Взгляд странника упал на окна Южной Башни. В скудных отблесках свечи там промелькнул женский силуэт. До боли знакомый силуэт.
— Элоиза, — с надеждой в голосе прошептал странник. Его тело инстинктивно потянулось в сторону башни, перегибаясь через стену.
Решение, что делать дальше, созрело быстро. Странник приблизился к башне вплотную, безнадежно потолкал дверь ведущую внутрь и без колебаний полез через крайнюю бойницу наружу. Он лег на живот, свесил ноги и медленно скользя вниз, стал опускаться вдоль внешней стороны стены. Когда странник уже висел на кончиках пальцев, его ступни нащупали каменный выступ, окаймляющий замок по периметру. Осторожно перебирая ногами, прижавшись телом вплотную к стене, странник направился к башне. Через пару минут он стоял на выступе у вожделенного окна. Странник заглянул внутрь.
Из того неудобного положения, в котором ему приходилось находиться, странник многого разглядеть не мог. Но он увидел главное — огромную кровать под бежевым балдахином с золотыми кистями, кровать украшенную гербами Лоанара, кровать баронессы.
Странник ощупал решетку, закрывающую окно. Ржавые прутья оставили рыжие следы на его ладонях. Странник потянул решетку на себя, однако она не поддалась, и даже не закачалась. Попасть в комнату через это окно не представлялось возможным. Но и отступать было некуда, взобраться на стену без посторонней помощи не стоило и мечтать.
Странник пошел вокруг башни. Очень медленно и осторожно. Он искал окно без решетки или с решеткой, готовой вот-вот вывалится. Ему повезло. На втором же окне решетка держалась некрепко. Пришлось лишь раскрошить цемент у нескольких кирпичей, вытащить их наружу, и вскоре металлические прутья полетели на землю. Разбить слюду, заслонявшую комнату от дождя и ветра было парой пустяков. Однако на эту операцию странник потратил ни чуть не меньше времени, чем на извлечение решетки. Он не хотел шуметь, он не желал пугать баронессу.
Оказавшись внутри башни, странник позволил себе минуту отдыха. Слишком долго он находился в большом напряжении под струями неугомонного дождя. Стоило перевести дух, прежде чем действовать дальше.
Всю мебель комнаты составляли несколько скамей-сундуков, шкаф, украшенный железными оковками, удобное мягкое кресло и огромная кровать. Над кроватью нависал балдахин, прикрепленный к потолку, с полупрозрачными пологами с трех сторон.
В сумраке спальни самым освещенным местом была стена, украшенная выцветшим гобеленном. Изображенная на нем сцена, состоявшая из всадника на вставшей на дыбы лошади и двух борющихся женщин с кинжалами в руках, что-то напомнила страннику, но что конкретно, он вспомнить не мог.
Со стороны кровати раздался тяжелый вздох. Зашуршали шелковые простыни.
— Элоиза! — прошептал странник и, откинув полог, подошел к изголовью кровати.
Среди мягких подушек пастельных цветов, в прозрачной ночной рубашке лежала женщина. Ее совершенные формы ослепляли своей красотой. Изящные белые груди вздымались при каждом вздохе, натягивая прозрачную ткань между алыми сосками. Округлые бедра гармонично вписывались в сюрреалистическую мешанину разноцветных простыней, скрывая между собой маленький темный треугольник. Лицо женщины было также красиво, как и тело. Единственное, что звучало диссонансом в этом гениальном творении природы, были седые волосы.
Баронесса застонала во сне и перевернулась на бок. Глазные яблоки под веками бешено вращались. Она видела сон, очень неприятный сон.
— Элоиза!
Странник осторожно прикоснулся к волосам баронессы.
— Ты поседела, моя дорогая.
Всхлипнув баронесса проснулась. Вначале, не поняв, что за человек стоит у ее кровати, она лишь слегка отстранилась в сторону, потом, узнав его, в ужасе вскинула руки заслоняясь:
— Нет!!! Нет!!! Этого не может быть!
— Элоиза, дорогая! Прости, что так напугал тебя. Я вернулся!.
— Ты вернулся! Ты пришел меня мучить! Сжалься! Сжалься, я прошу тебя! Убей меня сразу! — ее рука скользнула под подушку и появилась со сжатым в кулаке стилетом.
— Нет, Элоиза! Я и не думал причинять тебе боль!
— Сгинь! Сгинь, порождение Тьмы!
— Элоиза! Это я, твой муж — Альтебранд Георг ван Лоанар! Я не видел тебя десять лет, пока гнил в хрианийском плену. Но если ты счастлива с Эсмондом, я уйду! Клянусь! Твое счастье для меня — превыше всего!
— Ты здесь, ты здесь, адская тварь! Я чувствую тебя, Аматунта!!!
— Что? Ты о чем, дорогая? Это я — твой Георг! — странник попытался взять баронессу за руку.
— Нет!!! Это случилось, но этого не может быть! Ты вернулся! — она отмахнулась стилетом. — Ты пришел мучить меня! Что ж мучай! Будь проклята Аматунта!!!
Баронесса истерично рассмеялась.
— Кто такая Аматунта?
C воплем баронесса повалилась на подушки и забилась в конвульсиях.
— Дорогая! — странник бросился на кровать, чтобы сжать жену в объятьях, не дать ей поранить себя острым лезвием.
— Изыди!!! Эта боль!. - какие-то неясные обрывки фраз срывались с языка мечущейся по пастели женщины. Потом она закричала, закричала так, что Георгу показалось, что дрогнули стены замка.
— Дорогая! Прости меня! Прости! — он не знал, что ему делать.
Раздался тяжелый топот сапог на лестнице, ударом распахнув дверь, в спальню ворвался барон Эсмонд. Следом за ним бежали стражники с алебардами.
— Негодяй! — взревел барон, обнажая меч. — Ты прикоснулся к моей жене!
— Стойте! Я не причинил ей вреда!
— Умри!!!
Меч просвистел в дюйме от левого уха Георга.
— Я Альтебранд Георг ван Лоанар! Я ее первый муж!!!
— Негодяй! Барон Альтебранд умер десять лет назад! А ты — мерзкий самозванец, явившийся мучить Элоизу! — Эсмонд согнал Георга с кровати и, угрожая клинком, заставил выйти в центр комнаты.
— Ты же узнал мое лицо, Эсмонд! — Георг обнажил меч и взял в левую руку кинжал.
— Подлое колдовство! Умри!!! — Эсмонд сделал выпад, который Георг с легкостью отразил. — Да, ты ловок, солдат! Но я не буду глупцом и не дам тебе возможности убить меня. Взять его!
По команде барона стражники окружили Георга плотным кольцом, выставив вперед алебарды.
— Ты допускаешь большую ошибку, Эсмонд.
Георг замер в напряжении, готовый в любой миг отразить атаку. Семеро хорошо вооруженных противников собирались убить его. Вопроса, на чьей стороне преимущество не возникало.
— Смерть негодяю!
Стражники бросились вперед. Отклонив лезвие одной алебарды кинжалом, Георг поднырнул под вторую, подсекая мечом ноги третьего стражника. Тот с воплем повалился на пол, хватаясь руками за разрубленные сухожилия. Стражники перегруппировались и атаковали снова. На этот раз на плече Георга появилась кровавая отметина.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
