– Да, конечно.
И мне ничего не оставалось, как впустить его внутрь. Попав в дом, Ирдес скользнул взглядом знатока по обстановке и небрежно бросил:
– У вас здесь очень мило.
– Благодарю.
Продолжая строить ему улыбку, я провела кончиками пальцев по стене возле двери, замыкая защитный контур. Конечно, удержать Ирдеса контур не сможет, но, по крайней мере, я сразу узнаю, если он вдруг решит выйти из комнаты или, например, полазить по шкафам.
Бросив на прощание Ирдесу еще одну улыбку, я поднялась по ступеням наверх, чувствуя спиной его липкий взгляд.
Немного подумав, я надела черный мужской костюм, накинув на плечи плащ. На пояс я повесила дагу и меч. Конечно, пользоваться я не умею ни тем, ни другим, но наличие оружия всегда успокаивает. Я еще хотела одеть под колет кольчугу, но потом решила, что в случае нежданного заплыва в бухте, она будет только мешать.
Кроме того, в небольшой кошель на поясе я спрятала несколько пузырьков с конденсированными атакующими заклинаниями. Как бы объяснить, что это такое… В общем, иногда читать заклятье очень долго, а порою и опасно, вот их и наговаривают заранее и загоняют в пузырек. В нужный момент достаточно выдернуть пробку или разбить бутылочку.
Едва я спустилась по лестнице, как Ирдес вскочил с кресла, в которое уселся, едва я ушла (это если судить по едва заметному багровому пульсированию защитного контура) и сообщил:
– Вы выглядите великолепно! – и, не дожидаясь моего ответа, открыл дверь на улицу, выпуская меня.
Оказавшись на улице и дождавшись, пока из дома выйдет Ирдес, я нарисовала на двери пальцем запирающую руну и повернулась к эльфу. Ирдес уже распахнул передо мною дверь кареты:
– Прошу.
– Благодарю
Я медленно поднялась по ступеням, села на диванчик. Эльф же буквально влетел в карету, приземлился на сиденье напротив меня и шумно захлопнул дверцу.
Господи, и почему он вызывает во мне только омерзение?! Дело ведь не в его эльфийской крови: один мой роман с эльфом длился около полугода… Но когда я смотрю на него, меня бросает в дрожь…
Коньшмары бежали легко. Карета едва заметно покачивалась на булыжной мостовой, но внезапно, когда я уже более ли менее успокоилась, решив, что здесь со мною ничего страшного не произойдет, карету резко подкинуло на каком–то булыжнике и я, неловко взмахнув руками, упала на колени Ирдесу. Тот промолчал и, лишь подхватил за талию, помогая мне подняться. Но пока я, путаясь в плаще, пыталась усесться на диванчик, на его лице играла довольная улыбка… Да и руки его задержались на моем поясе дольше, чем этого требовала простая вежливость… Я буркнула:
– Благодарю
– Не за что, – мягко ответил он.
Мне хотелось плеваться, выть и кусаться. Что самое обидное: ему даже пощечину дать нельзя! Не за что!!!
Наконец, карета остановилась, Ирдес открыл дверь и, выскочив на улицу, подал мне руку, помогая сойти. Его ладонь, узкая и горячая (говорят, температура тела эльфов на пару градусов выше, чем у людей) обожгла мне руку даже сквозь кожаную перчатку…
Я поспешно выдернула руку и максимально холодно поинтересовалась:
– Вы ведь покажете мне дорогу?
Не смотря на то, что меня уже пару раз приглашали к дону Кевирту, все встречи происходили в различных кабаках, и потому я была очень удивлена, увидев, что карета остановилась перед большим домом, обнесенным кованым забором. Ворота были широко открыты, и Ирдес сделал широкий приглашающий жест, пропуская меня внутрь:
– Прошу…
Я медленно шла, изредка косясь на цветники, разбитые по обе стороны от дорожки, посыпанной золотым песком. Судя по всему, дон Кевирт вывез часть своих растений с островов: у нас не растут ни миарнордские лилии, ни зангедские фиалки…
Худощавый дворецкий – полуэльф, распахнул дверь дома и с поклоном пропустил нас внутрь.
Мы минут пять петляли по темным коридорам, пару раз поднимались по лестницам, и, наконец, остановились возле двери, перед которой застыли двое огров. На их клыкастых серых лицах, изборожденных ритуальными шрамами, не отражалось ни единой эмоции.
Ирдес ткнул пальцем в сторону огров:
– Вам туда.
М–мда, культура из него так и прет…
Я глубоко вздохнула и подошла к двери, протянула руку, собираясь повернуть ручку, когда один из огров, замерший справа, прорычал:
– Оружие.
– Что? – не поняла я
– Оружие.
В смысле? Я покосилась на Ирдеса, усевшегося на небольшой диван неподалеку:
– Э–э…
Эльф поднял голову:
– Да?
– Они не пускают… Я, пожалуй, пойду отсюда, хорошо?
Ирдес перевел взгляд на охранников:
– В чем дело?
На этот раз огры снизошли до объяснения:
– У нее оружие.
– Пусть проходит.
Огр справа от двери молча повернул ручку, а Ирдес тихо буркнул:
– Понабрали кретинов, кодекса чести гильдии не знают!
Желтые глаза огра блеснули ненавистью.
В тяжелой бронзовой люстре, висевшей под самым потолком, не горела добрая половина свечей, а потому в комнате царил полумрак. Я оказалась в единственном светлом пятне, откуда–то из темноты выступал угол стола.
– Нам пришлось долго тебя ждать, – раздался откуда–то из тьмы хрипловатый голос.
Я вздрогнула, не сразу вспомнив, что у «туза бубен» есть привычка говорить о себе во множественном числе.
– Я…
– Подойди ближе. Не стоит так плотно прижиматься к двери, – раздался короткий смешок, – Она может неожиданно открыться и будет очень плохо, если такая красивая девушка получит увечья…
Я шагнула из светлого пятна, бормоча под нос слова заклятья, позволяющего видеть в темноте.
Мрак рассеивался, уступая «кошачьему зрению». Проступили стены кабинета, оббитые деревом и украшенные резьбой, окна, занавешенные тяжелыми шторами… Наконец, я разглядела и дона Кевирта, сидевшего за столом. Он был стар даже для темного эльфа: насколько я знала, первые седые пряди волос появляются у эльфов лет в пятьсот, – дон Кевирт был сед как лунь, хотя на лице его по–прежнему не было ни морщинки.
– Отлично. Приятно иметь дело с человеком, готовым выполнять твои указания, – от его улыбки мне захотелось стать маленькой, незаметной и просочиться в какую–нибудь щелочку.
Я панически оглянулась на дверь и ахнула, увидев, что перед ней замерли две горгульи: дон Кевирт хорошо подготовился к моему визиту.
Вот только всей комнаты я, увы, так и не смогла разглядеть. Тут сказывалось все: и ее огромные размеры и легкая блокировка, стоящая, скорей всего, против подобной низшей магии.
«Туз бубен» снова улыбнулся:
– Все осмотрела? А теперь давай поговорим о деле.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
