тогда понимая, что всё хорошее когда-нибудь заканчивается.
Одежда и правда оказалась в чулане. Сняв халат и рубашку, Мелоди неторопливо натянула на себя длинную футболку и старые джинсы. Взгляд упал на черную спортивную сумку, куда она и сложила вещи. Еще пару футболок, старые спортивные штаны и несколько потертых джинс, так же туда отправилась спортивная куртка. Теплую куртку она надела сразу, понимая, что сейчас на улице уже холодно.
Закрыв за собой дверь кладовой, Мелоди направилась к кухонному шкафу, где хранила деньги. Это была мелочь, но сейчас даже немного денег могли пригодиться.
Всего двадцать долларов. Безразлично пожав плечами, Мелоди сунула деньги в карман. Только там что-то лежало. Нахмурившись, она вытащила из кармана уже давно забытую там вещь. Присмотревшись, она поняла, что это засохший лепесток розы. Она помнила эту розу. Адам подарил её на их втором свидании.
Нежно погладив лепесток пальцами, Мелоди аккуратно положила его на кухонную столешницу. Если Адам мог забыть всё, что их связывало, то она тоже сможет.
Всхлипнув, Мелоди торопливо смахнула слезы с лица, и побежала к входной двери. Распахнув её, она с тоской посмотрела на лестницу, ведущую на второй этаж, в надежде, что Адам одумается и остановит её.
Простила бы она его? Без раздумий. Она бы простила его, ни на секунду не задумываясь. Но его не было. Теперь, она стала ему безразлична.
Тихо прикрыв за собой дверь, Мелоди пошла по дороге, направляясь к городу. О том, что будет дальше, думать не хотелось.
– Забирай свои вещи и проваливай.
Адам, наконец, закончил бросать вещи Мелоди в чемодан.
Развернувшись, чтобы всучить его жене, Адам понял, что находится в комнате один. Нахмурившись, он прошёл в ванную комнату, в которой горел свет, не сомневаясь, что Мелоди находится там. Наверное, надеется разжалобить его своими слезами.
Но там никого не оказалось. Где она, черт подери? Выйдя из ванной комнаты, Адам уже хотел выскочить из комнаты, как неожиданно, его внимание привлек листок бумаги, белеющий на столе.
Подойдя к столу, Адам его и всмотрелся. Она поставила свою подпись. Раньше, он думал, что испытает облегчение, но сейчас его почему-то не было. Продолжая смотреть на подпись, он не мог поверить, что она так просто отказалась от всего. Может она не прочитала весь договор? Хотя, теперь, это не его дело. Она подписала, и теперь он навсегда избавится от её присутствия в своей жизни.
Нахмурившись, Адам посмотрел на чемодан, который собственноручно собирал. Когда он последний раз видел её, она была в одном халате. Вдруг, перед ним промелькнуло видение её потрясенного лица и покрасневшей щеки. Он не хотел ударить её, это получилось случайно. Никогда в жизни, он не поднял бы на неё руку, даже сейчас. Но извиняться перед ней он не станет. Никогда.
Отбросив листок в сторону, Адам вышел из комнаты, намереваясь найти Мелоди и выкинуть её из своего дома. Обойдя все комнаты, и так и не найдя жену, он направился на кухню. Там тоже никого не было. И только на полу что-то лежало.
Подойдя ближе, он увидел, что это лепесток цветка. Нахмурившись, мужчина взял лепесток в руки, пристально вглядываясь в него. Да, он вспомнил, что это было. Это розу он сам подарил Мелоди. Тогда он был безумно очарован ею. Сейчас же перед глазами стояли только те фотографии.
Небрежно смяв лепесток, который тут же рассыпался в грубых руках, Адам стряхнул его в мусорное ведро. Так же как этот лепесток, он сотрет все воспоминания об этой лживой ведьме, и начнёт новую жизнь. К счастью, Мелоди ушла из его дома.
3 глава
Еще раз, посмотрев на полоску теста на беременность, Мелоди прикрыла рукой уставшие глаза. Почему всё это происходит с ней? Почему сейчас? Узнай она об этом раньше, была бы на седьмом небе от счастья, едва только почувствовав любые изменения в своём теле, подсказавшие о наступившей беременности.
Сейчас же она не испытывала ни малейшей радости, только чувство опустошения. Ей не нужен ребенок от мужчины, который предал и растоптал ее.
В первые дни после своего ухода, она всё ещё надеялась, что Адам будет её молить о прощении. Когда он так и не появился, она потеряла всякую надежду на то, что еще когда-нибудь увидит его лицо.
Потом, она начала жалеть себя, не понимая, как такое могло случиться в её жизни. Теперь же, два месяца спустя, она испытывала только чувство ненависти к этому подлецу.
Как он мог взять и поверить в эти фотографии, даже не выслушав её? Может быть, это было ему на руку, и он с радостью избавился от неё? Или у него уже давно была любовница, а она и не подозревала?
Конечно, зачем ему, такая, как она. Когда они познакомились, он уже был преуспевающим бизнесменом, и зарабатывал больше, чем она могла себе представить. А она была никем. Обычная девушка, работающая в библиотеке. Ее не смущала эта работа, пусть она и не приносила больших денег, но Мелоди могла жить на них.
А сейчас она была одна в целом свете, и обратиться за помощью ей не к кому. Родители умерли, когда ей было шестнадцать, и сейчас, в двадцать три года, она никому не нужная женщина, теперь ещё и с ребенком на руках.
С отвращением бросив тест в мусорное ведро, Мелоди вышла из туалета. Решение пришло внезапно. Пока еще не поздно, она избавится от него.
Стараясь не задумываться о ребенке в своём животе, Мелоди направилась в ближайшую больницу, надеясь как можно быстрее сделать, то, что задумывала. Она надеялась, что у нее получится.
Приёмное отделение больницы встретило её шумихой и толкотнёй. Подойдя к регистратуре, Мелоди предъявила документы и быстро зарегистрировалась.
Сейчас она радовалась, что всегда хранила документы в сумочке, и когда поспешно уходила из дома Адама (назвать этот дом своим у неё теперь язык не поворачивался) не забыла прихватить и её. Там же нашлось еще немного наличных денег, которые помогли ей устроиться в новой жизни.
Получив нужное направление и поднявшись на указанный этаж, Мелоди присела на мягкий удобный диван, ожидая, когда выйдет врач и позовёт её. Внезапно, её внимание привлекла тоненькая брошюра, одна из тех, которую читали многие женщины, ждущие своей очереди.
Взяв ее в руки, Мелоди уставилась в лицо малыша, который лежал на руках у женщины. Улыбающиеся мать и ребенок, казалось, были так счастливы, что девушке даже не нужно было читать, то, что было написано
