Читаем без скачивания Обманутые иллюзии - Нора Робертс

Он остановился сзади и осмотрелся. Руководствуясь инстинктом, отточенным за последние шесть недель как лезвие ножа, Люк прошмыгнул мимо кучки детишек; не удостоил внимания и несколько пар, слишком бедных, чтобы можно было рассчитывать на какую-нибудь прибыль. В этой ситуации его клиентами могли стать только женщины, потому что большинство мужчин будут сидеть на своих портмоне.

- Извините, - вежливо, как бой-скаут, он втиснулся рядом с типичной бабушкой, слишком поглощенной шалостями сидящих с другой стороны девочки и мальчика.

Как только Люк уселся, на сцену вышел Великий Нувель. Он был одет полностью по форме. Черный смокинг и накрахмаленная белая рубашка странно выглядели под насквозь прожаренным куполом. Начищенные туфли блестели. На мизинце левой руки сверкал в лучах прожекторов золотой перстень с черным камнем.

Величие чувствовалось даже в самом взгляде, брошенном на зрителей.

Маг молчал, но купол словно бы заполнился его присутствием. Он выглядел точно так же, как и на афише, только в черных волосах вспыхивали серебряные искры. Великий Нувель поднял руки и протянул их ладонями к зрителям. Быстрое движение кисти, и в его растопыренных пустых пальцах появилась монета. Еще движение - и еще монета, и еще, пока все промежутки между пальцами не заполнились блеском золота.

Люк был настолько потрясен, что он даже наклонился вперед и прищурился. Ему хотелось узнать, как это делается. Конечно, это просто фокус. Мальчишка уже слишком хорошо знал, что в окружающем его мире полно фокусов. Он уже не задавал себе вопроса "почему?", но все больше хотел понять - "как".

Монеты превратились в цветные шары, на глазах меняющие размеры и цвет. Их становилось то больше то меньше, они то появлялись, то исчезали, а зрители тем временем аплодировали.

Отвести глаза от сцены было трудно. Вытащить шесть долларов из кошелька "бабули" - просто. Спрятав подальше добычу, Люк соскользнул с сиденья и передвинулся на новое место. Теперь перед ним сидела блондинка, а ее соломенная сумочка небрежно валялась рядом на полу.

Пока маг разогревал аудиторию ловкостью рук, Люк разжился еще четырьмя долларами. Но он все больше и больше отвлекался. Решив, что подождет, перед тем, как приступить к толстой даме справа, мальчик расслабился и стал смотреть представление.

На несколько минут Люк стал обыкновенным ребенком, с глазами, расширенными от удивления. На сцене маг развернул веером карты и провел одной рукой снизу, а другой - сверху колоды, так, что она словно бы зависла в воздухе. Легкое движение кистей - и карты раскачивались, наклоняясь, вертелись вокруг собственной оси. Из зала постоянно хлопали или выкрикивали что-нибудь одобрительное. Все были захвачены представлением. И Люк упустил свой шанс разбогатеть.

- Эй, ты, - прогремел вдруг голос Нувеля. Люк замер - он почувствовал, что эти темные глаза смотрят прямо на него. - Ты как раз такой мальчик, какой мне . нужен. А мне нужен сообразительный... - в глазах блеснул лукавый огонек, - и честный парнишка, чтобы помочь в следующем фокусе. Иди сюда. Нувель смахнул карты на столик и поманил Люка рукой.

- Давай, малый, давай, - кто-то подтолкнул его локтем в ребра.

Вспыхнув до корней волос, Люк встал. Он знал, как опасно, когда люди обращают на тебя внимание. Но если он откажется, то все запомнят его еще лучше.

- Выбери карту, - сказал Нувель, когда Люк взобрался на сцену. - Любую.

Он опять развернул их веером, на этот раз рубашкой к зрителям, чтобы они убедились, что карты не крапленые. Затем Нувель быстро и ловко перетасовал колоду и разложил на маленьком столике.

- Любую карту, - повторил он, и Люк сосредоточенно нахмурился, выбирая одну карту из колоды. - Покажи ее зрителям, - объяснял Нувель дальше. Держи так, чтобы всем было видно. Прекрасно, прекрасно. У тебя отлично получается.

Чему-то улыбаясь, Нувель собрал оставшиеся карты и опять перетасовал их своими длинными умными пальцами. - Теперь... - не отводя глаз от Люка, он протянул ему колоду: - Положи свою карту, куда хочешь. Вот так, вот так. Молодец, - фокусник весело хмыкнул. - А теперь возьми колоду и перетасуй ее сам. Как тебе больше нравится, - пока Люк мешал карты, Нувель не сводил с него взгляда. - Так, хорошо. А теперь, - рука Нувеля легла Люку на плечо, положи, пожалуйста, их на стол. Сам снимешь, или мне разрешишь?

- Я сам, - Люк накрыл карты обеими руками. Он был уверен, что теперь его никто не надует. Ведь он так близко..

