Глори похолодела.
— Так-так, — сказала она, пытаясь скрыть волнение, — но у тебя же нет никаких связей. Ни один главарь не захочет разговаривать с тобой: а вдруг ты из полиции?
Гарри глубоко вздохнул. Наконец-то он подвел Глори к главному. Настал решающий момент, теперь все будет зависеть от нее.
— Ты права, Глори, мне они, конечно, не поверят. Но они поверят тебе!
— Мне?! — ее глаза округлились.
— Бен Делани…
Впечатление, произведенное этим именем, было поразительным: Глори сорвалась с места, словно ее подбросило пружиной, на бледном, словно посыпанном мелом, лице яростно сверкнули глаза.
— Что ты знаешь о Делани? — хрипло спросила она.
— Спокойно! Нечего кидаться на меня. Ты же была когда-то его любовницей, разве не так?
— Откуда ты знаешь?! Лицо Гарри стало жестким.
— Не кричи на меня. Зачем делать из этого тайну. Я листал тут один старый журнал, и вот что оттуда выпало. — Он достал из бумажника фотографию Делани и швырнул ее на стол.
— Ты врешь! — не в силах сдерживаться, закричала Глори. — Ее не было ни в каком журнале. Ты читал мои письма!
Гарри медленно закипал.
— Читал! Ну и что? Если ты не хочешь, чтобы в твои письма совали нос, нечего разбрасывать их повсюду. А если тебе хочется подраться из-за этих старых бумажек — скажи, я не откажусь!
Глори стало страшно: он действительно был взбешен и готов был ударить ее.
— Ладно, Гарри, — примирительно сказала она, бессильно опускаясь в кресло, — пусть будет по-твоему.
Я считаю, что лезть в чужие письма — подлость, но не собираюсь драться с тобой из-за этого.
— Прости, — овладевая собой, попросил Гарри, — я наткнулся на них совершенно случайно. Давай забудем об этом, хорошо? Главное для нас — заинтересовать Делани: у него есть организация, надежные люди. К тому же ты его хорошо знаешь. Постарайся свести нас.
— Нет, нет, не проси! Я никогда не соглашусь. Гарри знал, что уговорить ее будет непросто, и был к этому готов.
— Как знаешь. Не можешь — значит не можешь. — И он, резко повернувшись, направился к спальне.
— Ты куда?
— Я ухожу, — отозвался Гарри, останавливаясь возле двери. — Я же предупреждал, что никто не сможет отговорить меня. Конечно, я понимаю, что войти в контакт с Делани без твоей помощи не удастся, поэтому попробую справиться своими силами. Я знаю пару хороших ребят, которые не откажутся вступить в долю, а когда алмазы будут у нас, предложу Делани купить их. Он станет говорить со мной, не беспокойся. А ухожу я потому, что так будет лучше и для нас обоих, и для дела. В конце концов, все это небезопасно, и я не хочу, чтобы ты действовала мне на нервы своим кудахтаньем.
— Гарри, любимый, — заговорила Глори, — ну, подумай сам, куда ты пойдешь? Как будешь жить? Он расхохотался.
— Ради бога, Глори! Найду себе какую-нибудь непыльную работенку на несколько дней. Проживу, не беспокойся. Или ты считаешь меня слизняком?
— Нет, я не считаю, — сквозь слезы пролепетала Глори, и после минутного колебания спросила:
— Так ты меня больше не любишь?
— Что за глупости? Разумеется, люблю, и когда у меня будут деньги, повезу тебя в Европу, как обещал.
— Правда, Гарри?
— Конечно, глупышка, — проговорил он, приближаясь, потом обнял Глори и прижал ее к себе. — Не знаю, что нужно сделать, чтобы ты поверила? Я люблю тебя, люблю, понимаешь? Сейчас нам приходится трудно, но я обещаю, что самые лучшие дни — еще впереди. Я добуду денег, мой план не подведет.
— Это твое последнее слово, Гарри? И никто не остановит тебя?
Гарри пристально посмотрел на нее и понял, что победил. Стараясь не показать охватившей его радости, он тихо сказал:
— Ничто и никто, даже ты, любовь моя!
— Ладно, Гарри, если ты, действительно, решил, я не оставлю тебя. Мы все будем делать вместе, — прошептала Глори, избегая его взгляда. — Я знаю много такого, чего не знаешь ты, все же я прожила с Делани больше года. Дай мне время до завтрашнего утра, я должна все обдумать. — Немного помолчав, она добавила:
— Хочу, чтобы ты знал, почему я согласилась. Просто я люблю тебя, как последняя дура, и совсем потеряла голову. Ты для меня дороже всего на свете. И я думаю, что у тебя есть шанс на удачу, если будешь слушаться меня и выполнять все мои приказы. Если нам немного повезет, ты не попадешь за решетку. Я познакомлю тебя с Делани. Правда, я не видела его уже давно, почти два года, но я попробую. Ты позволишь мне подумать до завтра, милый?
— Разумеется, Глори, — чуть смущенно ответил он, чувствуя себя подлецом. Отчаяние, светившееся в ее глазах, делало трудную победу не такой уж сладкой.
