Уста к устам, тело к телу. Вдали от всего мира. Райское наслаждение.
Найти свободу в ловушке.
Пульс участился. Он, должно быть, спит и видит сон. Или кошмар, подумал он, чувствуя, как страсть огненной лавой струится по его жилам. Кошмар, потому что он теряет контроль над своим телом. Кошмар, потому что он утратил способность ясно мыслить.
Защитный инстинкт сработал. Принц мгновенно перевернулся вместе с девушкой. Она оказалась на спине под ним. Русалка чувственно улыбнулась. Какое-то безумие, подумал он, когда ее губы раскрылись ему навстречу. Но ему все равно.
Возникшее безумное желание было ему незнакомо. Должно быть, оно таилось в нем много лет и ожидало подходящего случая, чтобы вырваться на свободу.
Стон сорвался с его губ. Алекс приник к ее губам, молясь, чтобы девушка ответила на поцелуй.
Ее губы были горячими и сладкими. Алекс запустил пальцы в огненные пряди, притягивая девушку ближе.
Алекс не думал, не хотел думать. Но его губы помимо его воли прошептали ей на ухо:
– Что мы делаем?
Она поцеловала его в уголок рта.
– Не знаю. Но это так чудесно.
– Слишком чудесно.
И все мысли вылетели из головы, стоило ей только страстно поцеловать его, приглашая играть в новую игру. Ее поцелуй зажег пламя в его крови. Девушка извивалась под ним, прижимаясь бедрами к его мокрым джинсам.
Держи себя под контролем, пискнул голосок в сознании. Он отодвинулся, но только на сантиметр, не в силах оторвать от нее глаз. Глубокая, как море, страсть требовала освобождения.
Рядом с ними бушевал океан.
Вокруг них клубился туман.
Охваченная страстью, она стянула с него футболку и расстегнула молнию на джинсах. И не дав ему опомниться, снова перевернулась, оказавшись наверху. Туман окутывал ее.
Алекс стянул верх ее купальника и накрыл груди руками, лаская набухшие соски. Девушка ловила воздух ртом. По ее телу пробежала дрожь наслаждения. Алекс возбудился до предела. Наверно, золотоволосая сирена хочет довести его до безумия.
Он взял сосок в рот, покусывая его и лаская языком. Незнакомка обхватила его ноги коленями и начала двигаться в древнем, как море, ритме. Песок впивался в обнаженную кожу, обостряя ощущения. Алекс двигался вместе с ней, не переставая ласкать соски. Она закричала от страсти.
Не в силах больше ждать, Алекс перевернул девушку на спину и стянул с нее трусики. Тяжело дыша, она обвила его своими длинными, стройными ногами, приподнимая бедра.
– Ты меня хочешь?
– Да! – выдохнула она.
Алекс приподнялся и вошел в нее, горячую и влажную и такую тугую.
– Небесное блаженство, – застонал он.
– Я не ангел, – улыбнулась она, поднимая бедра навстречу каждому его движению.
Он брал ее как безумный. Мысль о том, что такое блаженство может закончиться, сводила его с ума. Александр хотел навсегда остаться в ней, хотел, чтобы иллюзия никогда не кончалась. Но предательское тело подвело его.
Капельки пота выступили на лбу. Алекс вжимал девушку в песок.
Какая она тугая! И как он возбужден!
Ее руки ласкали его тело, сжимали ягодицы, гладили плечи. Внезапно ноги ослабили хватку, позволяя ему войти еще глубже.
Принц чувствовал, как волны удовольствия пробежали по ее телу. Как конвульсивно сжались мускулы. Он думал, что сойдет с ума, так сладостно было ощущать ее оргазм.
Но он не сошел с ума. Только утратил контроль. Алекс забыл обо всем и взорвался внутри нее.
Туман постепенно рассеивался. Минуту София молилась про себя, чтобы они растворились в воздухе вместе с туманом, избежав неуклюжих объяснений и жестокой реальности. Но природа лелеяла другие планы.
Мужчина рядом с ней пошевелился. Его горячая кожа обжигала.
Тело тут же ответило на его близость. София подавила стон. Нет, она определенно сошла с ума. Уткнувшись лицом ему в плечо, девушка спрашивала себя, как могло с ней произойти такое. Разумеется, она никогда не страдала застенчивостью и не слыла недотрогой. Но чтобы заниматься любовью с абсолютно незнакомым человеком… Это уже слишком!
И она все еще продолжала хотеть его.
София лежала обнаженная рядом с самым красивым мужчиной в ее жизни. То, что произошло между ними, настолько чудесно, что не оставляло места для сомнений.
Никогда еще она не чувствовала себя настоящей женщиной. Желанной женщиной.
За двадцать шесть лет ее жизни у нее был только один роман, но он и отдаленно не напоминал безумную страсть. София часто фантазировала о такой встрече, но и мечтать не могла, что она может произойти в реальности. Но вот произошла. Она проснулась в объятиях мужчины. И не в ее уютной спальне в доме в Сан-Диего, а на пустынном пляже в Лландароне.
Мужчина рядом с ней внезапно сел, оттолкнув ее. Его губы плотно сжались, а во взгляде светилось презрение. Ей стало стыдно за свою наготу. Хмурый и напряженный, он уже не казался ей таким красивым.
Что случилось?
Румянец залил ее щеки. София поспешила натянуть купальник.
– Полагаю, ты не поверишь, если я скажу, что никогда раньше не делала ничего подобного.
Выражение его лица стало непроницаемым.
– Я должен извиниться.
Теперь она вспыхнула вся целиком.
– Нет причин для извинений.
– Конечно, есть. – Он тихо выругался и запустил пальцы в густые темные волосы. – Ты едва не утонула…
– Ты тоже.
– И я…
– И мы, – поправила она.
Он замолчал, оглядывая ее.
– Кто ты?
Дура! – чуть не вырвалось у нее. Бесстыдная женщина без моральных устоев. Женщина, отчаянно стремящаяся к свободе, женщина, изголодавшаяся по любви.
– Может, будет лучше, если мы не станем представляться друг другу?
– Это невозможно, – фыркнул он.
– Почему же? Не спрашивай – и я не отвечу.
Дай мне пять минут – и я исчезну, добавила она про себя.
– Боюсь, к нам подобное правило не подходит.
– Почему?
Он встал и натянул джинсы. Его стройное мускулистое тело можно отлить в бронзе, подумала София, окидывая Алекса восхищенным взглядом. Черные вьющиеся волосы, четкие черты лица, невероятные аметистовые глаза. И гордая, как у царя зверей льва, осанка.
– Скажем, я старомоден, – отрезал он.
– Хорошо, а я нет.
Нет нужды рассказывать о себе всю правду незнакомому человеку. Особенно когда он ясно дал понять, что произошедшее с ними – ошибка. Она не станет рассказывать ему, как ее зовут, откуда она и что делает у берегов острова. Ему не надо знать, что она путешествовала в память о дедушке, прежде чем засесть за следующую детскую книжку.
Нет. Она просто убежит.
– Я не хотел бы пользоваться моими полномочиями… – произнес он, скрещивая руки на груди. – Но я вынужден.
София нахмурилась. Наверно, ей послышалось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
