров для чайников
К баррикадам, возведённым пиратами на предмостовой площади, мы с очкариком пошли прямо через лесопарк, чтобы не опоздать к закату. Пару раз нас облаяли местные бродячие псы, но стоило прикрикнуть на них или замахнуться, как стая тут же отступала. Эта шерстяные бандиты ещё не сильно голодают. Пока просто обозначают свою территорию. Наверное, вдоволь напировались после нашей с Алиной поездки вдоль этих посадок.
То, что деловые переговоры ненадёжных союзников были в самом разгаре, стало заметно издалека. Пули пока ещё не засвистели, но атмосфера тут явно накалялась. Эх… Мне бы сейчас хоть один патрон… Шмальнуть по ним из вот этих кустов — и они тут все сами друг друга перестреляют, так и не разобрав, откуда прилетело.
Бывший пост ГАИ и самодельные укрепления из какого-то строительного мусора возле него, перекрывающие дорогу на мост, уже ощетинились многочисленными стволами. Вооружение гопников с Капрона в основном было представлено ассортиментом местных охотничьих магазинов. Значит, если что, можно будет насобирать дроби.
Пацаны, засевшие на баррикадах, целились в ряд разнообразных автомобилей, построенных линией в полусотне метров от блок-поста. Все машины, кроме одного армейского «уазика» были развёрнуты боком поперёк широкой дороги, ведущей на мост. А тёмно-зелёная «буханка» стояла в центре построения, повёрнутая к баррикадам задними дверями. В укрытиях за каждой тачкой тоже засели стрелки — в знакомых авиационных комбинезонах. В основной массе они были снаряжены так называемым «оружием последнего боя» для военных лётчиков, служивших на энгельсской авиабазе до минувшей зимы. «Калаши-укороты», плохо различимые на таком расстоянии пистолеты… Скорее всего «Макаровы» да «Стечкины». О, смотри-ка, что-то новое… У некоторых бойцов в руках были очень необычные на вид пистолеты-пулемёты с откидными прикладами. Я слышал, что такими собирались заменить в авиации тяжёлые АКСУ, но никогда не видел в реальности.
В центре данной композиции, ровно в середине свободного пространства дороги, стояли двое. Здоровенный жирдяй в трениках с тремя полосками и рыжей дублёнке, которая делала его ещё больше. Он что-то с жаром объяснял долговязому парню в фуражке и длинном синем форменном пальто без знаков различия. Сверкая глазёнками из под низко надвинутой вязаной шапки, толстяк подкреплял свои словесные аргументы активной жестикуляцией в лучших традициях гангстерского рэпа. А «лётчик», расслабленно сложив руки на груди, спокойно смотрел на него сверху вниз с равнодушным унынием, из-под точно также надвинутого на глаза козырька.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