* * *
На следующий день было воскресенье.
— Не будем тратить время понапрасну, — сказала Глори, разливая кофе. — Я все обдумала и, кажется, смогу тебе помочь. Раз ты решил окончательно, я сделаю все, что только в моих силах. Главная забота — чтобы тебя не схватила полиция.
Гарри сделал нетерпеливое движение.
— Пусть это тебя не тревожит, я сам позабочусь об этом. Главное — встретиться с Делани.
— Ты ошибаешься. Если тебе удастся похитить алмазы, а Бен заплатит за них, лучше остаться на воле, чтобы иметь возможность путешествовать по Европе. Как ты понимаешь, это необходимое условие. Чтобы путешествовать и тратить деньги — нужна свобода. Разве не так?
— Конечно, так.
— Значит, самое главное — оставить полицию в дураках. На самолете тебя кто-нибудь может узнать?
— Не исключено. И даже, скорее всего — узнают.
Если не в самолете, то на аэродроме. Но я успею удрать в Мексику, пока они опомнятся.
— Тебя вполне могут найти и в Мексике.
— Пусть попробуют! Я изменю внешность.
— Нужно это сделать еще до того, как ты окажешься на аэродроме. Завтра Гарри Гриффы исчезнет, а появится, скажем, Гарри Грин, который и украдет алмазы. А потом исчезнет Гарри Грин и снова появится Гарри Гриффи. Пусть тогда полиция ищет какого-то Грина.
Гарри изумленно уставился на нее.
— Что-то я не понял. Объясни еще разок да помедленней.
— Все очень просто: ты изменишь внешность, одежду, походку, даже голос, так, чтобы тебя никто не узнал. Ты будешь для всех чужим. А когда дело будет сделано, просто сбросишь маску, и никто не догадается, что ограбление совершил ты. Изменить твою внешность — моя забота. Когда-то я была знакома с лучшим гримером Голливуда и кое-чему научилась.
— Правда? — глаза Гарри заблестели. — Ты не шутишь?
— Сейчас не время для шуток. Но, должна сказать, многое зависит и от тебя. Сколько дней в нашем распоряжении?
— Двадцать.
— Думаю, этого хватит, хотя работы очень много. Завтра ты пойдешь на аэродром, встретишься с кем-нибудь из старых друзей и, как бы между прочим, скажешь, что собираешься поехать в Нью-Йорк, поискать там работу.
Гарри вдруг побагровел.
— К черту все твои выдумки. У меня нет ни малейшего желания с кем-то встречаться. И зачем мне ехать в Нью-Йорк?
— Это необходимо, — отрезала Глори. — Мы же договорились, что ты во всем будешь слушаться меня. После ограбления сразу начнется расследование. Полиция сообразит, что это дело рук того, кто знал об алмазах и рано или поздно вспомнит о тебе. Ведь ты же сам говорил, что лететь с алмазами собирались поручить тебе. Ты сразу же попадешь в число подозреваемых, а босс, я думаю, даст тебе далеко не самую лучшую характеристику. Поэтому ты должен уехать отсюда задолго до ограбления. Поедешь в Нью-Йорк, зарегистрируешься в каком-нибудь отеле, так, чтобы потом у тебя было алиби. Подыщешь там работу, связанную с разъездами. Подробности обговорим позже. Сейчас ты должен иметь общее представление о том, что предстоит сделать.
— Боже мой, Глори, на все это нужны деньги, а мы нищие…
— Не думай сейчас о деньгах, — ответила Глори. — Слушай внимательно. Персонал гостиницы должен запомнить тебя, чтобы потом засвидетельствовать твое алиби. И найди работу, связанную с разъездами: может быть коммивояжером. Потом приеду я, мы с тобой встретимся так, чтобы никто не видел, и я тебя загримирую. Перед тем, как выехать из Нью-Йорка, ты напишешь письма своим друзьям и укажешь на конвертах адреса отелей Канзас-сити, Питсбурга и Миннесоты, а я проедусь по этим городам и опущу конверты в почтовые ящики. Нам нужны неоспоримые доказательства твоей невиновности, и такими доказательствами станут почтовые штемпеля на конвертах.
— Подожди, Глори, — начал Гарри, но она перебила.
— Дай мне договорить. Пойми же, речь идет о самом главном — об алиби! Так вот, потом ты приедешь сюда и встретится с Беном. Ты должен будешь поселиться в каком-нибудь дешевом отеле и постоянно находиться на виду. Чем больше народу тебя запомнит, тем лучше. При каждом удобном случае рассказывай, что ты бывший пилот и ищешь работу. Постарайся быть грубым: такое лучше запоминается. Пойди в какое-нибудь ателье и сфотографируйся, а потом устрой там скандал, откажись платить за снимки или что-нибудь в этом роде. Потом, когда тебя начнет разыскивать полиция и в газете опишут твои приметы, фотограф обязательно тебя вспомнит и принесет снимки в редакцию. Понимаешь, к чему я клоню? Если полиция начнет преследовать некоего Гарри Грина, она не станет искать тебя… А сейчас — подожди минутку.