- Твоя карта - самая верхняя?

Люк открыл верхнюю карту и хихикнул.

- Нет!

Нувель выглядел озадаченным, а из зала послышался смех.

- Нет? Может быть, тогда нижняя?

Входя во вкус, Люк перевернул колоду и вытащил нижнюю карту.

- Нет! Кажется, вы что-то перепутали, мистер!

- Странно, очень странно, - пробормотал Нувель, потирая пальцем подбородок. - Оказывается, ты намного умнее, чем я думал. Похоже, что ты меня надул. Твоей карты вообще нет в колоде. Потому что она... - щелчок пальцами, быстрый поворот кисти, и прямо из воздуха возникла восьмерка червей, - здесь!

Пока Люк в изумлении таращил глаза, а купол содрогался от аплодисментов, Нувель тихонько проговорил:

- Приходи за сцену после представления.

И все. Легонько подтолкнув мальчика, маг отправил его обратно на место.

В течение следующих двадцати минут Люк позабыл обо всем в жизни. Осталась только магия. Не отрываясь, он смотрел, как танцевала на сцене маленькая рыжая девчонка в украшенном блестками трико. Хохотал, когда она спряталась в большой черный цилиндр и вдруг превратилась в белого кролика. Чувствуя себя совершенно взрослым, он с интересом следил, когда девочка и фокусник затеяли шутливый спор о том, во сколько она должна ложиться спать. Девчонка трясла кудрявой рыжей головой и упрямо топала ногами. Вздохнув, Нувель набросил на нее черное покрывало и трижды взмахнул своей волшебной палочкой. Покрывало соскользнуло на землю, а девочка исчезла.

- Родители должны быть строгими, - спокойно сказал Нувель.

Под конец Нувель распилил пополам сногсшибательную блондинку в коротеньком трико. Ее фигура и костюм вызвали целый шквал свиста и одобрительных возгласов.

Один мужчина в разноцветной рубашке и накрахмаленных, расширяющихся книзу джинсах сорвался с места, восторженно крича:

- Эй, Нувель, если ты закончил с этой дамой, то я забираю нижнюю половину!

Ящики с половинками молодой женщины отодвинули друг от друга. По команде Нувеля она шевелила пальцами рук и носочками. Когда ящики сдвинули обратно, Нувель убрал металлические перегородки, взмахнул волшебной палочкой и резко откинул крышку.

Живая и невредимая, женщина встала и раскланялась под гром аплодисментов.

Люк совершенно позабыл о кошельке толстушки справа, но решил, что это представление стоило того, чтобы на него пойти.

Когда публика потянулась на воздух, чтобы еще успеть прокатиться по железной дороге или поглазеть на Сахиба-Заклинателя змей, Люк робко направился к сцене. Может, подумал он, раз уж он был ассистентом на карточном фокусе, этот маг Нувель объяснит ему, как это делается.

- Парень.

Люк посмотрел вверх. С высоты его роста мужчина выглядел просто гигантом. Шесть футов пять дюймов и двести шестьдесят фунтов крепких мускулов. Гладко-выбритое лицо шириной с обеденную тарелку, близкопосаженные глаза - как две виноградины. Из угла рта небрежно свисала папироса.

Словно уродливая глыба, Герберт Патрински, по прозвищу Мышка, перекрыл Люку все пути к отступлению. Мальчишка инстинктивно сжался, выпятив вперед подбородок. Плечи опущены, ноги - немного врозь, в устойчивом положении.

- И?

Вместо ответа Мышка мотнул головой и побрел прочь. Люк колебался не более десяти секунд, затем пошел за ним.

Карнавал затихал. Его дешевые чары рассеялись, мишурный блеск растаял. Они шли по желтой вытоптанной траве к стоянке фургонов и прицепов.

Прицеп Нувеля казался породистым конем в стаде кляч. Он был длинным и лоснящимся, черная краска блестела в слабом свете луны. Сбоку виднелась серебряная надпись: "Великий Нувель, необыкновенный волшебник".

Мышка легко стукнул в дверь и сразу распахнул ее. Люк вошел следом за ним. В ноздри ударил аромат, странно напомнивший ему знакомый запах - запах церкви.

Великий Нувель уже избавился от своего сценического смокинга и возлежал на узкой кушетке в длинном черном шелковом халате. Тонкие струйки дыма лениво подымались к потолку от шести курильниц с ладаном. Где-то в глубине фургона играла тихая музыка. Нувель плеснул себе в стакан с два дюйма бренди.

Люк засунул внезапно вспотевшие ладони поглубже в карманы и оценивающе осмотрелся. Он знал, что это просто фургон, но впечатление было такое, будто он попал в какой-то экзотический притон. Запахи, конечно, и разноцветные яркие плюшевые подушки, разбросанные по комнате; и маленькие, богато затканные коврики, как попало лежащие на полу; шелковые занавески на окнах; таинственный, колеблющийся свет свечей.