Глава 2. Младенцы.
- Ну, как успехи?
- Не думаю, что положительные.
- Вот как. Расскажи.
- Позавчера они весь день что-то искали.С трудом понял - что.Капусту.
- Капусту? Интересно. Нашли?
- Нет, конечно. У нас здесь нет капусты.
- Почему?
- Не предусмотрена.
- А зря.
- Капуста - грубый овощ.
- А какие блюда получаются из этого грубого овоща...
- Это не существенно. У них есть все, чтобы утолять голод.
- А им захотелось капусты. Мне кажется, это хороший признак. Дальше.
- Вчера они целый день с небольшим перерывом шли в одну сторону, стараясь идти прямо. Искали край мира.
- Кстати, что у нас там с краем мира?
- Край мира для них скрыт.
- Почему?
- Как ты не поймешь... Если они увидят край мира...
- Что же произойдет, если они увидят край мира?
- Это будет большой шок для них.
- А ты, стало быть их от этого шока оберегаешь. Считаешь - они еще не готовы? Зря ты так думаешь о них. В них проснулось любопытство.Пусть увидят, где они живут.
- И поймут, что их мир - это всего лишь маленький клочок?
- О да.
- Они возненавидят этот мир.
- Естественно. Они его уже ненавидят. Только еще не понимают этого.
- За что же они его ненавидят?
- За то, что в нем нет капусты.
- Смеешься?
- Нисколько. В нем нет капусты, какой-нибудь брюквы, еще чего-то.
- Далась им эта капуста. Хорошо, я насажу капусту.
- Ни в коем случае. Умоляю тебя, не делай этого. Не иди у них на поводу. Иначе в один прекрасный момент тебе придется расширять мир, когда в нем не станет места, например для баобабов. Или для чего-то еще.
- Я начинаю думать, что зря тебя послушался. Их придется отсюда убирать.
- Конечно. Им здесь скоро станет тесно. Они сами попросят тебя переселить их отсюда. Они еще не совершили чего-нибудь предосудительного?
- Что ты имеешь в виду?
- Никого из зверей не убили?
- Зачем?!
- Чтобы поесть мяса.
- Ты думаешь, им захочется?
- Им уже хочется. Или ты думаешь, они ограничатся капустой?
- ... Ты считаешь, что это правильный путь?
- Безусловно.
- Но нужного результата пока нет.
- Будет. Прошло-то всего два дня.
* * *
Сегодня они впервые поругались. Он настаивал, что нужно убить оленя, или, на худой конец, зайца и полакомиться мясом. Она категорически воспротивилась. С какой это стати? Они же ручные, зверушки, они вон какие доверчивые, у них же глаза - умные-умные, не то что у тебя. И их - есть? Что это пришло в твою пустую голову? Ни за что!
Ах, это у него голова пустая? Это у тебя голова пустая! Только и знаешь, что над озером вертеться, себя рассматривать. А чего, собственно вертеться? Жалко, что ветер здесь слабый, а то подул бы как следует, чтоб ты в воде себя разглядеть не смогла.
Ах, ветер ему слабый! Зато у тебя в голове сквозняк! Я для чего у воды верчусь? Хоть бы подумал. Вот подумай, подумай, может быть придумаешь что-нибудь. А мясо я есть не собираюсь. Здесь фруктов полно. Мяса ему! Яблоки ешь!
Сама ешь свои яблоки! И груши! И манго! И бананы! Вот у меня где твои бананы! А яблоками я вообще сыт по горло!
Он плюнул и ушел. Долго бродил по саду, медленно остывая и прислушиваясь к своим необычным ощущениям. Сердце колотится будто он пять раз вокруг озера обежал. И вообще - хочется рвать и метать. И он рвал. Листву. Траву. Ломал ветки. Потом сообразил, что трава и ветки ни в чем не виноваты. Сел. Что это Он, собственно так разошелся? Ну не хочет Она есть мясо, и ладно. Заставлять ее, что ли? Не будем мы ее заставлять. Пусть питается яблоками. Это ее личное дело. Глаза у них, видите ли, умные-умные, не то что у меня. А мне плевать. Мне жрать хочется! Ух ты! Слово-то какое: жрать! Жрррать! Да. И никаких. Впрочем, жрать-то как раз не очень хочется - Он ведь совсем недавно этих проклятых яблок нажрался, провались они совсем. Но мяса бы Он поел. Ах, как Он поел бы мяса! С чавканьем, с урчанием, вращая глазами. Стоп, так ведь мясо-то будет сырое. Надо же его как-нибудь разогреть... и... это... обжарить. А на чем? Огонь нужен, вот что. А где его взять? Негде. Нигде тут ничего не горит. А как огонь этот самый добыть - неизвестно. Надо будет подумать над этим. А то, знаете ли, сырое мясо это как-то неаппетитно. Подумаю об этом... Огонь... Как бы попробовать его разжечь, а? Разжечь... Он незаметно уснул и во сне увидел Ее. Какая Она красивая. Какая кожа у Нее белая и гладкая, должно быть. Почему это Он до сих пор не удосужился проверить, какова Ее кожа на ощупь? А ведь прикасался к Ней тысячу раз, за руки Ее брал, по плечу хлопал. А надо было не хлопать, а погладить, дубина. И не только по плечу... Вот как сейчас, во сне... Он ощущал что-то совершенно необычное, какое-то острое, покалывающее наслаждение, и когда Она тоже обняла Его, Он почувствовал, что стал невесом, что отрывается от земли и вместе с Ней парит в облаках окутывающей их неги и блаженства... Что-то разбудило Его. Он крякнул с досады и вдруг почувствовал в том месте, где сходятся ноги что-то совсем уж невообразимое - силу и мощь возбужденной плоти. Он сел и долго таращился в сумрак сада. А потом Его мозг обожгла мысль : для чего это Она так часто крутится возле озера, прихорашивается, старается выглядеть лучше. Уж не для того же, чтоб понравиться лягушкам и зайцам. И потом, Она ведь сказала "Подумай!" И Он пошел Ее искать...
* * *
- Итак...
- Ты был прав. Они провели ночь вдвоем. А потом съели десятка два яблок от той яблони.
- Ну?!
- Они набросились на нее и чуть не вырвали с корнем.
- Молодцы. А как насчет мяса?
- Он уговорил ее попробовать.
- И?..
- Они подманили олененка... В последний момент им стало его жалко.
- Вот видишь. Значит все нормально, значит в пучину безоглядного греха они не вверглись. Значит, в них осталась жалость к беззащитным животным. Это же прекрасно! А теперь - гнать их в шею! Они уже созрели. Я подобрал им прекрасную планету, они будут довольны, да и ты тоже. Она во многих местах почти не отличается от этого мира, вот только яблони и груши там просто так не растут, их придется возделывать, работать придется. Ничего, пусть попотеют, им это на пользу. И оленята там не такие доверчивые, за ними побегать придется, ох как побегать. Да ты знаешь эту планету, возле желтого солнца.
- Помню. Вообще-то именно туда я и думал их поселить.
- Вот и прекрасно. Пусть еще денек помучаются, а потом - в шею!
- Знаешь... У меня рука не поднимется. Они же дети мои...
- Вздор! А впрочем, хорошо. Я сам. Так и быть. Сниму с тебя это бремя. Мне это вроде бы с руки. Только смотри - освоятся они там, обживутся, детей нарожают, ты еще парочек десять сделай - это профилактика от кровосмешения, чтоб не выродились через пару поколений. Да не забудь меня позвать, для завершающего штриха.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
