об землю и огромная лошадиная туша повалилась вперед, а потом и на бок. Кая откинуло в сторону, так как он не держал ноги в стременах, а вот Фрино запутался, и одна его нога оказаться под лошадью. И вот тогда вскрикнул уже он, только не от страха, а от боли.
***
- И знаешь, что сделал этот парень? - невесело улыбнулся Эйнару Фрино.
- Пырнул тебя и сбежал? - кивнул на шрам блондин.
- Если бы, - фыркнул Фрино. - Ему стоило бы так и поступить. Может, тогда бы все это не закончилось бы настолько скверно. Нет. Этот придурок взвалил меня на спину и понес домой.
- Но почему? Прости, но... ты был мелким ублюдком. Честно - я бы тебя кинул на его месте.
- А он не кинул. Причем от боли в сломанной ноге я даже не мог контролировать его - магии-то меня с детства учили. Он сделал это добровольно. И не слова не сказал. Вообще. Мне пришлось нехило побить его дома, чтобы он объяснил, почему так поступил.
- Ну ты и... и что же он сказал?
- Знаю что ублюдок, - Фрино фыркнул. - Но по другому я и не умею. А сказал он, что я ему нравлюсь и отношусь к нему неплохо. Кормлю, мыться заставляю чуть ли не каждый день, одеваю. Ну, в общем-то так оно и было. Пусть я наставлял ему тумаков, но его жизнь в нашем поместье, как оказалась, была гораздо лучше, чем за его пределами. Там он голодал, его бил отец, его шпыняли соседи. Мне стало интересно и я заставил его рассказывать о том, как они там живут. Завязался разговор... и, пожалуй, я допустил самую страшную в своей жизни ошибку.
- Какую же?
- Я с ним подружился, - пожал плечами Фрино. - Представь себе, как мне было скучно одному в этом чертовом поместье? Ни единого сверстника, а тут - нормальный, здоровый и, как оказалось, отнюдь не тупой парень. Если раньше я думал, что рабы - это просто игрушки, то теперь начал понимать - ничем они не отличаются от их хозяев Совершенно ничем. Кроме их положения. И это как-то... угнетало что ли.
- Хочешь сказать, что ты не такое уж дерьмо? - хмыкнул Эйнар. - Когда я был у тебя в гостях, то что-то не заметил какого-нибудь сострадания.
- Просто так надо, - потупился Фрино. - Не знаю... иногда мне кажется что все у нас на Вэйдане понимают, что рабовладение - это неправильно. Однако помимо того, как нужно обращаться с рабами, общество еще и очень хорошо учит скрывать собственные чувства. Так вот... последующие три недели мы с Каем вполне так неплохо проводили время, и не заметили, как подошел день экзамена. Я подозревал, что отец изобретет что-нибудь мерзкое, но Кай велел мне не волноваться. Сказал, что стерпит совершенно все, чтобы я смог сдать экзамен, а он остался бы со мной. На том мы и порешили...
***
В отцовском кабинете примерно раз в пару месяцев перекладывали паркет. Последний, на котором топтался, волнуясь, Фрино, продержался рекордно долго - целых десять недель. И парень прекрасно понимал, что это значит. Отец ждал экзамена. За спиной юного наследника смирно стоял Кай. Если бы не заведенные за спину руки - а Фрино уже заметил, что парень прячет их когда нервничает - можно было бы сказать что он совершенно спокоен.
- Итаааааак, - протянул отец. - Подойди сюда, сынок.
Фрино подошел как мог твердо, Кай двинулся за ним словно тень. Старший Сентро попросил сына вытянуть руку и вложил в нее шило. Испытывая очень нехорошее предчувствие, Фрино повертел его в руках., но ничего необычного не приметил.
- Что мне сделать? - осведомился мальчик, пытаясь скрыть собственный страх.
- Отдай этому, - кивнул он на Кая. - И подойди ко мне.
Шило перекочевало из рук хозяина в руки раба. Фрино обошел стол отца, и тот стиснул его за плечи, прижав к собственному боку. Мужчина был огромен, даже в сидячем положении он превосходил сына в росте. Сцепив любимое чадо за подбородок, старший Сентро заставил его смотреть на мнущегося посреди комнаты раба.
- А теперь давай посмотрим, достаточно ли ты хорошо владеешь нашим семейным искусством.
Фрино испуганно кивнул.
- Иногда, когда ты заставляешь раба сделать что-то, что противоречит его инстинкту самосохранения, он может вырваться из пут заклинания, - сказал отец. - Особенно часто это происходит у таких малявок как ты. Так что сейчас мы посмотрим, насколько ты тверд, Фрино. Сделай так, чтобы он выколол себе глаз, и твой экзамен будет пройден.
Кай вздрогнул, и это не укрылось от глаз наследника. Фрино бы и сам вздрогнул, но не мог позволить себе такую роскошь. Если бы он только посмел показать перед отцом свою слабость, то тот уже бы ударил его. Хотя сейчас Фрино больше всего на свете хотелось, чтобы отец его убил. Отказаться. Не причинять боль парню, который скрашивал его одиночество последний месяц...
Однако если бы он только попытался это сделать, то отец бы тут же Кая убил. И это Фрино прекрасно понимал. Потому он прикрыл глаза и начал читать заклинание. Внутри все сжималось от боли и страха, а нити древнего искусства марионеточной магии опутывали дрожащее тело раба.
- Так, так, - приговаривал наблюдающий за ним отец. - Хорошо. Это целое искусство, Фрино. И ты им владеешь. А теперь дерни. Заставь...
Мальчик зажмурился, но не перестал видеть. Вот нити, вот сгусток жизни, сгусток энергии, опутанный его магией. Вот бьющееся внутри груди сердце, гоняющее по телу вместе с кровь жизненные силы. А вот глаза. То ли голубые, то ли зеленые, самые обычные. Фрино дернул. Дернул, но не смог. Что-то заставило его остановиться. Он понимал - будет скандал. Но просто не мог ранить парня. И тут...
Шило глубоко вошло в глазницу. Кровь полилась на пол, проникая между досками паркета.
Непроизвольно дернувшись, Фрино открыл глаза. Шило валялось на полу а Кай зажимал рукой глаз. Все было кончено. Экзамен пройден. Не так, как хотелось бы отцу, но пройден. И Фрино с чувством собственного превосходства посмотрел на мужчину. Посмотрел, чтобы сказать, что он сдал. Однако улыбка отца его остановила.
- Вот оно как, - угрожающе сказал он. - Как же я разочарован. И кто... мой собственный сын. Видно плохо я
