- Вон!!! - Взревел муж. - Наглость какая - из России к нам за маслом едут, с Украины - за нижним бельем, из Польши за колбасой, теперь еще черти повадятся наше пиво за границу вывозить! Челноки чертовы! А потом в магазинах шаром покати!!!
Дверь хлопнула, едва не прищемив меченому пушистое рыльце.
- Хам. - Очень культурно сказали за дверью, и в дыру глазка полезла скрученная трубочкой банкнота. Банкноту муж, изловчившись, выхватил, а в дыру мстительно ткнул отверткой. По ту сторону взвыли басом, а банкнота тут же обернулась сухим дубовым листом, на котором при взгляде на свет отчетливо просматривались водяные знаки.
- Черт знает что! - К месту сказал муж, потирая затылок.
- Берись за дело! - Строго напомнила я, открывая дверь.
За дверью, на бело-желтом одуванчиковом лугу крепко спало трехголовое чудо-юдо. Каждый его выдох поднимал в воздух три легких облачка опушенных семян. Вокруг чуда-юда с победными криками мельтешил низкорослый богатырь в длинной кольчуге с шеломом, поочередно пытаясь отделить мечом от спящей туши три бугристые головы, или, на худой конец, хвост. Меч отскакивал, как резиновая дубинка от бревна. Чудо-юдо не обращало на богатыря ни малейшего внимания. Невдалеке текла река, судя по всему, Смородина, а под Калиновым мостом переминались с ноги на ногу два других богатыря, повыше и поплечистее, ожидая, когда же наконец их не шибко умному брату, Ивану, надоест совершать подвиги, и можно будет вернуться домой и выпить по бочонку пива.
Муж нашел клещи и подступил к замку, щелкая ими, как средневековый стоматолог. Шесть гвоздей, пробивших дверь насквозь (три в наружной стороны, три с внутренней), особых хлопот не доставили - муж прошелся молотком по торчащим остриям, подцепил приподнявшиеся шляпки клещами и выдернул.
От грохота молотка чудовище проснулось, зевнуло во все три горла, показав ленты зубов, идущих до самого желудка и, так и не заметив вконец уморившегося Ивана, поползло к нам на коротких кривых лапах.
От греха подальше мы закрыли и снова открыли дверь.
На пороге стояли черти. Уже другие, в штатском, с пластиковыми карточками-бэджами на отворотах, как у спецагентов из сериалов про НЛО.
- Таможенная служба! - Отчеканил первый, с опознавательными знаками майора, выбитыми на рогах.
- Налоговая полиция. - Угрюмо пробурчал второй, не вынимая рук из карманов долгополого плаща. - Тут спекулянты не пробегали?
- Хвостатые? С пушистым рыльцем? Главный со шрамом во всю щеку? Вежливо так говорили? - Уточнил муж.
Рогатые спецагенты заметно оживились.
- Да, да, они самые! Это злостные спекулятивные элементы, они подрывают экономику пекла, беспошлинно ввозя в преисподнюю спиртные напитки! Вы пустили их сквозь врата?!
- И их не пустил, и вас не пущу! - С молотком наперевес объявил мой негостеприимный супруг. - Мы с вами двустороннего соглашения о выдаче государственных преступников не заключали, так что уберите свое официальное копыто с границ суверенной квартиры!
Те вытаращили на мужа глаза, но ответить ничего не успели - дверь захлопнулась.
- Дай я открою, у тебя рука несчастливая. - Сказала я, и тут же прямо мне в руки свалилась стрела - тупая и корявая, оперенная, судя по всему, подобранным в грязи петушиным пером. По необозримому болоту, придерживая рукой высокую красную шапку, с кочки на кочку скакал костлявый подросток с жалкими зачатками бороды внизу щек, в расшитом золотом долгополом кафтане, с ореховым луком через плечо.
Увидев меня со стрелой, он так и сел на кочку.
- А где жаба?! - Хрипло спросил он.
Муж елейным голосом заметил, что это она самая и есть. Я, не оставаясь в долгу, обозвала его Кащеем Бессмертным. Горе-стрелок легковерно позеленел от страха, развернулся, и, обронив-таки шапку, задал стрекача.
А нас атаковали комары - целые тучи изголодавшихся кровопийц, без колебаний сменивших промозглое болото на однокомнатное жилье в центре города. Торопливо захлопнув дверь, мы битый час носились по квартире с газетами наперевес, выпроваживая незаконных эмигрантов в природную среду парка.
При следующим открытии некий подозрительный с виду тип, не поднимая лица из тени широкополой шляпы и старательно пряча когтистые лапы за спиной, вкрадчиво предложил мужу взаимовыгодное сотрудничество. От странного собеседника отчетливо попахивало серой и плесенью. Муж был начеку и наотрез отказался сначала отдать, потом продать, и наконец променять замок на богатство, славу и власть над миром.
Не очень чистый тип мелодично и многообещающе обронил: "Очень, очень жаль... вы меня разочаровали, милейший", после чего исчез в клубе дыма, мелькнув кисточкой хвоста.
На всякий случай мы еще раз хлопнули дверью. Теперь за ней было темновато, но я включила фонарик, и демонтаж замка продолжался в его зыбком свете. Два последних гвоздя прошили дверь с торца, уйдя в ДСП со шляпками, и муж безуспешно пытался подковырнуть их долотом.
На восьмом гвозде муж прищемил ноготь клещами и выдал на-гора весь словарь нецензурной лексики. Я сжалилась и объявила перекур. Мы сидели на единственной табуретке - я на коленях у мужа, и, допивая кофе, любовались звездной летней ночью, пока из темноты не вынырнул неестественно бледный тип в черно-алом плаще и, выразительно облизываясь, не предложил мужу выпить с ним "на брудершафт". Я лениво толкнула ногой дверь, она качнулась туда-сюда.
На пороге переминались три скелета в милицейской форме советского образца. Мы вскочили и рефлекторно вытянулись по струнке.
- Жалоба на вас поступила, граждане. - Откозыряв, укоризненно доложил главный из бесплотных, с нашивками сержанта. - Нарушаете порядок, дебоширите. Мусорите в сопредельных мирах (при этих словах скелет протянул мне списанные на упыря клещи), заслуженную пенсионерку обхамили, нанесли умышленное увечье холодным колющим инструментом добропорядочному гражданину Бартоку и тупым рубящим - заслуженному деятелю наук гражданину Клыку. Нехорошо, граждане, придется пройти...
И с надеждой добавил:
- ...а может, на месте штраф заплатите?
Муж порылся в кошельке и молча вручил скелетам две купюры. Не выдав расписки, они откозыряли и растаяли в воздухе, оставив после себя легкий запах кирзы.
- И одной бы хватило... - проворчала я, без особой, впрочем, уверенности. - Закрой дверь, пока не вернулись!
Муж хлопнул дверью от души.
На сей раз напротив нее стоял сухонький старичок в белом халате, с глубокомысленным видом помахивая перед замком неким гудяще-жужжащим прибором размером с плеер, с рогатинкой вместо антенны, на концах которой попеременно загорались и вспыхивали маленькие неоновые огоньки. За данными манипуляциями с неослабевающим интересом наблюдали трое молодых безусых ассистентов с густо исчерканными планшетками.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
