Ждать пришлось недолго. Картинка космоса начала двигаться, и я стал рассматривать появившуюся планету. Линия терминатора подходила к границам Европы. На севере было облачно. Океаны местами закрывали лёгкие перья туч. Отсюда они казались невесомыми. Незабываемое зрелище!
Звёздолёт я увидел издалека, когда он был величиной с половину иллюминатора. Величие и мощь человеческой цивилизации, труд сотен учёных, инженеров и рабочих… Его белый корпус завораживал взгляд. Острый нос и «крылья» говорили, что название рейнджеру дали не зря. «Звёздный Ястреб» имел утолщение в хвостовой части. Очевидно, энергетическая установка, системы энергообеспечения и двигатели занимали большой объём. Это было известной проблемой космического кораблестроения, что легко объяснимо: ходовая часть одна из самых важных.
Я старался разглядеть ангар, но ничего не удавалось. Возможно, челнок тоже будет стыковаться, хотя нет. Насколько я слышал, на «Звёздный Ястреб» везут оборудование, а на «Непобедимый» только пилотов, а для разгрузки понадобится именно ангар.
Челнок подлетел совсем близко, и, сбросив скорость, стал медленно вплывать в открывшийся шлюз. Здесь царил вакуум, поэтому пришлось немного подождать прежде чем створки закроются и системы восстановят давление. Я не стал отсиживаться на месте, отстегнул ремни и вынул сумку-рюкзак из-под сидения. Наверное, я выглядел школьником, но я никогда не любил выглядеть излишне серьёзным.
Человек на первом ряду сидел именно с таким грузным выражением лица.
— Прилетели, — сказал я, главным образом, чтоб завязать разговор. — Вы служите на «Звёздном Ястребе» или как я, только собираетесь?
— Собираюсь, — ответил он. — Дима.
Я представился, и мы пожали руки. Давление восстанавливалось минут пять. За это время мы успели разговориться, и выражение лица у моего собеседника стало проще. Оказалось, что Дима служит десантником. Для него это тоже первое назначение, и полёт принёс массу новых впечатлений. Мы оба были новички и решили держаться вместе. Тем более что мне этот парень начинал нравиться своей простотой.
— Я так понял ты кибернетик? — спросил Дима.
— Можно сказать и так, но если быть точным, инженер по системам искусственного интеллекта.
— А есть разница?
— Есть, кибернетика — обобщённая область.
— Ясно, что-то вроде узкой специализации, — кивнул Дима. — Я тоже в своё время интересовался компами.
— А почему получилось иначе?
— Знаешь, с детства тянуло. Сначала романтика, а сейчас «павианы» совсем обнаглели. Надрать бы этим гадам сам знаешь что. Вот пусть они мне попадутся!..
— Ну, мы всё-таки не военный корабль.
— Верно.
— А почему не пилотом, например?
— Не любитель я летать, да и не видят они врага в лицо. Так, только точка в виртуальной сфере. Нет, я точно не пилот, раз так думаю, — усмехнулся парень.
— Каждому своё, — согласился я. Он даже стал мне симпатичен.
— Пора на выход, — кивнул Дима.
Начиналась разгрузка челнока. Я вытащил сумку с вещами и мы быстро вышли из салона и спустились по трапу. Нас никто не встречал. Усмехнувшись этой мысли, я понял, что ещё так же зелен, как горох на веточке. Всё-таки мышление у меня ещё гражданское от кончиков ботинок до макушки, и не знаю всех тонкостей: или ждать, или идти самому, спрашивая будущих сослуживцев. А вот Дима, похоже, знал, что делать. Заметив мою нерешительность, он взял инициативу в свои руки и узнал у техника, где можно найти начальника Службы Безопасности корабля.
Я почему-то промолчал. Не знаю, что со мной иногда происходит. Наверное, стоило просто спросить, где найти главного инженера, а не мотаться вместе с Димой.
Разгрузка уже шла вовсю. Народ прибывал, и становилось шумно. Я полностью доверился своему спутнику и следовал за ним, разглядывая отделку. Потолок ненавязчиво светился, освещая светлые коридоры. Стены и пол были сделаны из мягкого наноструктурированного пластика, что позволяло при внезапном рывке обойтись минимумом травм. Меня поражала практичность и функциональность. Казалось, здесь не было ничего лишнего.
Мы поднялись на уровень выше и, преодолев половину длинного коридора, остановились у одной из дверей. Надпись гласила: «Капитан второго ранга Анатолий Лунько». Дима подошёл к двери, и она поднялась вверх. Начальник СБ находился в своей каюте.
— Да, кто там? — раздался голос.
Дима вошёл в каюту и, вытянувшись по стойке «смирно», громко сказал:
— Рядовой Дмитрий Восков. Поступаю в ваше распоряжение в соответствии с распределением.
— Ах да. Уже прибыли, отлично. Добро пожаловать, мальчик. Давай сюда бумаги.
Лунько по-военному быстро расправился с документами. Всё это время я стоял за широкой спиной Дмитрия, ожидая своей участи.
— А это кто? Тоже новенький?
— Да, — ответил я и подумал, что отвечать следовало бы иначе.
— Кто такой?
— Юрий Степанов, инженер по системам искусственного интеллекта.
— Понятно. Тебе нужно к главному инженеру, но придётся тебе идти к старпому. Его зовут Николай Надеев…
Начальник СБ оказался добрым человеком. Он не стал меня отправлять искать старшего помощника капитана, а связался с одним из подчинённых по коммуникатору и вызвал к себе. Вскоре в каюту вошёл молодой светловолосый мужчина лет тридцати.
— Отведи новенького к старпому, — Начальник СБ указал на меня. — Он должен быть на мостике. Туда не пустят. Да и ещё: передай ему это, — Лунько дал помощнику планшет. А я подумал, что из-за меня будут отвлекать другого человека. Действительно, с чего бы?
Я попрощался с Димой и направился за своим проводником. Тот почему-то усмехнулся, глядя на мой вид. Если я не ослышался, Лунько сказал, что старпом на мостике, а значит, мы направляемся именно туда. У меня даже на секунду перехватило дыхание. Мне выпадал шанс увидеть мостик собственными глазами! Кто знает, может быть, никогда не смогу больше попасть туда. Я попытался разговорить проводника.
Пилот Сергей оказался прав. «Звёздный Ястреб» являлся относительно новым кораблём. Всего на борту постоянно числилось пятьдесят человек. Довольно много для космического корабля. Почти половину экипажа, двадцать человек, составляли космопехотинцы. Мой проводник был командиром одного из двух взводов, звали его просто Женин, имени он своего так и не сообщил. В его подчинении находилось по девять человек. Непосредственно начальнику Службы Безопасности корабля подчинялся майор космопехоты, который командовал взводами.
Несмотря на научную специализацию на рейнджере всего пять человек относились к штатным учёным. Чаще всего научная группа прибывала перед стартом и находилась на нём только в один рейс: проводили научные изыскания и возвращались на Землю или на любую другую планету.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
