причудливыми образами многоликой эпохи барокко и Просвещения, взлетами и падениями, трагедиями и радостями в личной жизни этих польских (и одновременно европейских!) правителей.
Ян Собеский: начало легенды
У каждой нации есть свои культовые фигуры, и в Польше ею стал знаменитый король Ян III Собеский. Благодаря одержанной им победе над турками под Веной в 1683 году он, вслед за Николаем Коперником, Марией Склодовской-Кюри и римским папой Иоанном Павлом II, вписал свое имя в список выдающихся поляков, внесших значительный вклад в историю Европы и всего мира. По опросу, проводившемуся газетой Irish Times в 2013 году, Ян Собеский занял 11-е место в списке великих европейцев[7]. Однако великие победы на полях сражений одерживают многие правители и полководцы, и большинство из них не становятся объектами культа. В чем же заключалась харизма достижений и магия личности этого короля?
Первым в создание собственного культа внес вклад сам Ян Собеский. После битвы под Веной он немедленно послал детальный отчет о происшедшем Папе Римскому Иннокентию XI и письма всем европейским монархам. Вся цивилизованная Европа узнала слова из письма короля Святому отцу: «Мы пришли, Мы увидели, Бог победил»[8], где он перефразировал великого Юлия Цезаря. А спустя день после битвы он написал своей супруге королеве Марысеньке: «Бог и Господин Наш дал такую победу и славу нашей нации, какую никогда не знали прошлые столетия»[9]и попросил ее распространить эту новость в лучших газетах мира, чтобы как можно большее число людей узнало о его победе. Знаменитое письмо Яна III папе уже в 1683 году было переведено на многие языки и читалось при всех европейских дворах.
Победа под Веной нашла широкое отражение в польской литературе того времени. Писатели и панегиристы пели дифирамбы и создавали ауру героизма вокруг победителя мусульман в стихах и прозе, на латыни и по-польски. Он достиг вершин Олимпа еще при жизни. Его сравнивали с античными и библейскими героями, такими как бог войны Марс или Моисей, и с выдающимися лидерами древности – Александром Македонским, Помпеем или Цезарем. Популярный в XVII веке польский историк и поэт Веспасиан Коховский (1633–1700), сопровождавший короля в походе, в поэме «Дело Бога, или Песни Вены освобожденной» (1684) видел в Собеском величайшего героя, нового мессию, кого Провидение послало с миссией защитить христианский мир. Событие под Веной часто рассматривалось как крестовый поход, а победитель турок представал новым польским Годфри по аналогии с фигурой Годфри Бульонского (1061–1100), лидера первого похода и правителя Иерусалимского королевства[10].
С годами образ Собеского не потускнел, а, напротив, заиграл новыми красками. В XVIII, а еще более – в XIX веке, на фоне разделов Польши и потери ею независимости его деятельность, и не только на поле брани, получала высокое признание в литературе[11]. Героическая легенда о Яне III Собеском нашла плодородную почву тогда, когда польское государство исчезло с карты Европы, а его территория была поделена между тремя державами – Россией, Австрией и Пруссией. В разделенном польском обществе культ Собеского выполнял своеобразную функцию компенсации, став одним из важнейших элементов национального единства и создавая традиции патриотизма. Примечательно, что двухсотую годовщину победы над турками под Веной в 1883 году отмечали широкие круги общества во всех трех разделенных частях Польши. Ян Собеский в качестве последнего рыцаря в Европе, последнего гетмана в Польше и ее последнего истинного короля стал символом национального единства и свободы. В его честь были созданы многочисленные литературные произведения, песни, гимны и марши, написаны великолепные картины, отчеканены памятные медали и возведены памятники. Ни один польский король не удостоился такого количества монументов[12].
Правда, уже в XIX веке имели место попытки развенчать миф о нем: победы столь блестящего полководца не принесли Польше выгоды; сделав так много для славы своего отечества, он в то же время ничего не сделал для его пользы. В исторической литературе XX и нынешнего столетия Ян III Собеский предстает не только героем, но и человеком, со всеми его достоинствами и недостатками, «…который был выше своих современников, но все еще одним из них»[13]. При этом нередко отмечается, что его амбиции часто подогревались его супругой, которую он любил больше, чем свой трон, и порой вслепую подчинялся ее мнению. Современные польские историки укоряют и за отношения со шведами, и за закулисные игры за спиной короля Михала Корибута Вишневецкого (1640–1673). В биографиях Собеского акцентируется внимание не только на военно-политических событиях и личной жизни короля, но и на его реформаторских планах, не осуществившихся из-за сопротивления шляхты. В этом многие авторы усматривают ослабление политической силы Речи Посполитой во второй половине XVII века.[14]
И все же в последние десятилетия военные достижения и битва под Веной по-прежнему занимают ключевое место в жизнеописаниях Яна Собеского. Об этом свидетельствуют общие работы и биографии польского короля, вышедшие в Германии, США, Великобритании, Франции и, конечно, в самой Польше. «Он был талантливым писателем, артистической личностью, решительным правителем, но, прежде всего, великим воином своего времени», – так недавно охарактеризовал Яна Собеского американский историк польского происхождения Мильтиад Варвунис[15].
На постсоветском пространстве специальных работ о нем практически нет, если не принимать во внимание публикации разного рода в Интернете и популярных журналах. Но в ряде интересных статей и книг российских и украинских историков рассматриваются моменты внутренней истории и отношений Речи Посполитой при Яне Собеском с Московским государством и украинскими территориями[16].
Приблизиться к пониманию причин мифологизации Собеского, его исторической роли поможет создание многогранного образа этого человека в контексте его времени с упором на восприятие происходящих событий им самим. Тем более что современники короля и сам он оставили потомкам немало письменных материалов. Это, в первую очередь, его мемуары и многочисленная корреспонденция, в рамках которой особую ценность представляют его послания к королеве Марысеньке. В них в красивой литературной форме умный и наблюдательный человек делится с самым близким другом и советником своим пониманием конкретного исторического момента. Безусловно, надо иметь в виду, что эти документы во многом носят субъективный характер. Так, в своих мемуарах король нередко нарушал последовательность событий, не говоря уже о возвеличивании собственной роли в истории. Он писал сам о себе, что «энергия Собеского возрастала пропорционально его могуществу»[17].
Легенды сопровождали Яна Собеского всю жизнь и после его смерти: даже если события не имели место, они отражали исключительность его личности. Традиционно неправдоподобная генеалогическая легенда существует и о происхождении рода Собеских. Когда
