Серебро и чернь, лазурь и индиго коридора постепенно менялись на золотые крас-ки, стены мутнели и я облегченно вздохнул, когда они перестали демонстрировать мои отражения. Это явные признаки того, что я не ошибся. Викенд был золотым или по край-ней мере я воспринимал его в красках именно так. Золото и серый бархат. Пространство вокруг узнаваемо изменилось, я повис в центре золотой сферы, медленно кружившейся, текущей, живой. Расчерченной сотнями тонких радиальных линий, изломанных разновысо-кими частыми зубцами, разрывами, узлами - сростами. Я всмотрелся в них. Никого из тех кого я знал в Зеркале не было. Но сейчас это не важно. Нужно подключаться к тем кто есть. Не до изысков. Я метнулся вперед, впечатываясь в стену. Она мягко приняла меня. Потянула в сторону, разматывая в такую же как сотни других шепчущую радиальную нить. В вязкую тишину стали пробиваться звуки, пока неясные едва различимые отдельные слова, простые ничего не значащие фразы, белый шум:
А у нас тепло… лето… и купаться хочется - жуть. - шелестел чей то высокий, то ли детский, то ли женский голос.
А у нас мороз в двадцать градусов, холодно. На улицу носа не высунешь. - басисто отвечал с задумчивыми паузами мужской.
Ой! Новенький! Кто ты? - Пропели два высоких голоска в унисон. Это вопрос ко мне. Новенький, надо же. Да я получил Ключ, когда вы все еще под стол пешком… - Под-нявшееся откуда то из глубины веселое возбуждение пропало разом. Навалилась грусть. Нужно было назвать себя и от того, что я произнесу в этот раз зависит то кем я стану. Но, мне уже все равно. Или почти все равно. Старый фокус самый верный. Цедя фразу произ-нес привычное - Мы одной крови… - Произнес и замер. Необходимо дождаться завершения полного оборота сферы. За это время Двеллерами Зеркала будет расшифрован посыл и сформирована личина. Данные о ней будут переданы в нить, которой я по сути сейчас и явлюсь. Я видел как это выглядит со стороны. Очень похоже на наглядную демонстрацию амплитудно-частотной модуляции. Изломы, разрывы, зубцы меняют порядок, рисунок. Он приобретает что то новое, но неуловимо узнаваемое остается. Приобретая опыт по рисунку модуляции можно не только идентифицировать Гостя, но и определить его суть. Кто он на самом деле: просто Гость, Метаморф, Оборотень. Я не пытался это делать сейчас. Не было никакого желания выяснять “ху из ху” на этом Зеркале. Я ждал собственного метаморфоза и знал, что его признаки распознаю сразу. Личина - не просто оболочка. Она изначально принадлежит какому то из уже существующих либо вновь создаваемых миров. Приобретая новую плоть, я неизбежно окажусь в той реальности частью которой она является. У кого то все происходит очень быстро. Без перехода, словно шагаешь в открывшуюся внезапно дверь. У меня всегда с какими то странными вывертами. Мой переход это как правило трансформация. Зеркало начнет изменяться само, приобретая признаки нового мира, мета-морфоз плоти начнется чуточку позже.
– Баммм… - этот звук указывает на завершение оборота сферы Зеркала. Словно те-бя предупреждают - Заказанное блюдо готово. Хорошо. Отведаем. - Я напрягся. Предощущение боли в который раз стягивает все существо судорогой. Нельзя сопротив-ляться - будет тяжелей. Открыться. Распахнуться настежь. Принять воздействие. Вот так. Началось…
Дно сферы стало вспучиваться вдавливаясь внутрь, образуя некое подобие земной тверди. Свод поднялся, растаял, наливаясь голубизной, подернулся легкими перистыми облаками. Я вывалился из переставшей быть осязаемой стены и аморфным, еще не обрет-шим формы комом стал проваливаться вниз, падать на все убегающую от меня, расширяющуюся, обрастающую лесами, горами, реками и болотами Землю, все таки Зем-лю.
– А-а-а-а-а… - Я уже мог кричать от страха, мог неосознанно размахивать чем то на-поминающим конечности, пытаясь остановить падение, мог погибнуть и не завершив метаморфоз вернуться к Зеркалу, мог шлепнуться в болото под плотным сводом вечнозеле-ных древних растений. Что, собственно, и сделал. Падение с высоты, как мне показалось, нескольких сотен метров, даже в грязь не может пройти бесследно. Гулкий удар в брюхо и дыхание остановилось, клацнули челюсти и в глазах рассыпался целый фейерверк разно-цветных искр, боль полоснула кипятком по внутренностям и навалилась сторожкой, чуткой тишиной бессознательного состояния.
Сколько времени пришлось провалиться трупом я не знал. Возможность чувствовать приходила постепенно. Я лежал как я понял в топкой теплой жиже. Какая то мерзость ползала по спине и щекотала почти незащищенные стыки шкуры и огромных костяных пластин, напоминающих короткие римские мечи. Я попытался вспомнить как проходил коридор и наконец добрался до Зеркала. Интересные ощущения. Я усмехнулся. Мне опре-деленно нравилось быть кем то больше чем быть самим собой. В коридоре ты не имеешь ни имени ни звания ни тела. Ты похож на чистый разум, который может видеть, воспринимать и осознавать, но не имеет возможности влиять на тот мир в котором он находится. Стены коридора проницаемы для обычного волевого усилия и не составляет труда изменить на-правление и двигаться по любому из цепочек отражений. Да. Коридор скорее похож на гибкий изменчивый, живой лабиринт, состоящий из кусочков разбитого стекла. Они бле-стящи и ярки. В них бьется пойманное случайными лучиками солнце. Ты двигаешься внутри этой вселенной и над нею. Ты не можешь быть везде одновременно. Но ты можешь за долю секунды переместиться туда куда тебе будет угодно. Главное, чтобы ты знал где ты хочешь оказаться в следующую секунду.
На этот раз все прошло не столь просто и буднично как это обычно бывает. Было по-настоящему больно. Обрастать новой броней оказалось совсем нелегко. Легко меняли тела Метаморфы. Они обладали почти неограниченным ресурсом Перевоплощений но их тела были неустойчивы. От малейшего воздействия Метаморфы теряли свою телесность, которую и телесностью то в общем нельзя было назвать, скорее они обладали возможно-стью всего на всего казаться но не быть. Я не был Метаморфом. У меня ограниченный запас Перевоплощений и каждое последующее давалось мне все тяжелей.
Зуд на спине становился невыносимым. Какие то мелкие твари с острыми как иглы зубами пытались добраться до плоти отчаянно кусая стыки панциря и пластин. - Еще на-хватало в самом начале Перевоплощения быть съеденным какими то дилетантами из новообращенных - подумал я и тяжело заворочался в грязи. Это помогло. Дважды пере-вернувшись с богу на бок я, похоже передавил эти ползучек. - Да и черт с ними - пронеслось в голове - ничего страшного. Пока им легко перевоплощаться, попробуют еще раз.
Я открыл глаза. Папоротники. Невероятных размеров с толстенными стволами вы-стреливались из болотной жижи и перли с несгибаемой настойчивостью как секвойи вверх к солнцу. Им тоже очень хотелось жить. В воздухе было много углекислоты и им было из чего синтезировать крахмал. Жаркий и влажный климат был как нельзя более для них благоприятен, но когда слишком много желающих жить рядом неизбежно вспыхивает вой-на. Если не за клочок земли или воздуха, то за лучик солнца. Энергия. Без нее невозможен ни синтез крахмала ни синтез белка ни полеты в космос.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
