Читаем без скачивания Незнакомка до востребования - Анна Данилова

Однако в квартире на самом деле пахло свежим укропом, которым Вера всегда густо посыпала готовый борщ. Да и выглядела она испуганной, словно действительно на нее напали и прокусили губу. Глупость какая! Кому это могло понадобиться? Скорее всего, у нее кто-то есть. Может, и не любовник в полном смысле этого слова, но уж ухажер — точно. Что он знает о ее прошлой жизни? Пожалуй, ничего. Что она училась в университете на филологическом, бросила, потому что умерла ее мать, которая оплачивала учебу. Сама Вера родом из маленького провинциального городка Волжского, вот только провинциальности в ней нет. Или же она научилась тщательно скрывать ее, маскировать уверенной походкой, умением одеваться и дерзко улыбаться.

Не хотелось думать о ее прокушенной губе. Но все равно мысли, нехорошие, так и лезли… Надо бы промолчать. Но получится ли?

Вера была спокойной женщиной, заботливой, во всяком случае, хотела такой казаться. Максим и сам не знал, почему он глубоко в душе так и не научился доверять ей. Может, потому, что он видел, как она говорит о других людях, как держится в обществе — все это слишком уж контрастировало с ее домашней покладистостью. В душе она была бунтарка, и многое, что ей не нравилось в ее настоящей жизни, наверняка прятала глубоко под обидами или даже разочарованиями. Она знала, что он ее не любит, но понимала, что он в ней нуждается. Что она нравится ему как женщина, что ему приятно бывать с ней в компаниях, что многие его друзья, может быть, даже завидуют ему. Особенно приятно ему бывало, когда к ним приходили гости и Вера показывала себя отменной хозяйкой. Он знал, что она перед этим часами просиживает за компьютером в поисках каких-то интересных рецептов, готовясь к вечеринке, что ей нравится удивлять гостей, вот только непонятно было, почему же он и к этой стороне их семейной жизни относился с недоверием. Что в ней было не так? Какое-то внутреннее чувство, которое, как он надеялся, все же пройдет со временем.

— Как дела на работе? — спросила она, доставая его домашние туфли и глядя по-собачьи преданными глазами на него снизу вверх. Казалось, еще немного, и она станет целовать его ноги.

— Да нормально все.

— Макс, я же вижу, что ты мне не веришь… Но я не обманываю тебя. Говорю же, позвонили в дверь, я думала, что это ты, к нам же днем вообще никто не приходит, а со своими подругами я встречаюсь на нейтральной территории, как мы и договаривались. Моя вина только в том, что я открыла дверь.

— А в глазок посмотреть не пробовала? — Он начинал раздражаться. Она сама была виновата в том, что продолжала развивать эту тему. Словно для того, чтобы самой успокоиться. Наделала дел, дала себя поцеловать какому-то ослу из ее прежних воздыхателей, а теперь вот выкручивается.

— Я не посмотрела. Правда. Не знаю, как это получилось. Я задумалась…

— И о чем же таком ты думала?

Он продолжал разговаривать с ней уже из ванной комнаты, где мыл руки. Он слышал, как она накрывает стол в гостиной, как звенит посудой.

— Я знаю, ты человек добрый, даже щедрый… Но все равно, когда я что-то покупаю, а вкус у меня, сам знаешь, неплохой… Словом… — Ее слова доносились уже откуда-то издалека, вероятно, она была в кладовой. — Я купила платье… Знаешь, такое красивое, вечернее, черное, с блестками… очень секси! Нет, ты не подумай, оно не открытое, только декольте, но так плотно облегает фигуру, я знаю, тебе понравится… Может, на Новый год его надену, может, корпоратив какой неожиданный…

Он вошел в гостиную, стол был уже накрыт, он сел на свое место, налил красного вина в фужер, продолжая слушать щебетание Веры.

Наконец появилась она, в руках — тарелка с маринованными грибами.

— Оно очень дорогое, вот, — сказала она, слегка порозовев, осторожно усаживаясь напротив него за стол. — Поужинаем, я тебе его покажу, надену…

— Вера, давай уже ужинать, хватит про глупости… Не миллион же евро оно стоит.

— Нет, конечно, не миллион… Но ты не представляешь себе, какое оно красивое.

— Не переживай. А что касается того, что на тебя сегодня напали, то этот вопрос можно решить вполне традиционным образом — давай обратимся в полицию.

— Давай! — Она даже захлопала в ладоши. — Макс, ну, конечно!!! Ведь на дверях, на ручке могли остаться отпечатки его пальцев… Если, конечно, он не был в перчатках, я не заметила… Да я вообще была в шоке! Боже, как же я испугалась! И ведь ничего не взял, не украл, не ограбил, а просто налетел на меня, схватил за голову и буквально впился…

— Вера, хватит уже, а?

