Вопреки этому сегодняшний Европейский союз (особенно в том случае, если будет одобрена его Конституция, подготовленная Европейским конвентом) стремится подчинить правовые системы отдельных государств своим собственным законам, что является отражением идеологии интернационализма и универсализма. Другой стороной той же медали является априорное недоверие «европеистов» к политическим процессам внутри демократических национальных государств, поскольку логика демократии такова, что предвидеть и контролировать ее развитие крайне проблематично. Отсюда – лишь один шаг до легитимизации рационалистической, бюрократически нейтральной, «экспертной» позиции никем не избранных универсалистов, до признания ее всеобщего характера и обязательности. Уже цитировавшийся мною Джеб Рубенфельд называет это «интернациональным конституционализмом», основанным на «всеобщих принципах, источники которых находятся за рамками стандартного политического процесса и таким образом ограничивают государство». Он полагает, что в Европе такой подход уже победил, в то время как в США пока еще «вес конституционных прав определяется не некими универсальными идеями, а демократическим строем».
Следствием этого является конфликт между демократией и международным правом, возникающим неполитическим путем. Особенно остро он протекает у нас в Европе, где одни стремятся к Европе демократий, в то время как другие уповают на европейскую демократию. Одни опасаются элитарности и неподконтрольности европейских законодателей и политиков, другие, наоборот, радуются приходу Европы как «демократического супергосударства». Одни хотят и далее жить в Европе, где преобладает сотрудничество между государствами, другие отдают предпочтение современному универсалистскому международному праву, подавляющему права государств. Одним из нас было бы достаточно добрососедских отношений, другие хотели бы отменить само понятие «соседство» и жить вместе, одним домом.
«Европеизм» как эрзац-идеология
В последние десятилетия, после дискредитации традиционных коллективистских идеологий, в первую очередь коммунизма, «европеизм» фактически стал заменой всеобщей идеологической конструкции левой направленности – несмотря на то, что его приверженцы часто играют в аполитичность и стилизуют свои взгляды под «просто» политкорректные суждения. В этом смысле «европеизм» можно считать частью того феномена, который Фрэнсис Фукуяма назвал «концом истории». Собственно, он сам об этом пишет: «…Отказ европейцев от национального суверенитета в пользу наднациональной организации есть выражение их веры в конец истории».[5] Некоторые авторы идут еще дальше. Например, англичанин А.Рэнкин в своем исследовании «Что не так с европейским идеалом?» отмечает, что «европеизм» сегодня «приобретает квазирелигиозный характер, подменяя собой размышления о решении конкретных проблем». По мнению этого исследователя, у «европеизма» есть свои идеологические особенности, проявляющиеся в «отходе от индивидуализма и разнообразия и склонности к социальной инженерии».[6]
Итак, речь идет о новой идеологии. Внешне привлекательной, поскольку она обещает приход «светлого завтра», вдобавок безболезненно, без особых трудностей. На первый взгляд при реализации этого проекта все приобретают, никто ничего не теряет и каждый может поучаствовать. Эта коллективистская по сути идеология обращается к по-разному структурированным группам людей, не делая при этом упора на личность, отказываясь от индивидуального подхода. Она опирается на новые общественные движения – такие как феминизм, пацифизм, экологические и правозащитные организации. Она является продуктом интеллектуальной деятельности весьма влиятельной сегодня группы, которая открыла для себя новые возможности самореализации в наднациональном пространстве. Это новая версия элитарного активизма, который в последние десятилетия переместился из отдельных государств на международную арену и потому еще более отдалился от аутентичных механизмов демократического контроля.
Цель этих моих заметок – проинформировать общественность о том, что некоторые противники чрезмерной европейской унификации, к числу которых отношу себя и я, выступают против нового международного правового порядка, против законов, выработанных чисто экспертным путем, без демократического контроля. Что они предпочитают путь проб и ошибок в рамках стандартного демократического законодательного процесса. Что им не по душе новая эрзац-идеология по имени «европеизм». И, наконец, что их позиция при этом крайне далека от вульгарного национализма.
