Даск покачала головой и улыбнулась – отчасти способности напарника быстро восстанавливать силы, отчасти его преданности. Он знал, насколько приключение захватило ее, и как сильно она ненавидит оставлять дела незаконченными. А еще Тендау хотел узнать, во что все это выльется. Даск трогала награда, которая уже ей досталась: его дружба.
Пока они со всем возможным усердием выслеживали троицу наемников, Даск все никак не могла отделаться от мысли. Она обдумывала ее снова и снова, и затем, наконец, поделилась с Тендау.
– Знаешь, что странно? – сказала она. – Он сказал, что мы ищем «жемчуг». Разве это не кажется малость необычным? Я имею в виду, может, они как-то и походят на жемчужины, но почему он решил, что…
– Смотри, – перебил Тендау и указал на восточный край ущелья, на вершине которого они стояли.
В свете звезд блестело нечто, похожее на ряд белоснежных арок – превосходной формы и четко разделенное. Даже с расстояния нескольких сотен метров Даск поняла, что это.
– Кости крайтов, – выдохнула она.
Ухмыльнувшись Тендау, она приготовилась спуститься с холма. Но прежде, чем она сделала хоть шаг, ночь пронзил уже знакомый вой лазеров. Зазвучали множественные выстрелы, которые становились все громче и громче. Даск с Тендау, видя вокруг лишь мелкие кустарники, кинулись в укрытие на стынущий песок. Мгновением позже на восточном краю ущелья показались бегущие сломя голову забраки и мон-каламари. Один из забраков то и дело оборачивался, чтобы пальнуть за спину, но по большей части просто несся так быстро, как позволяли ему ноги. Троица практически потерялась из виду, а Даск уже начала было подумывать об их здравомыслии, когда ночь растревожил вой.
Из тьмы на востоке расщелины показался не просто один, а целых три крайт-дракона. Даск в страхе затаила дыхание. Она изучала информацию, касающуюся этих созданий – по крайней мере, те ее малые крупицы, что вообще существовали – но никогда и не мечтала приблизиться даже к одному, не то чтобы к трем. Первые два крайта были значительно больше, потому Даск предположила, что третий – детеныш. Все трое обладали характерным гребнем пяти рогов, а тела их отсвечивали зеленоватым оттенком. Даже с такого расстояния Даск могла разглядеть крупные шипы, торчащие из их бронированной кожи, и двойные шипы на концах их хвостов.
Насколько можно было судить, меньший из крайтов был так же высок, как и два стоящих друг на друге гуманоида, тогда как драконы постарше были больше, по крайней мере, вдвое. Полагали, что эти животные продолжали расти до самой своей смерти. Если это и в самом деле была правда, то Даск могла лишь гадать, сколько лет тем экземплярам, что неслись перед ними. Так же быстро как появились, драконы затерялись в противоположном направлении, по-прежнему преследуя троих незваных гостей.
– Похоже, наши «приятели» отогнали для нас животных, – тихо сказал Тендау, хотя шептать нужды не было.
– Давай не будем упускать шанс, – отозвалась Даск, сбегая вниз с холма, где появились крайты. Иторианин последовал за ней.
Едва они ступили в ущелье, как у Даск перехватило дыхание. Внутри был не один или два скелета – а сотни и сотни. Бредя по кладбищу и, словно по туннелям, без труда проходя через разбитые реберные остовы, Даск не прекращала изумляться, как много тут скончалось существ, необъяснимо притянутых на кладбище. Место напомнило ей о созданиях, с которыми она сталкивалась в своей работе – животных, что всегда возвращались на одно и то же место, дабы обзавестись потомством. Некоторые из них были известны как «терминальные производители», потому как умирали вскоре после того, как достигали цели. Даск надеялась найти схожее объяснение и здесь.
Пока они с Тендау шли все дальше в глубь ущелья, минуя черепа и останки когтистых лап, что-то блеснуло в песчаном покрове, отразив звездный свет. Даск направилась туда, а коллега напомнил ей:
– Лучше нам собрать те образцы, что можем. Не думаю, что у нас много времени.
В центре одного из реберных остовов гнездилось нечто, размером сравнимое с головой Даск. Она подняла предмет, и вытянула его перед собой, чтобы получше рассмотреть. Поверхность предмета отливала кремовым цветом, а сам он мягко светился. Он был совершенно гладок, и Даск поняла, что крайты, как и многие рептилоидные расы, проглатывали камни и перемещали их в своем втором желудке, чтобы помочь пищеварению – возможно, они делали это годами.
– Жемчуг, – промолвила она и, хотя кладбище было для того странным местом, разразилась смехом. – Жемчуг, – молвила она снова, почти задыхаясь.
– Даск, – произнес Тендау.
Тон его голоса заставил Даск резко развернуться.
Затаив дыхание, она уронила жемчужину крайта себе на ногу.
– Оххх, – в страхе произнесла она.
***
За барной стойкой таверны пристроились несколько путников, только-только прибывших из Мос-Эспа. После заката двойных солнц Татуми, разговор перешел к легендарным каньонным крайтам и их сокровищам.
– Я слышал, что кладбище кишит их жемчугом, а каждая жемчужина стоит целое состояние, – сообщил молодой родианин своей собеседнице. – Я отыщу для тебя одну, – сказал он ей, прежде чем сорвал поцелуй. Та восхищенно хихикнула.
– Не пори чушь, – огрызнулся на него человек. – Нет ни кладбища, ни таких понятий, как крайт или жемчуг. Все, что ты там найдешь – так это каких-нибудь здоровых песочных жуков, которые будут очень рады тобой закусить.
Они и его товарищи от всей души расхохотались.
– Он прав, – донесся с конца помещения твердый женский голос.
В одном из темных углов таверны из-за столика поднялась особа в плаще, и, оставив своего товарища, подошла к бару.
Девушка откинула капюшон и обнажила густую копну каштановых волос, полных песка и пыли. Ее серые глаза горели восторгом.
– Крайты существуют, и есть богатства, которые невозможно вообразить, только и ждущие открытия.
Не тронутый словами девушки, остудивший родианина человек заявил:
– И откуда ж ты знаешь?
– Потому что я не только была там, но и принесла с собой одно из сокровищ.
Помещение смолкло, в предвкушении затаив дыхание. Достав мешок, Даск опустила его на барную стойку, и бережно раскрыла. Она неспешно извлекла единственный, сродни жемчужине, предмет и с немалым трепетом подняла его высоко в воздух.
– Ууу, – простонал родианин. – Это не сокровище – просто никчемное яйцо.
И разочарованные посетители вернулись к своей выпивке.
Но Даск была ко всему глуха. Воззрившись на сияющее яйцо крайта, она прошептала:
– Бесценное.
