Читаем без скачивания Катер - Дмитрий Каралис

Я сказал, что тоже рад.

-- Море развивает самодисциплину, выдержку, хладнокровие, -- продолжал отец, по разному примеряя шляпу. -- И другие полезные качества! Ты знаешь, например, сколько морских узлов придумало человечество?

-- Даже не догадываюсь, -- сказал я, мягко тесня отца к двери. -- Кроме одного, что у вас с братом на пупках, никогда в жизни не видел.

Батя рассмеялся, и мы стали спускаться по лестнице.

Отец с дядей Жорой родились в Кронштадте, и пупки им завязали специальным, как они уверяли, морским узлом.

Если у большинства людей пупок живет в углублении живота, то эти, кронштадтские пупки, напоминали выпуклую металлическую пуговицу, пришитую к брюху так, что не подковырнешь.

Отец сидел со своим пупком тихо, но дядя Жора все время хвасталсяпуговицей в центре живота и время от времени предъявлял ее, как доказательство кронштадсткого упрямства.

Однажды дядька приехал в Москву выбивать штатное расписание и в кабинете замминистра обмолвился, что не двинется с места, пока ему не подпишут нужную бумагу. Мы, дескать, из Кронштадта, -- сверкал он глазами. Замминистра запер дверь на ключ и попросил показать пупок. Дядька скинул пиджак и гордо расстегнул рубашку.Удовлетворенно хмыкнув, начальникрасстегнул ременьи с улыбкой выставил на обозрение свой упитанный животик: "А теперь ты глянь! И кто из нас упрямее?" Дядя Жора говорил, что он подвел замминистра поближе к окну, попросил его надуть живот и одобрительно поцокал языком, давая понять, что пупок всамделишно кронштадтский.

По словам дяди Жоры, после таких смотрин замминистра радостно подписал бумагу, и они даже выпили на почве пупков и повспоминали родной остров.

В сберкассе было душно, и очередь стояла приличная, человек десять. Батя заполнил требование на пятьсот рублей, мужественно встал в конец очереди и развернул "Ленинградскую правду". Я хотел выйти на улицу, но старушка с палочкой попросила меня заполнить квитанцию на квартиру. Ручка писала плохо, чернильница стояла только на другом столе, и мне приходилось ходить к ней и пробираться сквозь толпу, неся вставочку пером вверх. Трещали кассовые автоматы. Люди занимали очередь и уходили стоять в соседние магазины за продуктами. Возвращаясь, начинали искать свое место и спорили, кто за кем стоял, а кто не стоял. В уголку состредоточено проверяли по газете лотерейные билеты и облигации...

Я заполнил еще несколько квартплат и требований на деньги. Отец почти не приближался к окошечку и нервно вглядывал на часы. Я с извинениями протиснулся к нему. Он пожал плечами -- будем стоять, а что сделаешь? Теперь он читал "Призывы ЦК КПСС к 61-й годовщине Великой Октябрьской Социалистической Революции" на первой полосе газеты.

Когда подошла его очередь, кассирша сказала, что такую крупную сумму надо было заказывать заранее. Мы простояли в сберкассе уже почти час.

-- Как это заказывать? -- возмутился отец. -- Где это написано? Позовитезаведующую!

-- Заведующая в отпуске! -- нервно сказала кассир. -- Не шумите, гражданин!

-- Должность в отпуск не уходит, -- веско сказал отец. -- Кто за нее? Позовите!

-- Следующий! -- сказала кассир.

Очередь нетерпеливо заворчала, выдавливая отца от окошечка.

Наш катер мог накрыться медным тазом.

Я кусал ногти, но отец, уцепившись руками за прилавок, шикнул на очередь: "Имейте совесть!" и, сняв шляпу, по плечи просунул голову в стеклянное окошко. Не знаю, что он там говорил, но кассирша покрылась румянцем, обменялась репликами с сидевшей в соседнем окошечке толстой тетей, и батя, зажав аллюминиевый жетон в руке, встал с повеселевшим лицом в короткую очередь -- уже за деньгами. Он подмигнул мне и надел шляпу. "Вот прощелыга, -- прокоментировала бабулька,сидевшаяна мягкойлавочке у стены. -Пролез таки!.. Я рубль по лотерееполучить второй час стою, а он влез! Тьфу!"

Мы вышли из сберкассы, и батя стал ловить такси на Петроградскую. Семен Семенович жил на Кронверской улице. Это не меньше рубля, а то и полтора. Но мы спешили -- неизвестно, чем может кончиться наша задержка: Семен Семенович мог подумать, что мы передумали, и продать катер тому, кто раньше внесет залог. Притормозили две машины с пассажирами на переднем сиденье, но все не по пути. Третья шла с поломкой в парк. Наконец мы подсели в такси, везущее двух женщин на Комендатский аэродром. Водитель сказал, что поедет через Кировский.

-- Как там Комендатский? -- Батя снял шляпу, чтобы не мешать водителю смотреть в зеркальце. -- Строится?

-- Строится, -- гордо сказала одна из женщин.

-- Что там, "корабли"? -- Отец поерзал, устраиваясь поудобнее. -Никогда не был.

