тетушки вроде бы вели себя как обычно. Разве что Мегана почему-то плакала, спрятавшись ото всех в каморке для щеток и швабр. Когда он зашел туда в поисках папы (после того как безуспешно обыскал весь дом), она сделала вид, будто ищет какую-то щетку. Разумеется, племянник ей не поверил… К слову, до этого он никогда не видел, чтобы грозная обладательница ледяного сердца Мегана плакала. Было ли все это связано с затеей Клары или…
Размышления Томми прервали голоса, донесшиеся из-за стены. Взрослые голоса в комнате малышки Марго… Черт! Это было плохо…
Где-то за неделю до приезда гостей мама попросила Томми и Кристину проследить, чтобы никто не приближался к малышке. Мол, по дому будут бродить разные личности, у многих из которых весьма скверный характер. «Не дайте кому-то обидеть девочку…» — сказала она.
Томми считал, что эти гости и так слишком много себе позволяют. Расхаживают, где им вздумается, превратили гостиную в свое логово, постоянно курят и громко смеются, даже когда никому вокруг не весело. Так они посмели втянуть в свои игры еще и Марго?! Нет уж, он не позволит!
Томми вскочил с кровати и бросился к двери. Распахнул ее…
Дверь напротив открылась в тот же момент. На пороге стояла Кристина.
— Ты тоже слышал? — спросила она негромко.
— Да, — шепотом ответил Томми.
— Что будем делать?
Томми был польщен: она никогда не спрашивала его, что делать. Он ведь «глупая малявка».
— Позовем маму? — предположил Томми и тут же с досадой понял, что так могла бы сказать только настоящая «глупая малявка».
— Нет, — категорично ответила Кристина. — Никакой мамы.
— Тогда сами разберемся, — храбро ответил мальчик.
Кристина поглядела на Томми так, будто видела его в первый раз. Кажется, она не ожидала от младшего брата такой решимости.
— Ты уверен?
— Эти глупые гости слишком обнаглели, — заметил Томми.
— Ты прав.
— Идем?
И они направились по коридору.
Томми думал о предупреждении мамы: «“Скверный характер”? Как же! Ей нужно было так и сказать: “Дом набит всякими ведьмами. А многие из них любят запекать детей в пирогах…” Ну, пусть только кто-то попробует облизнуться на Марго!»
Томми с Кристиной остановились у двери комнаты младшей сестры. Переглянулись. Томми сжал кулаки, а Кристина взялась за ручку. В комнате явно происходило что-то страшное…
Кристина распахнула дверь. Страшное действительно происходило… Бедняжку и правда мучили, изверги! Томми и Кристина содрогнулись.
На Марго было желтое «платье для гостей», которое она просто ненавидела. Еще бы: такого количества рюшечек, оборок, лент и кружев не было даже у ее кукол. Девочка понимала, что выглядит в нем как нелепое пирожное на ножках… Но сейчас ее заставили надеть это платье, ведь она «просто обязана сделать приятное тетушкам».
Вокруг круглого столика, накрытого к чаепитию, действительно с удобством расположились три двоюродные тетки: Эдна, Уиллаби и Макриди. Никто не собирался пожирать малышку Марго, но ни Томми, ни Кристина не спешили вздыхать с облегчением. Компания тетушек могла свести в могилу даже самого жизнерадостного и энергичного человека. Каждая из этих старух была жутко скучной и сама по себе, но когда они собирались вместе, их общее занудство становилось просто невыносимым.
Брат и сестра зашли в комнату. Тетушка Макриди как раз рассказывала о своих семнадцати котах и кошках.
На лице маленькой Марго было написано неприкрытое отчаяние, а во взгляде застыла тоска. Подобную безысходность можно прочитать только в глазах обреченного, которого уже почти засосала трясина.
Ее не могли развеселить даже фарфоровые куклы, принимавшие участие в чаепитии. И это притом, что за столом сидели не обычные куклы! Словно живые маленькие люди, они шевелили ручками и головами, ловко управляясь со столовыми приборами и отправляя в жутко отпадающие рты большие куски пирожного и заливая туда чай. Куклы вели себя церемонно и важничали. Вряд ли они знали, что чашки, из которых они пьют, сделаны из того же материала, что и их головы.
— Ведьмовство, — прошептал мальчик. Теперь он знал, как подобное называется.
В тот же миг одновременно три алчущих взора направились на Томми и Кристину.
— О! Милые мои! — воскликнула тетушка Эдна. — Как мы рады вас видеть!
— Вы не составите нам компанию? — добавила тетушка Уиллаби. — Мы с вами так редко общаемся…
— И это очень досадно! — завершила тетушка Макриди. — Берите стульчики и присоединяйтесь…
В глазах Марго зажглась надежда, что брат с сестрой спасут ее.
Томми, само собой, был рад тому, что никто не хотел причинить вреда сестре, ведь тетушки всегда присматривали за младшими Кэндлами, когда мама была слишком занята, а в доме толпился народ, но он понял: если они с Кристиной сейчас же поскорее отсюда не уберутся, ни его самого, ни Кристину уже не спасти. И кто знает, будет безнадежно потрачен всего лишь один час или придется провести вместе с тетушками весь праздник? Все зависело от степени их «соскучиваемости» по милым племянникам…
Это определенно была ловушка. В глазах тетушек застыл голодный блеск — они явно планировали затащить в омут своего чаепития как можно больше неосторожных путников. И у них получилось… Кристина, словно лунатик, шагнула к столику.
— Конечно, — сказала она чужим почтительным голосом. — С радостью…
— О, дорогая, — обратилась тетушка Эдна к Марго, — приготовь еще один прибор.
— Но не два ли? — уточнила тетушка Уиллаби. — Неужели молодой человек не составит нам компанию?
— О, разумеется, составит, — ответила за Томми тетушка Макриди. — Милая, два прибора, прошу тебя.
Тетушки начали суетиться. Сейчас они напомнили мальчику трех мельтешащих голодных ворон, завидевших труп собаки. Двоюродные тетушки действительно слегка походили на птиц, даже их острые носы можно было принять за клювы, а что уж говорить о высоких старомодных прическах, в которые они вплели черные перья.
Кристина уже отодвигала для себя стул…
Нужно было действовать! Решительно и быстро. Обычно занудные взрослые рассчитывают на то, что никто не сможет просто развернуться и уйти, поскольку это очень грубо и непочтительно. Но Томми был мальчишкой, поэтому мог позволить себе грубость и непочтительность. Он сказал:
— Нет, нам нужно идти. Много дел, — и, схватив Кристину за руку, силой потащил ее из комнаты.
Стоило двери за ними захлопнуться, как сестра сразу же пришла в себя. Она с ужасом осознала, что едва не осталась на самое затянутое и беспросветно унылое чаепитие в своей жизни.
— Тебя что, заколдовали? — хмуро спросил Томми.
— Наверное… Какой ужас… Я едва не села пить с ними чай.
— Да, — поддержал сестру Томми — он ее прекрасно понимал, ведь до недавнего времени сам был вынужден присутствовать на подобных тянущихся бесконечно чаепитиях.
— Спасибо. Ты меня спас.
— Не за что, — смущенно ответил Томми. — У меня ведь есть сердце…
