молчания слишком затянулась. Мистер Веллиус продолжал стоять ко мне спиной. Мне это показалось не совсем приличным, но, в конце концов, кто я такая, чтобы в моём присутствии думать о приличии. Всего лишь сирота из приюта!
Мои размышления прервал ровный уверенный голос:
– Присаживайтесь, пожалуйста, мисс Гратс, – мистер Главнокомандующий отодвинул от стола стул и благородным жестом руки пригласил присесть в указанное место.
Сказать, что я удивилась, значит, не сказать ничего. Я была ошеломлена манерой обращения ко мне. Ко мне так почти никогда не обращались… Почти… Я с облегчением выдохнула. Нападать на меня, по крайней мере, сейчас не будут.
Я села на стул. Мистер Главнокомандующий сел напротив и посмотрел на меня. Только теперь я увидела его глаза и поняла, что он впервые смотрит на меня прямо. Я поймала его взгляд, но долго выдержать напор холодных стальных глаз не смогла. Он смотрел на меня долго. Его взгляд словно пронзал меня мечом. Я опустила глаза и начала разглядывать свои руки.
– Как ваше имя? – вдруг услышала я.
– Айя Гратс.
– Это я знаю. Как ваше настоящее имя?
Вот это поворот! Ну, уж нет! Ничего я тебе не скажу, мистер Тёмная Лошадка!
– Моё имя Айя Гратс, – твёрдо ответила я.
– Кто ваши родители?
– Я – сирота! Родителей не помню.
– Вы попали в приют в 12 лет. С кем вы жили до этого времени?
– Я ничего не помню, – опустив глаза, ответила я.
– Вы можете мне всё открыто рассказать. Здесь, – он обвел рукой каюту, – вам ничего не угрожает.
Правду хочет! Никто не должен знать, кто я. Этого допустить нельзя!
– Я, правда, ничего не помню.
– А иностранными языками вы тоже не владеете?
– Нет, – поспешила ответить я и вдруг увидела, как в глазах Главнокомандующего вспыхнул огонёк, а уголки губ дёрнулись, но ухмылку он сдержал. Затем огонёк потух, взгляд обдал холодом, у него заходили скулы. Было видно, что мистер Главный капитан начинал злиться.
– Вы подробно ответили на последний блок вопросов в своей анкете, – начал он сдержанно.
– Да, – осторожно ответила я.
– Вопросы были заданы на межрасовом языке. Чтобы понять вопрос, нужно знать основы этого языка, а чтобы дать настолько исчерпывающий ответ на межрасовом языке, нужно владеть в совершенстве не только языком, но и знаниями по истории, культуре и философии мира. Вас этому в приюте учили?
Меня накрыл жар! Как я могла так проколоться?! Настолько увлеклась вопросами, что не заметила подвоха. Как же это… Продолжаю молчать. В панике придумываю на ходу историю про самообучение и тягу к знаниям.
– Сколько вам лет? Надеюсь, здесь вы не станете скрывать ваш возраст?
– А вы разве не подробно ознакомились с моей анкетой? – съязвила я.
– Подробно, – ответил Главнокомандующий. – В ней есть несоответствия. Я не потерплю шпионов на моём корабле! Сейчас я и так много трачу своего времени на вас, занимаясь выяснением лично. Все подозреваемые отправляются обратно на Землю в отдельном модуле, – холодным угрожающим голосом произнес он.
– Нет! Пожалуйста, я не шпион! Не надо отправлять меня на Землю! Мне 18 лет. Больше я не могу вам ничего рассказать, – вырвалось у меня со слезами. – Всё, что угодно, только не обратно, прошу вас!
– Значит, всё, что угодно? – протянул он.
Не могла определить, шутил он или говорил всерьёз.
– Хорошо! Сегодня вы остаётесь здесь! Вас никто не тронет и не обидит. Я пришлю вам моего помощника. Он поможет вам устроиться. Завтра мы вернемся к нашему разговору.
Мистер Веллиус захлопнул папку с бумагами и вышел вон.
Глава 3
Через несколько минут вошёл тот самый дядечка с добрыми глазами.
– Меня зовут Бертрам Вуд, я личный помощник мистера Никэтора Веллиуса.
Наконец-то, я узнала имя моего дознавателя! Что за имя такое, Никэтор?!
– Сегодня вы останетесь здесь. Это распоряжение мистера Веллиуса. Пойдёмте! Я покажу вам вашу комнату.
Даже так! У меня еще и своя комната будет!
– К сожалению, у нас нет подходящей для вас одежды, но мы сейчас что-нибудь придумаем.
Мистер Вуд что-то набрал в своём компьютере, а затем проводил меня в смежную комнату. Это была просторная спальная. Там стояли шикарная кровать и огромный шкаф, а ещё имелась своя ванная комната…
Иметь отдельную ванную, наслаждаться купанием и не бояться, что кто-то начнет ломиться и барабанить в дверь, – что может быль лучше?
Не успела я оглядеться, как вернулся Бертрам с двумя пакетами в руках. Как оказалось, в одном пакете было платье, туфли, а в другом – бельё и пижама.
– Я думаю, вам стоит отдохнуть. Здесь вы в безопасности. Никто вам не причинит зла. Отдыхайте! В каюте мистера Веллиуса вы можете свободно посещать любые комнаты, но выходить за пределы каюты вам запрещено. Это мера предосторожности в ваших же интересах.
Вуд предостерегающе на меня посмотрел.
– Спасибо. Я поняла!
– Отдыхайте!
Кажется, на сегодня допросов больше не ожидается. Я решила зайти в отведённую мне каюту, принять душ, переодеться и отдохнуть.
Выходить из своей комнаты я так и не решилась. Боялась столкнуться с Главнокомандующим. Мало ли что надумает! Вдруг допрос повторит или что-нибудь похуже…
Засыпая в нежной пижаме, я подумала: «Хорошо, что линзы не нужно снимать! Иначе ещё одним секретом стало бы меньше».
По моим глазам о многом можно догадаться, а Ник (решила так его называть про себя) – человек не глупый. Так просто он меня в покое не оставит. Завтра нужно обязательно добраться до капель…
Проснулась я от осторожного стука в дверь. Сначала я не поняла, где я. Затем воспоминания вчерашнего дня восстановились.
– Мисс Гратс, мисс Гратс, – доносился из-за двери голос Вуда.
Я накинула халат и открыла дверь.
– Через 1,5 часа мистер Веллиус ожидает вас на завтрак. Оденьте платье, которое я вам принес вчера, и не опаздывайте, пожалуйста.
Он шутит? Шпионку пригласили на свидание за завтраком?! Интересный поворот!
– А отказаться я могу? – спросила я.
– Это не в ваших интересах, мисс Гратс.
Сильно влипла я со своей анкетой и иностранными языками! Раскрыться я не могу. Я могу подвергнуть всех на Атлантисе большой опасности, в случае если здесь есть мои недоброжелатели… О возвращении на Землю не может быть и речи. Я в полной зависимости от главного человека на корабле. Придётся пойти на любые условия лишь бы остаться здесь. Тогда я даже и предположить не могла, во что выльется моё желание остаться на корабле…
Решила быстро принять душ и переодеться. Краситься не стала. Незачем вызывать к себе ещё больший интерес. Надела платье. Подошло
