Будь на месте гномов кто-то другой, все мои усилия пошли бы прахом. Но гномы умелые мастера. За мной были идеи, за ними - их реализация. Я так привык к этим невысоким плотным крепышам, что по окончании отражения набега не спешил уезжать. Да и куда? Меня никто не ждет в империи, из которой я решил в свое время перебраться в восточные княжества. Но и там меня никто не ждет. Единственное место, где мне по-настоящему рады - это долина гномов. Правда, барон Людвиг тоже предлагал податься к нему на службу. Но что я там забыл? Не реши я остаться в долине гномов, еще можно было бы рассмотреть этот вариант. Служба, пусть и у такого умного человека, как барон, дело подневольное, в то время как звание мастера ставит меня на один уровень с мастерами-гномами. А в делах, касающихся обороны, еще выше. Для гнома не зазорно признать авторитет мастера, разбирающегося в чем-то лучше, чем он сам. На этом построено их общество. Это позволяет им объединяться для работ, требующих значительных ресурсов. Мастер-кузнец, имеющий личное клеймо и изготавливающий штучные изделия, при необходимости не считает зазорным поучаствовать в части общего плана работ. То же самое относится и к мастерам других профессий. Наиболее уважаемые мастера входят в совет, который и принимает все значимые решения. Гномы звали в совет и меня, но я пока не решил, стоит ли принимать это предложение. В тех вопросах, где я компетентен, всегда готов дать совет, но стоит ли тратить время на обсуждение всех вопросов, касающихся жизни долины? Да и времени на то, чтобы заседать в совете, у меня часто не бывает. За всеми этими рассуждениями я совсем забыл рассказать о Кроне и золотом коне, а история эта стоит того, чтобы ее поведать.
В то время, когда гномы осаждали Прамину, требуя моего освобождения, Крон с отрядом в пятнадцать наемников из его родного города Гремена направлялся на юг. Ехал он с тяжелым сердцем, упрекая себя в том, что не участвует в осаде города и моем освобождении. Это он зря - все дело обошлось несколькими предупредительными выстрелами дальнобойных камнеметов и выпущенным со станкового арбалета болтом. Наместник не захотел конфронтации, и все разрешилось мирно к всеобщему удовлетворению. Но Крон об этом не знал и потому был хмур и угрюм, мысленно упрекая себя в том, что оставил меня в Прамине. Поступил он совершенно правильно. Ввяжись он в потасовку, кто предупредил бы гномов о моем аресте? Но и после этого он не смог вернуться. Решение было однозначным - Крону с отрядом действовать по составленному мной плану. А именно - получить от гномов золотого коня и как можно быстрее доставить его к Гремен к барону Людвигу. Барон должен был переправить его хану Хутуму. Запасной план предусматривал вариант, когда конь окажется у другого хана с тем непременным условием, чтобы Хутум об этом узнал. План этот был составлен на случай, если отряд Крона попытаются ограбить. Именно поэтому вариант отправки денег в монетах был мною забракован - на монетах нет подписи, расползись они по степи, как отличить одну от другой? В то время как золотой конь был один, и у меня оставались определенные надежды, что он останется целым в любой ситуации.
Дорога, по которой тилукмены весной приходили с набегом, для поездки не годилась. В этих растревоженных местах каждый путник был предметом повышенного внимания. Дорога, расположенная западнее (та самая, по которой я ездил в Гремен) тоже было небезопасна. На обратном пути нам пришлось здорово нашуметь. Крон об этом знал, он и сам был участником тех событий. Оставалось уклониться к востоку или еще дальше к западу. Оба варианта имели как плюсы, так и минусы.
Восточнее степь была гораздо менее плотно населена, имелся шанс доехать до Гремена, не повстречав на пути тилукменские отряды. В то же время, в этом глухом углу можно было нарваться на отщепенцев, не состоящих в племени и промышляющих разбоем. Тилукмены все были не против пощипать проезжих путников, но большинство крупных племен караваны вольных городов реки Хат пропускали, удовлетворившись небольшим откупом. Для плана номер два вариант западной дороги был гораздо предпочтительнее.
Направившись по тракту к Прамине, Крон со вздохом свернул не доезжая влево, в объезд городов империи и лишь полтора дня проехав на юго-запад, свернул на юг.
Пригоршня серебряных монет являлась хорошим пропуском. Расставшись с двумя пригоршнями, отряд Крона мог бы беспрепятственно свернуть к Гремену, но вдруг подвернувшийся вариант, заставил Крона склониться к плану номер два.
Отряд поднялся на очередной холм, и им открылось любопытное зрелище - охота, развернувшаяся в степи.
Два десятка тилукменов преследовали косулю. И все бы ничего, охота и охота, если бы не одно но - косуля мчалась прямо к холму, с которого спускались всадник из Гремена. Обалдевшая от гонки косуля не понимала, что она бежит навстречу людям. Что было делать Крону? Вмешиваться в чужую охоту - занятие не самое благородное. Отряд из Гремена остановился, надеясь, что косуля свернет с пути и обогнет холм. Не тут-то было - косуля мчалась прямо на людей, тилукмены, пришпоривая коней, скакали следом. Правильно ли поступил Крон? Когда до косули оставалось шагов пятьдесят, он вскинул лук и, пронзенная стрелой косуля, упала на склоне холма.
Разгоряченные преследованием тилукмены взвыли от досады. Они чуть было не бросились в бой, всадники из Гремена не убирали рук с мечей, но все обошлось. Покричав минут десять, тилукмены рассмеялись.
- Хороший охотник на чужую дичь! - смеясь, сказал тилукмен, обращаясь к Крону.
- Дичь глупа. Она сама нашла мою стрелу.
- Дичь глупа. А охотник?
Спутники тилукмена рассмеялись. Крон скрипнул зубами, но постарался скрыть свое недовольство, их миссия была слишком важна.
- Охотник признает, что это не его дичь.
- Охотиться на чужую дичь плохая привычка.
- Охотник всегда поймет охотника.
- Может быть. Если захочет понять.
Намек был вполне прозрачен. Стремясь избежать схватки, Крон не поскупился на подарки.
Охотившийся отряд оказался из числа приближенных хана Маджарга. Это был один из крупных ханов правобережья, его кочевье находилось в двух днях пути.
- Удачи славным охотникам, - пожелал Крон.
Тилукмены о чем-то посовещались и озвучили предложение: "Будем рады таким гостям".
В другой раз Крон предпочел бы вежливо отказаться, но сейчас такое удачное стечение обстоятельств не использовать было бы непростительно. В сопровождении тилукменских охотников отряд Крона направился в кочевье хана Маджарга.
Вот хану-то Крон и оставил золотого коня, попросив сохранить до той поры. Глаза хана Маджарга восхищенно загорелись. Крон же с отрядом поспешил поскорее убраться из кочевья. Пришпорив коней, они почти без остановок скакали в Гремен, где и поведали обо всем барону Людвигу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