— Но ведь ты не пошутил насчет полиции?

Почему она ухватилась за эту идею? Может, действительно, было все так, как она рассказала? Или же она делает это нарочно, чтобы дать ему понять, будто бы она не боится заявлять в полицию, что она не врет, а следовательно, готова побороться за себя. За свою честь? Она же не дура, должна понимать, что найти этого парня будет нелегко. Другой вопрос: зачем кому-то понадобилось звонить в дверь и целоваться с ней, да еще прокусывать губу?! Разве что ее с кем-то спутали?

Телефон Марины молчал. По-хорошему надо бы и по этому вопросу обратиться в полицию. Но прошли всего лишь сутки, в полиции у него откажутся принять заявление. Марина — человек ответственный, серьезный, она никогда, услышав звонок, не смогла бы не поднять трубку. Отношения у них близкие, сердечные. Конечно, она тоже не простой человек, как и все вообще. У нее характер, она умеет постоять за себя, знает свое право на собственное мнение. И вместе с тем она удивительно теплый и мягкий человечек.

До сегодняшнего дня он думал, что у нее нет никакой личной жизни. Но после того, как она перестала отвечать на звонки, он предположил, что у нее есть мужчина, находясь с которым она не хочет никого слышать. Такое бывает, когда влюблен, когда, кроме любимого человека, кажется, никого и не существует.

Она могла оставить телефон в машине или вообще на работе, а сама завихриться с мужчиной куда-нибудь, где нет телефонов… А может, они договорились со своим парнем не брать с собой телефоны?

Бред. Все это неправдоподобно, нереально. Она могла попасть в беду, поэтому не отвечает на звонки, поэтому молчит.

По Интернету ему удалось найти номера телефонов банка, в котором она работает. Он позвонил туда, и ему сказали, что Марина на работу не вышла. Что такое с ней случилось впервые.

Разве это не причина бить тревогу?

— Вера, я должен позвонить в полицию, вернее, я должен поехать туда и написать заявление о том, что пропал человек.

— Да и я тоже так думаю! Не понимаю, почему ты не сделал этого раньше! Ты же знаешь Марину, она не такая, она не могла бы не отзвониться нам, если бы решила уехать из города… Не хочется, конечно, так думать, но, может, у нее проблемы? Конечно, давай вместе поедем в полицию и сделаем все, что нужно… Покушай только, и поедем… А я пойду собираться… На улице холодно?

4

— Послушай, твой дом просто плавает в тумане… Очень красивое место ты выбрала для жизни… Просто сказочное!

Вик сидел на качелях, покачиваясь; на высоком крыльце стояла Зоя, закутавшись в теплую шаль.

Верхушки молодых яблонь и вишен медленно поглощались молочным туманом. И все вокруг, деревня, деревенские огороды и заброшенные сады, сейчас было скрыто от человеческих глаз.

— Что-то очень холодно для октября… Пахнет морозом. Утром под ногами поскрипывает тонкий лед… Вик, не сиди на холодных качелях, простудишь задницу, на старости заработаешь себе простатит.

— Зоя, ты человек, начисто лишенный романтики. Я тебе про туман, а ты мне про задницу и простатит.

— Мы с тобой близкие люди, Вик, и я переживаю за тебя и за твою задницу. К тому же я хочу, чтобы у тебя были дети. А для этого нужно здоровье.

— Ты вообще о многих переживаешь…

— Пойдем в дом, смотри, туман опускается на глазах, еще несколько минут, и я не увижу тебя…

Он нехотя поднялся, вернулся к воротам, запер их, сдвинул задвижку на калитке.

— Дрова принести?

— Когда идешь в дом, прихватывай с собой пару-тройку поленьев. Хотя сейчас, когда ты здесь, можешь расстараться и принести мне побольше дров, сложишь их в углу, в котельной.

Котельной Зоя называла небольшое помещение рядом с кухней, в котором располагался котел, обогревающий дом, и где ее муж, которого она схоронила два года тому назад, сделал специальное место для дров. Однако котел работал на газе, подогревая воду, циркулировавшую по трубам и батареям по периметру всего дома, дрова же заготавливались специально для открытых автономных каминов, которых было два — в гостиной и спальне — и которые топились по настроению, когда хозяевам хотелось живого огня, особенного тепла.

— Всегда, когда ты говоришь о котельной, я вспоминаю твоего Семена. Да, жаль мужика…

— Очень уж он любил острые ощущения… Любил скорость, разгонялся…