опять принялся подрубать ореховое дерево.
— Что тебе нужно от меня? — опять спросил кто-то с дерева.
Это Счастье говорило.
Старик передал ему слово в слово просьбу каждого человека из его семьи, а под конец сказал слова молодой невестки.
Голос с дерева так отвечает старику:
— Все я исполню. Одно только не могу исполнить — просьбу твоей молодой невестки. Она просит общую жизнь, общую работу и любовь друг к другу, а все это вместе — я само.
Сколько ни упрашивал старик, Счастье все одно и то же говорит: «Не могу исполнить просьбу твоей молодой невестки».
— Ты же мне поклялось небом и землей, что исполнишь все, о чем попросят мои домочадцы, тогда почему ты не исполняешь просьбу молодой невестки? Клятву нарушаешь? А может, ты нарочно рассорило мою семью?
— Что с тобой поделаешь! — отвечает голос с дерева. — Я дало клятву и не в силах ее нарушить. Ступай себе домой, а там видно будет.
— Будь здорово, — сказал старик, надел шубу, взял топор и отправился обратно.
Старик пришел домой усталый, сел в свое резное кресло. Вся семья прибежала к нему: и старые и малые, и мужчины и женщины. Один теплыми руками согревает ему лицо, другой теплой водой моет ему ноги, третий приносит есть и пить. Юноши запели песню, чтобы усладить слух старика, девушки пляски затеяли.
На другой день все до одного приступили к работам с самого рассвета. Кто рубит лес, кто возит бревна для нового дома. Кто корм задает овцам, быкам и коровам, буйволам, верблюдам и коням. Кто чистит хлев, кто двор. Кто пироги печет, кто шьет, кто песни поет, кто на фандыре играет, кто детям сказки рассказывает, а кто маленьких кормит.
Каждый старается сделать свою работу лучше и быстрее, чем другие.
Все стали говорить: «наша работа», «наше добро», «наши дети». А слова «мое» будто вовсе и не знали.
Радостью заблестели глаза всех, щеки порозовели — кровь с молоком. Дети стали толстенькими, чистенькими, веселенькими. Кони и верблюды, овцы и козы, коровы и буйволы тоже стали тучными и гладкими, шерсть лоснится на них, и ходят важно. Даже кошки и те стали еще ласковее.
Днем вся семья работает не уставая, а как вечер наступит, новый большой дом наполняется людьми, веселыми и бодрыми.
Счастье навсегда поселилось в большой семье. И было то счастье для всех единым. Общим Счастьем было оно.
Волшебная папаха
Жил да был в Черных горах бедный человек со своей женой. Человека звали Харзафти́д, по-русски это значит: бедняк, пустая сума. А жену звали Ами́нат.
И не было у них ни арбы, ни топора. Один только индюк был у них. И звали его Дуга́л-Дугу́л.
Так и жили они в бедности. Терпели нужду день, терпели год. А когда уже стало им невмоготу, сказал муж жене:
— Пойди-ка, хозяйка, в свой отцовский дом и попроси у отца лошадь и арбу. На той лошади и на той арбе буду я работать день, работать ночь и много заработаю. На те деньги купим мы себе двух волов рогатых. А лошадь и арбу отдадим обратно твоему отцу.
На другой день встала Аминат пораньше, напекла чуреков, привязала индюка за лапку к деревянному колышку, а сама пошла в селение, где жили ее отец и мать. Пришла она в отцовский дом, рассказала о бедности своей и заплакала горькими слезами.
Говорит отцу своему Аминат:
— Отец, дай ты нам арбу и лошадь. На той лошади и на той арбе Харзафтид работать будет день, работать ночь. На те деньги купим мы себе двух волов рогатых. А лошадь и арбу отдадим тебе обратно.
Жаль стало старику родную дочь Аминат и бедного зятя Харзафтида. И дал он им арбу и лошадь.
Прошел день. Прошло семь. Харзафтид не знает дня, не знает ночи, на месте не постоит, а все работает. И к восьмому дню заработал столько, что купил себе рогатого вола.
Радуется Харзафтид, радуется Аминат.
— Досыта я буду кормить индюка болтливого и вола рогатого, — говорит Аминат мужу, — а ты продолжай работать.
И опять работает Харзафтид. Думает Харзафтид, как бы купить ему и второго вола.
А в тех краях по лесам, по горам, и по ущельям шатались три разбойника-абрека. Увидели они на базаре, как Харзафтид купил себе рогатого вола. Еще увидели они во дворе у Харзафтида арбу и лошадь. И порешили разбойники-абреки отнять у Харзафтида и лошадь и вола.
И вот однажды запряг Харзафтид лошадь в арбу и поехал в лес за дровами.
Выскочили из лесу разбойники-абреки, зло сверкнули глазами и говорят ему:
— Лошадь — нам, тебе — арба! Не то мы отправим тебя в Страну мертвых.
Испугался тут Харзафтид. Оставил он лошадь разбойникам-абрекам. Арбу тоже оставил. Сам опечаленный вернулся домой и говорит жене своей Аминат:
— Хозяйка, пропали мы! Лошадь отняли у меня разбойники-абреки, да и арбу я на дороге оставил.
Погоревали бедный муж и бедная жена — Харзафтид и Аминат, погоревали и решили так:
— Продадим нашего вола рогатого в селении на ярмарке. На что нам теперь рогатый вол? У нас даже арбы нет.
На другой день Харзафтид погнал рогатого вола в далекое селение на ярмарку. Идет, идет и думает: «И правда, на что нам теперь рогатый вол?»
Идет Харзафтид по каменистой дороге ущелья, а разбойники-абреки уже поджидают его — сидят близ дороги на скалах. Один сидит на белой скале, другой — подальше, на черной, а третий — совсем далеко, на серой скале.
Вот дошел Харзафтид до белой скалы.
— Пусть день твой будет удачен, бедняк Харзафтид! — закричал абрек-разбойник со скалы.
— И твой день пусть будет удачен! — отвечает ему Харзафтид.
— Сколько ты возьмешь за индюка? — спрашивает абрек-разбойник Харзафтида.
— За какого индюка? Пусть бог глаза у тебя отнимет! — рассердился Харзафтид. — Или не видишь, что это вол, а не индюк?
И пошел Харзафтид дальше по ущелью.
Много ли, мало ли он шел, но дошел до черной скалы.
— Благословение бога на тебя! — говорит второй абрек Харзафтиду.
— И на тебя, — отвечает Харзафтид абреку.
— Сколько ты возьмешь за индюка? — спрашивает его абрек-разбойник.
Еще больше рассердился Харзафтид и крикнул:
