Так или иначе желание ЮКОСа заплатить в бюджет огромные деньги можно было бы только приветствовать, если бы не одно «но». Миллиард долларов — это деньги не ЮКОСа, а западных кредиторов. Ходорковский заложил ЮКОС, чтобы купить ВНК.
А вот собирался ли он отдавать долг?
В 1997–1998 годах олигархи жили тем, что брали валютные кредиты на Западе под низкий процент и вкладывали их в рублевые ГКО под высокий. По мере того как на разницу они приобретали предприятия-экспортеры, становилось яснее основное противоречие российского олигархического капитализма. В то время как банк-олигарх был заинтересован в поддержании низкого курса рубля, позволявшего брать дешевые синдицированные кредиты на Западе, ФПГ-олигарх была заинтересована в девальвации рубля, позволявшей утроить доходы от экспорта.
После паники на азиатских рынках в ноябре 1997 года стало очевидно, что падение рубля — лишь вопрос времени. Понимают ли это западные банки? Нет — иначе они не кредитовали бы олигархов. Понимают ли это олигархи? Да. И вот доказательства.
В 1997 году Михаил Ходорковский оставляет пост в «Менатепе» и становится главой холдинга «Роспром». Это можно было бы трактовать как давнишнее желание химика Ходорковского заняться излюбленным делом — промышленностью. Однако желание сменить имидж проявили почти все олигархи. Владимир Гусинский оставил «Мост-банк» и встал во главе холдинга «Медиа-мост». Владимир Потанин создал «Интеррос».
Из гусеницы вылупилась бабочка. Олигархи отделили банковские пассивы (то есть деньги вкладчиков и бюджета) от промышленных активов (на эти деньги купленных). Банк оказался в одном месте, его покупки — в другом. Теперь смерть банка не могла повредить промышленным холдингам.
За шесть месяцев 1998 года Центробанк тратит на поддержку рубля 8 миллиардов долларов. Практически эти деньги отобраны у российских предприятий и отданы «системообразующим банкам». В июле 1998 года западные банкиры наконец отказываются пролонгировать ранее выданные кредиты и требуют их возврата. Чтобы расплатиться, российские банки (прежде всего — «СБС-Агро») продают по дешевке российские бумаги. Цена бумаг падает, доходность ГКО растет.
Сергей МуравленкоОлигархи в панике бегают по коридорам Белого дома: «Сделайте что-нибудь, чтобы мы могли не платить». Говорят, голос Ходорковского в этом хоре был весьма заметен: 17 августа с «Менатепа» причиталось 80 миллионов по синдицированному кредиту. В конце концов, как рассказывают очевидцы, олигархи прибежали к Кириенко. «Мы у тебя НОРСИ отберем, в землю зароем, если ты как-нибудь не выручишь нас. Разреши не платить Западу». «Хорошо, — говорит Кириенко, — я объявлю мораторий по выплате долгов на Запад, но за это я перестану платить по ГКО».
«Государство всех кинуло», — горько жалуются олигархи в обширных интервью «Коммерсанту». Конечно, кинуло. Обещало дать содрать с себя четыре шкуры, а подохло, когда сдирали третью.
СТРАНА ЗАХОДЯЩЕГО ОЛИГАРХА
Весной один мой знакомый, у которого в «Менатепе» пропало эдак с десяток миллионов долларов, пошел в банк за объяснениями. Знакомый — не сопляк, деньги тоже не сопливые, принимал его не кассир, а партнер. «Понимаешь, — доверительно объяснили моему приятелю, — деньги, конечно, есть. Но ведь их уже давно слили в оффшор и поделили между своими. Я, конечно, могу их вернуть тебе, но ведь я, получается, пойду против коллектива. Это непорядочно. Нечестно».
Действительно, в том, что касается банков, проблем у олигархов не возникло. Пока длился мораторий на выплату долгов Западу, хорошие активы были отделены от плохих долгов. Перспективных клиентов «Менатеп» перевел в «Росбанк», принадлежащий ему совместно с «Мост-банком» и «ОНЭКСИМом», а плохие долги остались на «Менатепе».
Другое дело — ЮКОС. Нефтяные скважины в оффшор не сольешь.
После 17 августа на ЮКОС находится целая куча охотников. Во-первых, это западные банки, которые давали ЮКОСу кредиты. Во-вторых, губернаторы и старые директора, которые, приняв эпидемию преднамеренных банкротств за закат олигархической системы, бросились на «Роспром» в надежде оттяпать кусок от заболевшего льва. В-третьих, на ЮКОС набрасывается зверь безусловно редкий и для российской экологической ниши вряд ли подходящий — американский эксцентричный миллиардер Кеннет Дарт, специализирующийся на том, что в Америке называется greenmail, или «зеленый шантаж». Гринмейл — это когда инвестор покупает небольшой пакет акций компании и противится любым планам менеджмента, до тех пор пока менеджмент не выкупит у него пакет за сумму втрое большую.