-- "Корабли", -- кивнула тетенька. -- Вот, трехкомнатную квартиру получили, шестнадцать лет стояли.

-- И на сколько человек дали?

-- На пятерых, -- сказала женщина. -- Мы с мужем, двое детей и бабушка.

-- Разнополые? -- вмешался в разговор таксист и посмотрел на пассажирку в зеркальце. -- Дети разнополые?

-- Ну да, -- сказала женщина, -- сын и дочка. Сыну скоро в армию.

-- Не имели права так давать, -- угрюмо сказал таксист. -- Разнополым положено по комнате. Плюс вы с мужем и бабушка, отдельный член семьи. Должны были дать четырехкомнатную.

-- Да что вы! -- махнула рукой женщина. -- Хорошо, что трехкомнатную дали. И то, потому что свекровь старый большевик. Она с Лениным на съезде комсомола встречалась. Он ей руку пожал.

-- Вот это и надо было использовать! -- крякнул таксист. -- У моего сменщика похожая ситуация была, только его дед на одном заводе с Калининым работал. Написали письмо Брежневу, дали им двухкомнатную вместе с дедом! Дед через год и помер. Сейчас живут припеваючи на правом берегу Невы, возле "Ярославны".

Они стали обсуждать, какой мусор оставляют за собой строители, и сколько за ними недоделок.

-- Вот здесь остановите, пожалуйста! -- сказал отец, вытаскивая из кармана рубль.

Мы вышли.

...Семен Семенович, не моргая, смотрел на отца:

-- Вы что, передумали?

-- Ни в коем случае! -- сказал отец, входя в полутемный коридор коммуналки, и понизил голос: -- Принесли задаток, как договаривались... -Отец быстро снял шляпу и приложил ее к груди, словно пришел с соболезнованием, а не с задатком.

Пожилой мужчина в темно-синих галифе и майке поскреб лысину и быстро оглянулся. На близкой кухне шкворчала сковородка, и вкусно пахло жареным салом.

-- Молодой человек с вами? -- подозрительно спросил мужчина и снова оглянулся.

-- Мой сын, Кирилл! -- представил меня отец. Я поклонился и закрыл за собой дверь. Щелкнул замок. -- Студент, -- зачем-то уточнил отец. -- Вчера вместе ходили на вашем катере. Очень понравилось!

-- Так-так, -- мужчина скрестил на груди руки и протяжно крикнул через плечо: -- Дуся! Иди сюда! -- Нас определенно не спешили вести в комнату.

На крик бесшумно приоткрылась ближняя дверь, впуская на паркет холодную полоску дневного света от далекого окна, и мелькнула голова длинноволосого парня. "Я тебя засек! -- резко обернулся Семен Семенович. -- Не хочешь работать -- завтра пойдешь к участковому!"Дверь мгновенно закрылась, и мы разглядели полную пожилую женщину, шаркающую тапками из дальнего конца коридора.

-- Чего это он? -- она нацепила очки, болтавшиеся на резиночке, и удивленно посмотрела на отца. -- Нет-нет, задаток не возвращается. Мы уже двоим отказали, что ж нам теперь, убыток терпеть! Задаток есть задаток...

-- Пап, может, дядя Жора приезжал? -- предположил я. -- Спроси!

-- Видите ли, в чем дело... -- начал отец.

-- Ничего не знаем! -- махнула рукой женщина. -- Если отказываетесь, сто рублейнеустойка!

Размытая женская фигура босиком прошлепала на кухню и запричитала над сковородкой. В коридор с паровозным плачем выскочил ребенок и побежал, топая ногами по натертому паркету. За ним молча погналась женщина в халатике и вернула в комнату.Дверь за ними захлопнулась, и сквозь вой было слышно, как упал, дилинькнув звонком, велосипед.

Семен Семенович молча буравил отца взглядом и неприязненно взглядывал на меня. Переговоры, как пишут в газетах, зашли в тупик.

-- Еще и переоделся, -- сказала Дуся, разглядывая отца.

-- Да это, наверное, мой брат приходил! -- отец развел руки. -- Мы с ним близнецы! Посмотрите на меня! Ну! -- Он выставил лицо вперед и покрутил им, чтобы показать и профиль. -- Он в синей куртке был, да?-- Отец понизил голос, давая понять, что тоже кое-что соображает в конспирации. -- Принес вам задаток -- пятьсот рублей! Правильно? Вы получили задаток?

Босая женщина с чадящей сковородкой вышла в коридор и сделала вид, что по дороге к комнате ей захотелось остановиться и посмотреть, сильно ли угорели шкварки.

-- Что ты тут дымишь! -- сказала Дуся, обращаясь к соседке. --Видишь, товарищи из общества ветеранов пришли. Еще и жир капает! Сама оттирать будешь!

Женщина, не проронив ни слова,ушла с загадочной улыбкой Джоконды.

-- Это недоразумение! -- негромко продолжил отец. -- Мы в сберкассе задержались, а брат, наверное, не вытерпел и приехал. Жора! Георгий Михайлович! А я -- Сергей Михайлович! Смотрите, я вам паспорт покажу. -Отец достал паспорт и раскрыл его. -- Видите -- Сергей Михайлович!