- Как твои дела, деточка? – баба Люда села на скамейку рядом.
- Хорошо, - девушка затянулась. – Не бедствую. Салон у меня.
Хотелось показаться перед этой пожилой женщиной из прошлого взрослой и успешной.
- Вот как! Никогда в тебе не сомневалась, Алёнушка.
Сердце сжалось. Так её уже давно не называли. Так её вообще никто не называл, кроме дедушки, который давно умер.
- А вы как? – Ленка откинула сигарету.
- Да вот, какие мои годы… Алён, деточка, скажи, а тебе сотрудники не нужны? У меня внучка в институт поступила, а денег не хватает. Ей бы работу. А, доченька?
От этого трогательного «доченька» и «деточка» хотелось огрызнуться. Но Ленка не посмела. Тем более работа у неё была. Она достала визитку из кармана дизайнерского пальто, которое нихуя не грело в дождливую российскую зиму:
- Вот, пусть приходит завтра по этому адресу. Будет помощником администратора.
- Она с утра учится, - баба Люда не верила своему счастью, и Ленка почувствовала себя неуютно. Ей-то ничего это не стоило.
- Пусть работает с трёх до девяти, - девушка ощутила себя всемогущей. – День через день.
- Алёночка, сам Бог послал мне тебя!
Бога девушка не жаловала и лишь поморщилась.
- А, - старушка извиняющеся посмотрела на неё, - какая зарплата?
Если бы Ленка знала… Она не помнила. Хотя недавно подписывала какие-то бумаги… И назвала цифру наугад:
- Тридцать штук.
- Тридцать? – баба Люда всплеснула руками. – Так много?
Ну а сколько они получают? Пришлось оправдываться, говорить, что салон люксовый, работы много.
- Она справится. Со всем! – пообещала баба Люда и подалась вперёд, словно хотела обнять девушку. Ленка поспешно отодвинулась назад.
***
«Справится?» - хмыкнула Ленка про себя, когда после обеда вошла в салон и незнакомая девушка при виде её выпустила из рук коробку с лаками для ногтей. Пузырьки разбились, разукрасив Лену, Ленину шубку, Ленины туфли, саму незнакомку, стены и потолок.
- Извините.
- Мои туфли стоят две штуки, - и, прежде чем девушка выдохнула, Ленка уничтожила её: - Баксов.
- Ой. А… меня Юля зовут.
- А мне пофиг, - улыбнулась Ленка и взяла из рук подоспевшей администраторши салфетку, пропитанную жидкостью для снятия лака.
***
Юля начала бесить Лену с самой первой секунды. Она казалась неуклюжей, неловкой и вечно всё переспрашивала, словно ей было реально дело до того, что она делает и как.
Когда через неделю Юля стала выполнять свою работу лучше всех остальных, подходя к каждому заданию со всей ответственностью и заинтересованностью, Лена тихо скрипела зубами. Уволить девчонку она не могла, приходилось терпеть.
Эта мелкая сопля умела успокоить любого клиента, всё запоминала слёту и никогда не путала, как другие. Она задерживалась, не опаздывала и была прилежной, как ботаник из девятого класса.
Как-то Лена зашла, когда Юля стояла на стульчике и развешивала безвкусную новогоднюю мишуру по стенам. По стенам с дизайнерским ремонтом. Первым делом Ленка прокомментировала большую, на её взгляд, задницу девчонки, а потом круто отчитала её за самовольный поступок. Юля спокойно слезла со стула и негромко ответила:
- Моя задница мне нравится больше, чем твоя. Поступок мой был обусловлен тем, что я хочу сделать как лучше. Внести хоть немного праздника в это трагически-унылое место. Ты не обратила внимания, что клиентов стало меньше? Хотя на что ты вообще обращаешь внимание, кроме себя? Так что я сейчас закончу развешивать украшение и, если тебе не понравится, сдерёшь. Но я их снова повешу. Правда, ты можешь поехать в магазин и купить то, что тебе по нраву. Как такой компромисс?
Лена опешила. Никто с ней так не разговаривал. Тем более прислуга. Тем более в её салоне. Тем более несовершеннолетняя прислуга. Блять. Ленка даже не нашлась что ответить, просто кивнула и вышла. Покурила на ступеньках, думая, что это малолетка права: клиентов реально стало меньше. Хотя перед праздником все хотят почистить свои пёрышки.
Ленка даже не заметила, что они с Юлей перешли на «ты».
***
Тема с украшением оказалась не так плоха. Празднично-уютно. Юля на свой первый аванс купила конфет в новогодней упаковке и презентовывала их каждому клиенту. Последние уходили очень довольными. Ленка не понимала, чего так радоваться пятидесятирублёвой конфетке?
- Нужна реклама, - заявила Юля, врываясь к Ленке в кабинет и отвлекая её от просмотра журнала.
- Нахуй?
- Перестань материться, - повысила тон наглая девчонка, уперев руки в бока.
Конечно, Ленка решила материться ещё больше.
- Так что с рекламой? – не выдержала Юля.
- А что с ней?
- Её нет.
- Как нет? А вывеска?
- Ты прикидываешься или правда такая? – девочка сделала многозначительную паузу после слова «такая». Имея в виду или «тупая», или «дура», или и то, и другое.
- Какая? – Лена выпрямила спину и, сама того не замечая, выгнулась. В такого рода перепалках она использовала, прежде всего, свою внешность.
Юля оценила бы. Будь парнем. Вообще, лучше никогда не спорить с красивой женщиной. Итог предрешён. Только вот девочка Лену красивой не считала. Она подозревала, что за слоем лоска обычная серая мышка. Тупая и ленивая до одури к тому же. Нужно как-то выбить из этой стервы деньги на рекламу. Спор. Вот на что она точно поведётся.
- А давай поспорим? Я делаю рекламу. И когда клиенты к нам повалят, ты выплатишь новогодние бонусы всем сотрудникам?
И Ленка повелась. Своими холёными пальчиками выдала деньги на промоушен прямо из кассы.
***
Через неделю Лене пришлось с кислой миной раздать всем сотрудникам конвертики с новогодним бонусом. Она не знала, что сделала эта мелкая сучка, но поток клиентов повысился в несколько раз. Так как Юля тоже являлась сотрудником, то она получила свой заветный конвертик с таким видом, что забрала у Лены последние деньги. Оставшись одна, девочка взглянула на «бонус». Она предполагала, что жадность - одна из черт её работодателя. Но не предполагала, что настолько. В конверте был один доллар. К счастью, другим сотрудникам Лена выплатила бонусы в размере сорока процентов от зарплаты.
***
Последний день уходящего года. Лена застряла в салоне из-за идиоток, решивших сделать праздничную укладку, и из-за администратора, которая свалила из-за какой-то температуры домой. Добрая Юля заменяла всех, кого могла, старалась всем угодить, купила за свои деньги тортик и потчевала им куриц с вечерними причёсками на головах.
