Мебель со старой квартиры уже была расставлена, но какая-то чужая, не наша. Даже старинный сервант из большой комнаты теперь потерял свою помпезность. Одинокий и пустой, примостившись возле стены, он выглядел совершенно по-иному. Так же как и я, он потерялся в огромном помещении гостиной. Я поежилась, запах краски все еще витал в комнате, несмотря на открытое окно.
-Тут так холодно и пусто. - Обхватив себя руками, констатировала я.
Мама же осматривала свои новые владения с нескрываемым восторгом и гордостью. А гордиться ей было чем. Они вместе с отцом заработали свое благосостояние каторжным трудом.
-Это от того что дом новый и в нем пака никто не жил. - прервала она мои мысли. - Ничего через несколько дней привезут заказанную мебель, да и запах краски выветриться.
-Скажи тебе нравиться? - она с огоньком в глазах смотрела на меня а, затем, не дожидаясь ответа, добавила - Ведь правда он прекрасен?
-Да мамочка он красив.
И я не соврала. Он действительно был красив, но совсем не уютен, а об этом я умолчала. Зачем расстраивать ее? Ведь сейчас она счастлива! Она так долго ждала. Так мечтала о собственном доме. Сначала она прожужжала мне все уши на этапе выбора проекта. Потом долго рассказывала, тыча пальцем в экран компа, где что у нее будет располагаться. Когда же началась стройка она каждый день заезжала проверить: все ли идет по плану. Даже мой спокойный папа и то заразился ее нетерпением и энтузиазмом. Дом не был еще построен, а они уже ездили по магазинам, подбирая мебель. О мебель это отдельный разговор.
Мама, любившая старину до умопомрачения, дрожала над каждой купленной ей когда-либо вещью. Особо любимые переехали вместе с нами сюда. Огромное резное трюмо теперь красовалось в ее спальне как напоминание о прошедших временах. Как раз с этого трюмо и началось ее увлечение стариной. Я была тогда совсем маленькой, но даже сейчас помню как, не имея денег, родители, накупив газет, искали, как бы на нищенскую зарплату обустроить нашу квартиру.
Это трюмо продавалась за копейки и, наверное, бывшие хозяева собирались уже выкинуть его, когда и появилась моя мама. Помню, сколько радости было у нее, когда к нам в дом внесли это страшилище. Оно заняло пол кухни и казалось чем-то чужеродным.
Черный лак придавал ему грозный вид. Почему-то тогда эту рухлядь я ассоциировала с мойдодыром, и до ужаса боялась. Может кому-то и покажется это сравнение странным, но не пятилетней впечатлительной девочке. Помню, как мама потешалась над моим страхом. А меж тем родители накупили разных инструментов, и кусочек за кусочком по вечерам придя с работы, отскребали черный местами облупившийся лак. Вскоре их работа была вознаграждена. В их комнате встало очень изящное резное трюмо, это я вижу теперь, а тогда я даже боялась зайти в их спальню, когда оставалась одна.
Им же оставалось дело за малым подобрать к нему мебель.
Вот так, иногда, чистая случайность меняет жизнь и быт людей. Родители всерьез увлеклись стариной. Сначала бросила работу мама, а когда антикварные вещи начали приносить прибыль, к ней присоединился и папа.
Родители полностью посветили себя этому занятию. Вскоре наш дом перестал походить на жилище, превратившись в лавку старьевщика. Куча старинных вещей стояли вдоль стен, захламляя квартиру. Предки с утра до позднего вечера трудились, восстанавливая испорченные раритеты. Дома не было не единого уголка, в котором не стояла: либо старинная этажерка, либо тумбочка, либо все вместе. Постоянно приходили и уходили какие-то люди. А вместе с ними появлялись и исчезали вещи. Вскоре родители смогли позволить себе, снять помещение, и квартира, наконец, приобрела законченный вид, столетия эдак восемнадцатого, а может и раньше, никогда, не вдавалась в подробности. Все ненужные предметы старины перекачивали в мастерскую, и квартира стала, наконец, уютным гнездышком за исключением нескольких вещей которых я не переносила.
Мои подруги удивленно ахали, попадая ко мне домой. Я же в свою очередь настолько привыкла, что уже не замечала окружавшей меня красоты.
В новом же доме, казалось, что мебель, которую мы привезли, стояла не на своих местах.
Но время шло, я стала привыкать к новому жилищу. Обживаться, и обзаводится новыми друзьями. И как не странно даже сдружилась с Кирой, не такой уж и занудой она оказалась.
А что еще мне оставалось делать? Ведь мы минут пятнадцать ехали в развозке вдвоем, и только потом появлялись остальные ученики, и как назло в основной своей массе первоклашки.
И вот только мой мирок стал восстанавливаться, как мама на каком-то аукционе купила новую вещь. Этой вещью оказалась картина неизвестного мастера.
Чем она привлекла маму, я не знала, только что своей оригинальностью, старинной и еще, пожалуй, рамой. А рама действительно была не обычна. Массивное красное она была сделана из красного дерева по всему периметру внешней стороны которого шла необычайно красивая вязь каких-то символов, нарисованных темно бурой краской от которых веяло холодом.
Изображенный же на холсте брутальный мужчина, был настолько красив, что у меня захватывало дух и в тоже время от его словно живого взгляда внутри все холодело. Да именно его взгляд пугал меня до чертиков - порочный, обещающий, притягивающий к себе, он вызывал мороз по коже и еще некоторые чувства, которых я не могла и сама понять. Художник настолько четко передал каждую деталь, что казалось, мужчина сейчас встанет со своего кресла и шагнет прямо с холста в комнату. Каждый раз, входя в гостиную, я ощущала этот холодный взгляд, наблюдающий за мной. Это сводило с ума.
Но не только в мужчине заключалась вся необычность картины. По всему периметру рамы шла странная вязь символов, от которых веяло холодом. Да и стекло закрывающее холст выглядело, мягко говоря, странно. У нас дома висело множество картин, но не ода из них не была помещена под стекло.
Как раз, с появления этой картины и начались мои неприятности.
Первый раз это случилось, когда родители уехали в гости. Неприятное предчувствие с каждой минутой все нарастало. А большой пустой дом еще больше усиливал его. Хоть и понимала, что уже довольно взрослая для ничем не подкрепленных страхов, я не могла успокоиться и лечь спать. Проанализировав причину, я поняла, что она кроется в гостиной. Включив свет в каждой комнате, я с нетерпением ожидала предков. Для того чтоб скоротать время я взяла книгу и пошла в свою комнату. Томик стихов оказался донельзя скучным, и я не заметила, как заснула.
Я бегу по темному длинному коридору. Бегу от ужаса не разбирая дороги. Сердце колотится в груди, воздуха не хватает. Почему так страшно? Сзади слышится чье-то размеренное дыхание и шепот.
