Читаем без скачивания Гомеровская Греция. Быт, религия, культура - Чарльз Квеннелл

Поскольку самые вдохновенные строки поэмы посвящены любовной истории Ясона и Медеи, мы также вкратце остановимся на ней. Эрот пришел во дворец с Ясоном, и Медея могла наблюдать за беседой последнего с ее отцом Ээтом. Эрот выбрал удачный момент, натянул свой лук, вытащил стрелу из колчана и выпустил ее в Медею.

Несчастная Медея удалилась в свои покои, а услышав вердикт своего отца Ээта:

…Стрела же в деве засела,В сердце глубоко застрявши очень. Медея стояла,Взоры кидая навстречу Ясону. Вдруг поневолеПрочь улетели устало разумные мысли. ЗабылаДева про все, лишь душу томило сладостной болью.Душу ее волновало много того, что обычноЧувства любви возбуждают. Все у нее перед взоромВновь и вновь представлялось. Сам он, каким он тогдабыл,Как был одет, и что говорил, и как восседал он,И как вышел он из дверей. Волнуясь решила,Что такого другого нельзя найти во всем мире,Голос его все время в ушах у нее раздавалсяИ благозвучные речи, которые произнес он.

Был ли у бедной девушки на самом деле выбор? Ясон даже и не подозревал о том, что она его любит, да и как она могла сказать ему об этом? Эет хотел погубить Ясона, а Медея всей душой хотела спасти ему жизнь. Медея решила помочь Ясону своим искусством волшебства, которым она немного владела, однако тем самым она шла против воли своего отца. В конце концов, разумеется, победила любовь, и она послала весточку Ясону, в которой сообщалось, что она будет ждать его возле храма богини ночной тьмы Гекаты. Здесь Медея и поджидала его. Он пришел и обратился к ней:

…Восторг согреваетДушу, от похвалы воспрянув, она на ЯсонаСмотрит, все никак не решится начать с ним беседу,Так как хочется ей обо всем сразу поведать.

Даже такой серьезный парень, как Ясон, начал догадываться, в чем дело, поскольку мы читаем несколько ниже:

Оба они, смущаясь, то вниз глаза опускали,То опять друг на друга снова взоры бросалиИз-под светлых бровей, расточая отрадно улыбки.

Рис. 5. Минотавр

Итак, Медея дала Ясону совет относительно того, как справиться с заданием, которое поставил перед ним Эет. Затем аргонавты похитили золотое руно и увезли его с собой, а вместе с ними отправилась и Медея, поскольку она опасалась отцовского гнева за то, что помогла Ясону. Мы не будем подробно пересказывать сюжеты, имеющие отношение к их браку, который оказался несчастливым, поскольку при желании любой может прочесть о них в переводе «Аргонавтики».

Современные исследователи полагают, что «Аргонавтика», по сути дела, представляет собой описание путешествия в страну золота в поэтической форме. Древние горняки сперва находили золотые блестки в водных потоках, а затем поняли, что вода вымывает их из скал. Затем, как предполагают ученые, они стали собирать золотую пыль, переносимую течением, растягивая руно в воде так, чтобы крупинки золота застревали в овечьей шерсти.

Во все времена люди желали обладать золотом, очарованные его блеском. Визит в зал истории ранних обществ Британского музея поможет вам понять, как много этого металла использовалось для изготовления украшений на территории Англии в бронзовом веке. В наше время золото добывают в одной части земного шара, а прячут его в хранилищах в другой части света, очевидно, потому, что боятся его магических свойств.

Легендарная история «Арго» помогает нам понять дух авантюризма и страсть к путешествиям, присущие древним грекам. Природные условия их страны сыграли в этом немаловажную роль. Подобно Норвегии, в Элладе плодородные равнины отделены одна от другой горными хребтами. Как следствие, это привело к возникновению небольших городов-государств, и человеческий гений здесь проявился ярче, чем в больших, подобных муравейникам, городах, в которых живут современные люди. Когда население этих маленьких государств становилось слишком многочисленным для того, чтобы прокормиться тем, что давала окружающая местность, оно, как и норманны более поздних времен, вынуждено было добывать себе хлеб насущный на море в качестве моряков, торговцев или пиратов. Бороздя моря, эллины обнаружили чудесные места, где стали возникать их колонии. Но тоска по милой родине вдохновляла греков на поэтическое творчество. Люди жили на равнинах, а их боги – на заоблачных вершинах.

