много. Мне нужно к понедельнику две программы состыковать. В следующие выходные обязательно увидимся. Обещаю.
– Хорошо, – покорно согласилась Лера.
– Не скучай. Я тебя люблю.
«Я тебя люблю» Никита произнес совсем тихо. Чтобы мама не услышала. Он единственный из всех Лериных ровесников до сих пор жил с родителями.
– Я тебя тоже, – сказала Лера.
Она не пролила ни слезинки, увидев мертвую Анфису. Она заплакала сейчас.
Сидеть одной дома было ужасно. Лера решительно отправилась в ванную, умылась. Посмотрела прогноз погоды, надела джинсы и голубой топик, захватила на всякий случай теплую кофточку и спустилась к машине.
Основная масса дачников уже проехала, до железнодорожного переезда у Анфисиного деревенского дома она добралась быстрее, чем предполагала.
Лера проехала по улице, остановила машину у Анфисиного забора.
Трава под ним желтела одуванчиками. Было что-то нехорошее, неправильное в том, что цветочки весело покачивались всего в нескольких метрах от места, где еще вчера лежало Анфисино тело.
Лера вышла из машины и увидела подходящего к забору Глеба.
Вчера он ненавязчиво старался держаться рядом с ней, когда их обоих допрашивала полиция. И Лера отчего-то старалась быть поближе к нему. И совсем не удивилась, когда он уже ночью мрачно буркнул:
– Я вас отвезу.
Утренний Глеб нес в руках скомканную футболку. На бледном торсе отчетливо проступали мышцы.
Никита собственному телу уделял большое внимание, дважды в неделю посещал спортивный зал и очень любил, когда Лера его мышцами восхищалась. Она так и делала, ей не трудно, а другу приятно.
– Здравствуйте, – сказал Глеб.
– Здравствуйте, – ответила Лера.
Глеб не уходил, смотрел на нее с любопытством. Глаза у него были редкого цвета, зеленые. Или в них просто отражалась весенняя листва.
* * *
Борис научился отключаться от посторонних мыслей, приходя домой. Собственно, учиться пришлось, только когда он снова связался с Анфисой. До этого домой он спешил, ему нравилось, когда Инна начинала около него суетиться, а Мишка не давал переодеться.
Из Инны получилась отличная жена. Борис на такое даже не рассчитывал.
До знакомства с Инной он считался парнем Анфисы.
Поехать на дачу оказалось хорошей идеей, день выдался по-летнему теплый. Он повесил для жены гамак, Инна, переодевшись в купальник, подставила лицо солнцу и начала медленно покачиваться.
Она была отличной женой во всех отношениях. Красивой, неглупой и любящей. А ее отец обеспечил Борису очень неплохую карьеру.
– В магазин схожу, – решил Борис.
Дачу он любил. Она принадлежала его семье, когда-то здесь выросла мама, потом он. Борис сразу сказал Инне, что загородный дом они строить не будут.
Магазин в дачном поселке позволял не возить из Москвы продукты. Они здесь продавались отличные, даже лучше, чем в городе. Борис в еде был неприхотлив, ему все равно, чем питаться, но Инна и соседи продукты хвалили.
Поселок еще не заполонили дачники, как летом, но детские голоса уже слышались отовсюду. Нужно посмотреть прогноз погоды и, пожалуй, в ближайшее время перевезти семью сюда.
Телефон зазвонил, когда он выходил из магазина с двумя наполненными продуктами сумками. Борис чертыхнулся, ответил своему заместителю Петру Макарову. Разговаривать с сумками в руках было неудобно.
– Борь, – деловито сказал Петр. – Я пытаюсь со вчерашними образцами разобраться. Тебе вчера окончательный вариант показывали или полуфабрикат? Я сегодня один в лаборатории, спросить некого.
– Окончательный, – попытался вспомнить Борис. – Что тебе в выходные не отдыхается?
– Хочется понять, в чем тут дело. Разберусь, буду отдыхать.
С помощником Борису повезло. Петр был не только отличным инженером, но и прекрасным переговорщиком. Если бы не он, завод можно было закрывать, как сотни других предприятий.
В магазин заходили соседи, Борис им улыбался и кивал.
– Подожди, Петр, – попросил он и отошел подальше, к растущим вдоль забора березам. – Сегодня утром звонила Лера. Ну… подружка Анфисина.
Помещение под Лерин салон красоты он сдал еще пару лет назад. Сам предложил. Слышал, как Лера жаловалась Инне, что с арендой трудности, и решил помочь подруге жены. Тем более что лишних помещений на предприятии было в избытке.
Инна тогда ужасно им гордилась. Впрочем, как всегда.
Когда несколько месяцев назад он взял Анфису на работу, Лера часто приходила в секретариат. Петр не мог ее не помнить, Борис пару раз видел его обедающим с девушками.
– Сказала, что Анфису убили.
– Что?!
– Лера сказала, что Анфису вчера убили.
– Кто? – деловито спросил Петр. – Где?
– Я не знаю ничего. С Лерой Инна разговаривала.
– Надо же как-то это организовать… – Петр неизменно начинал думать конкретно, у Бориса это не всегда получалось.
Что «это», Петр не уточнил, но интуитивно было понятно. Некролог, наверное.
До сих пор никого из сотрудников предприятия не убивали.
Да еще надо выделить денег семье на похороны.
– В понедельник организуем, – решил Борис. – Девочек озадачим.
Одной девочкой в секретариате стало меньше. Анфисе уже ничего нельзя было поручить.
Он сунул телефон в карман джинсов и зашагал к дому.
Петру давно надо было повысить зарплату. Конечно, она у помощника и сейчас была немаленькая, но заслуживал он большего.
Вообще-то Борису хотелось, чтобы Петр сам заговорил о повышении. Наверное, поэтому он и не торопился увеличивать ему жалованье. Борис любил, когда его просили, и справедливые просьбы охотно удовлетворял. В такие моменты он чувствовал себя благодетелем и гордился собой не меньше, чем жена.
Он дошел до калитки, когда неожиданно подумал, что на предприятие наверняка заглянет полиция. Начнут всех расспрашивать, собирать сплетни…
Будут строить версии.
Страх окатил мгновенно.
Язычок у Анфисы был злой, это он еще по холостой жизни помнил. Но повод пристрелить ее имелся только у двоих. У него и у Инны.
* * *
– Внутрь попасть нельзя, – сказал Глеб. – Дверь опечатана.
Лера и без него догадывалась, что в дом попасть не сможет. Вряд ли полиция оставила место происшествия доступным для любого прохожего.
Если Глеб сейчас спросит, зачем она приехала, ответить ей будет нечего. Потому что одной дома тошно, вот почему.
– Если его ждала машина, ее вычислят, – обнадежил Глеб. – На трассе полно камер.
Его – это убийцу.
Уходить Анфисин сосед не собирался. Показал на подступающие к дому кусты и тоном экскурсовода объявил:
– Стреляли оттуда.
Лера пошла к кустам. Очень хотелось, чтобы непрошеный экскурсовод исчез.
До Анфисиного крыльца отсюда было всего несколько метров.
Глеб все время крутил в руках футболку, как будто хотел ее надеть, но не решался.
Среди Лериных знакомых людей, умеющих держать в руках пистолет, пожалуй, не имелось. Не было у нее ни знакомых спецназовцев, ни заядлых охотников. Впрочем, последние не стреляют из пистолетов.
Глеб, обойдя Леру, провел ее через кусты к дороге. По ней они с Анфисой прошлым летом ходили на пруд купаться. Солнце в тот день палило нещадно, крем от загара они приобрести не догадались, и Лера сожгла под солнцем плечи.
В прошлом году Анфиса еще не работала у Бори. Тогда Лера рассказывала ей, что муж Инны помог ей арендовать помещение, и она ему за это очень благодарна.
Она тогда заговорила о Борисе впервые после того дня рождения Инны, на который Анфиса пришла с ним, как со своим парнем.
Анфиса пришла с Борей, а ушла одна. Борька весь вечер