Господин Дарт для России птица изысканная, как попугай какаду. Это российский олигарх, родившийся не в том времени и не в том месте. Вы представьте, бедняга Дарт, дабы не платить налоги, купил себе целый океанский корабль, на котором и плавал 180 дней в году вне территориальных вод США! Наши решают этот вопрос проще…
Надобно отметить, что все три категории наглецов, примерявшихся к юганской и томской нефти, были ЮКОСом решительно поставлены на место. Но не скопом, а сообразно степени приличия каждого.
Респектабельные западные банки — Daiwa, Westdeutschelandesbank и Standard Bank of London, ссудившие ЮКОСу 236 миллионов долларов, честно получили 30 процентов акций НК «ЮКОС». Правда, в это же время нефтедобывающие подразделения компании — «Самаранефтегаз», «Юганскнефтегаз» и «Томскнефть» — увеличили свой уставный капитал втрое. В результате чего доля ЮКОСа в этих компаниях упала до 17 процентов. То есть «Дайва» получила шкурку от банана. А сам банан оказался в оффшорах. Кстати, чтобы не гонять деньги туда-обратно, оффшорки заплатили за акции… векселями самих «дочек».
Операция эта — прекрасное противоядие против «Дайвы» — не могла, однако, помочь против Кеннета Дарта, владеющего 10–12 процентами акций именно самих «дочек». Поэтому имущество нефтедобывающих «дочек», в свою очередь, передается на баланс новоорганизованным ЗАО. Поэтому мы, собственно, и сказали, что Дарт полез не в свою экологическую нишу. Западные стервятники перед российскими орлами — все равно что кукурузник перед СУ-37…
Когда наши надувают иностранцев, это всегда приятно, вне зависимости от того, что разбавляли водой — бензин на американской бензоколонке или уставный капитал во второй по величине в России нефтяной компании. Проблема в том, что третья категория акционеров — те самые «красные директора», — похоже, не заслуживает у ЮКОСа даже дополнительной эмиссии. А заслуживает пулю в затылок.
Пятого марта неизвестные субъекты обстреляли автомобиль управляющего компанией «Ист петролеум» Евгения Рыбина. Охранник и водитель погибли, г-н Рыбин уцелел. Это было бы одним из многих совершенных в Москве убийств, если бы не маленькая подробность: чудом спасшийся Рыбин обвинил в покушении именно ЮКОС.
Предыстория вопроса такова. В 1995 году два австрийских гражданина, Питер и Адельхейм Бернхард, создают фирму East Petroleum, что в переводе значит «Восточная нефтяная». В начале 95-го руководителем фирмы становится Евгений Рыбин. Бывший руководитель «Васюганнефти» (подразделение «Томскнефти»), ставший крупным международным инвестором в ВНК, заключает с русской тезкой «Ист петролеум» соглашение, согласно которому «Ист петролеум» продает на Западе нефть ВНК, а вырученные деньги делятся поровну: половина достается ВНК, половину «Ист петролеум» от своего имени инвестирует в месторождения ВНК. Заметим особо: нефть продавалась по нормальной цене. Воровать не было нужды — ведь чем больше нефти продавала ВНК, тем больше увеличивались инвестиции уважаемой австрийской компании в российские месторождения. Когда стало ясно, что ВНК будет продана ЮКОСу, менеджмент ВНК подстраховался и на всякий случай заключил договор, что подобная «совместная деятельность» будет продолжаться следующие двадцать лет. А ежели кто-то нехороший вздумает ее прервать, то «Ист петролеум» получит неустойку — где-то 100 миллионов долларов за упущенную невозможность инвестировать чужие деньги от своего имени.
Василий ШахновскийНо так уж исторически сложилось, что вместо 100 миллионов Евгений Рыбин получил автоматную очередь.
ЮКОС, разумеется, возражает — он тут ни при чем. По словам его представителей, за бизнесом «Ист петролеум» стояли не только высокоуважаемые господа Калюжный и Рыбин, но и бандиты, которые и «заказали» Рыбина, после того как купивший ВНК ЮКОС положил конец воровству.
Не все в этой истории дважды два четыре. Спрашивается, зачем ЮКОСу стрелять в Рыбина, если в распоряжении олигарха есть правительство, ФСБ, МВД, налоговая полиция, наконец, которая охотно оказывает платные услуги населению и в любой момент может положить вверх задницей всех в симпатичном офисе «Ист петролеум» близ Шаболовки? Одно из возможных объяснений звучит так: эксцесс исполнителя. Выбивал же кто-то долги с самого Квантришвили, и надо же этому кому-то постоянно доказывать свою необходимость для фирмы….