В 1789 году лидеры Французской революции в своей «Декларации прав человека и гражданина» также оперировали понятиями об универсальных и неотъемлемых правах. При этом они очень скоро позабыли о демократии. Нельзя во второй раз допустить ту же роковую ошибку.[7]
Перевод с чешского: Ярослав Шимов
ДОГОВОР, УЧРЕЖДАЮЩИЙ КОНСТИТУЦИЮ ДЛЯ ЕВРОПЫ
Преамбула
ЕГО ВЕЛИЧЕСТВО КОРОЛЬ БЕЛЬГИЙЦЕВ,
ПРЕЗИДЕНТ ЧЕШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ,
ЕЕ ВЕЛИЧЕСТВО КОРОЛЕВА ДАНИИ,
ПРЕЗИДЕНТ ФЕДЕРАТИВНОЙ РЕСПУБЛИКИ ГЕРМАНИЯ,
ПРЕЗИДЕНТ ЭСТОНСКОЙ РЕСПУБЛИКИ,
ПРЕЗИДЕНТ ГРЕЧЕСКОЙ РЕСПУБЛИКИ,
ЕГО ВЕЛИЧЕСТВО КОРОЛЬ ИСПАНИИ,
ПРЕЗИДЕНТ ФРАНЦУЗСКОЙ РЕСПУБЛИКИ,
ПРЕЗИДЕНТ ИРЛАНДИИ, ПРЕЗИДЕНТ ИТАЛЬЯНСКОЙ РЕСПУБЛИКИ,
ПРЕЗИДЕНТ РЕСПУБЛИКИ КИПР,
ПРЕЗИДЕНТ ЛАТВИЙСКОЙ РЕСПУБЛИКИ,
ПРЕЗИДЕНТ РЕСПУБЛИКИ ЛИТВА,
ЕГО КОРОЛЕВСКОЕ ВЫСОЧЕСТВО ВЕЛИКИЙ ГЕРЦОГ
ЛЮКСЕМБУРГСКИЙ,
ПРЕЗИДЕНТ ВЕНГЕРСКОЙ РЕСПУБЛИКИ,
ПРЕЗИДЕНТ МАЛЬТЫ,
ЕЕ ВЕЛИЧЕСТВО КОРОЛЕВА НИДЕРЛАНДОВ,
ПРЕЗИДЕНТ ФЕДЕРАТИВНОЙ РЕСПУБЛИКИ АВСТРИЯ,
ПРЕЗИДЕНТ ПОЛЬСКОЙ РЕСПУБЛИКИ,
ПРЕЗИДЕНТ ПОРТУГАЛЬСКОЙ РЕСПУБЛИКИ,
ПРЕЗИДЕНТ РЕСПУБЛИКИ СЛОВЕНИЯ,
ПРЕЗИДЕНТ РЕСПУБЛИКИ СЛОВАКИЯ,
ПРЕЗИДЕНТ РЕСПУБЛИКИ ФИНЛЯНДИЯ,
ПРАВИТЕЛЬСТВО КОРОЛЕВСТВА ШВЕЦИИ,
ЕЕ ВЕЛИЧЕСТВО КОРОЛЕВА СОЕДИНЕННОГО КОРОЛЕВСТВА
ВЕЛИКОБРИТАНИИ И СЕВЕРНОЙ ИРЛАНДИИ,
ОПИРАЯСЬ на культурное, религиозное и гуманистическое наследие Европы, которое послужило основой развития универсальных ценностей, образующих нерушимые и неотъемлемые права человека, а равно свободу, демократию, равноправие и правовое государство,
УБЕЖДЕННЫЕ в том, что Европа, вновь объединившись после болезненных неудач прошлого, намеревается продолжить свой путь развития, прогресса и процветания во благо всех своих народов, в том числе наиболее уязвимых и обездоленных слоев; что Европа стремится оставаться континентом, открытым для культуры, образования и социального прогресса; и что Европа стремится углубить демократический и открытый характер своей общественной жизни и бороться за мир, правосудие и солидарность во всем мире,
УБЕЖДЕННЫЕ в том, что народы Европы, будучи преисполненными гордостью за свою национальную и историческую самобытность, полные решимости устранить все прошлые разногласия, и, образуя еще более тесный союз, утверждают свое общее будущее,
ПОЛНЫЕ УВЕРЕННОСТИ в том, что «единая в своем многообразии» Европа предоставляет им наилучшую возможность, осознавая свою ответственность перед будущими поколениями и планетой в целом при должном учете прав каждого, продолжить великое дело, составляющее особо значимую надежду человечества,
ПОЛНЫЕ РЕШИМОСТИ продолжить достигнутое в рамках Договоров, учреждающих Европейские сообщества, и Договора о Европейском союзе, обеспечивая преемственность достояния Сообщества,
ПОЛНЫЕ ПРИЗНАТЕЛЬНОСТИ участникам Европейского Конвента за разработку проекта настоящей Конституции во имя народов и государств Европы,
НАЗНАЧИЛИ СВОИМИ ПОЛНОМОЧНЫМИ ПРЕДСТАВИТЕЛЯМИ:
ЕГО ВЕЛИЧЕСТВО КОРОЛЬ БЕЛЬГИЙЦЕВ
Ги Верхофштадта, премьер-министра, Карела де Гюша, министра иностранных дел
ПРЕЗИДЕНТ ЧЕШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ
Станислава Гросса, премьер-министра,
Кирила Свободу, министра иностранных дел
ЕЕ ВЕЛИЧЕСТВО КОРОЛЕВА ДАНИИ Андерса Фог Расмуссена, премьер-министра, Пер Стиг Меллера, министра иностранных дел
ПРЕЗИДЕНТ ФЕДЕРАТИВНОЙ РЕСПУБЛИКИ ГЕРМАНИЯ
Герхарда Шредера, Федерального канцлера,
Йошку Фишера, министра иностранных дел и заместителя
Федерального канцлера
ПРЕЗИДЕНТ ЭСТОНСКОЙ РЕСПУБЛИКИ
Юхана Партса, премьер-министра,
Кристийну Оюланд, министра иностранных дел
ПРЕЗИДЕНТ ГРЕЧЕСКОЙ РЕСПУБЛИКИ
Костаса Караманлиса, премьер-министра,
Петроса Ж. Моливиатиса, министра иностранных дел
ЕГО ВЕЛИЧЕСТВО КОРОЛЬ ИСПАНИИ
Хосе Луиса Родригеса Сапатеро, главу правительства,
Мигеля Анхеля Моратинос Чиобе, министра иностранных дел
и сотрудничества
ПРЕЗИДЕНТ ФРАНЦУЗСКОЙ РЕСПУБЛИКИ
Жака Ширака, президента,