Едва взглянув на карту Эллады, мы сразу же увидим, что грекам самой судьбой было предначертано стать великим морским народом древности. Крупнейшими державами того времени были Египет, Ассирия, а также Персия, и для морских судов греков не составляло большого труда достичь торговых портов в Малой Азии, которые последовательно находились под контролем одной из них. Вместе с тем эти страны находились достаточно далеко для того, чтобы быть источником непосредственной опасности для греков, если бы только враги сами не догадались воспользоваться для нападения морем, но они в течение долгого времени не имели такой возможности. Когда же Персия, наконец, напала на Элладу, ее военно-морской флот имел только вспомогательное значение для армии. Он перевез войско через Геллеспонт, а затем оно вынуждено было совершать утомительный переход по суше через территорию Македонии и Фессалии. Тем самым греки выиграли время, они получили возможность собраться с силами, достаточными для того, чтобы дать отпор вторжению.

Необходимо упомянуть и о другой великой державе, которая пережила периоды взлета и падения перед тем, как окончательно погибнуть. Минойцы, средиземноморский народ, живший на острове Крит, создали великолепную цивилизацию, остатки которой были исследованы британским археологом сэром Артуром Эвансом во время раскопок царского дворца в Кноссе.

Рис. 6. План царского дворца в Кноссе

По всей видимости, ее максимальный расцвет приходился на период времени между 1650-м и 1450 годами до нашей эры, а затем она погибла в результате катастрофы. Минойцы также были морским народом, и процветание их державы во многом основывалось на торговле с сопредельными странами. Их суда, груженные оливковым маслом, вином, гончарной керамикой и раковинами, из которых добывали краску, плавали к Нилу, где местные жители называли жителей Крита «кефтиу». Минойцы наверняка имели некие связи и с тогдашним населением Эллады. Легенда о Минотавре, громадном получеловеке, полубыке, жившем в Лабиринте, располагавшемся в Кноссе, и питавшемся семью юношами и семью девушками, которых каждый год отправляли туда афиняне, является, очевидно, поэтическим отголоском дани, предназначавшейся для кровавых жертвоприношений. Возможно, что афиняне отправляли юношей и девушек связанными, так как, судя по рис. 5, взятому с чернофигурной вазы VI века до нашей эры, Минотавр выглядит скорее худым и голодным, чем громадным и мускулистым.

Рис. 7. Парадная лестница в царском дворце в Кноссе

Однажды в числе прибывших оказался Тесей, он стал знаменитым греческим героем, и Ариадна, дочь правителя Крита, влюбилась в него. Она дала Тесею меч, с помощью которого можно было убить Минотавра, а также нить, чтобы он смог найти обратную дорогу из Лабиринта. Если вы в наши дни отправитесь в Кносс, чтобы осмотреть руины, открытые благодаря самоотверженному труду сэра Артура Эванса, то легко поймете, как зародилась легенда о Лабиринте. Дворец имел большой центральный двор, окруженный со всех сторон маленькими комнатами и сквозными переходами, образующими Лабиринт, в котором любой человек, незнакомый с его планировкой, мог запросто заблудиться.

На рис. 9 показана парадная лестница, по которой со двора можно было попасть в царские покои. Следует обратить внимание на характерные для минойской архитектуры колонны, суживающиеся книзу.

Конечно, дворец, который был разрушен около 1450 года до нашей эры, относится к гораздо более позднему времени, чем тот, который упоминается в легенде о Минотавре. Но легенда сама по себе является свидетельством того, что в то раннее время Крит был великой и могущественной державой и греки вынуждены были полагаться на своих героев для защиты от нее. Тесей подружился с аргонавтами. Кносский дворец был построен на чудесной равнине, всего в нескольких милях от моря, без каких бы то ни было укреплений. Его руины воскрешают в памяти людей картину того, как, по нашим представлениям, должны выглядеть дворцы восточных владык, поскольку на самом деле трудно найти какое-либо сходство между планом дворца в Кноссе и укрепленными акрополями греческих городов более позднего времени. Но тем не менее греки многое заимствовали у минойцев, в чем мы вскоре убедимся. Некоторые характерные особенности они могли скопировать с тех вещей, которые поступали в Грецию с Крита. Так, например, богато украшенные золотые кубки, найденные в Вафио (Лакония), несомненно, были выполнены минойскими мастерами. Их могли просто купить, а скорее всего, захватить во время одного из грабительских набегов. И у нас есть весомые основания так считать. Как предполагается, как раз около 1450 года до нашей эры северные племена начали продвигаться на юг, в центральную и южную части Греции. Позднее эти племена обобщенно стали называть ахейцами. В качестве ближайшей аналогии можно упомянуть о других жителях севера, норвежцах или норманнах, которые постоянно нападали на франков и около 912 года нашей эры захватили часть Галлии, которая позднее стала называться Нормандией. Насколько нам известно, норманны, когда они впервые там появились, дикостью мало чем уступали своим предкам, описанным в «Беовульфе»6. Сначала они проходили по захваченным землям с огнем и мечом, а затем, обосновавшись на новой родине, вынуждены были учиться у франков искусству строительства каменных замков и великолепных соборов.