Читаем без скачивания Талисман святого Христофора. Роман - Екатерина Тюшина

– Почему, вы решили, что это отравление, с чего такие выводы?

Агафьев стал быстро сыпать профессиональными терминами, энергично жестикулируя при этом руками. В его речи я не услышала ни одного знакомого слова и разочарованно вздохнула.

– Но подтвердить, сами понимаете, можно только после вскрытия! – закончил он свой монолог и уставился на майора.

– Спасибо, доктор! – почему-то повеселел оперативник. – Мы, обязательно, воспользуемся вашим заключением, оставьте свои координаты капитану Николину, – кивнул он на молодого оперативника, – и можете забирать тело!

Агафьев тут же позвонил в машину Скорой помощи, велев санитарам подняться наверх. После того как тело Скворцова было унесено, Кладов, попрощавшись с врачом, приказал секретарю:

– Посторонних сюда не пускать! А нам с Анной Михайловной Майоровой, – он повернулся ко мне, и я заметила в его глазах чертиков, – нужно побеседовать. Есть тут какое-нибудь помещение, где нам никто не помешает?

– Есть комната отдыха, там сейчас никого нет.

Лена повела нас по коридору, в конце которого открыла дверь в темную комнату. Включила свет и, дождавшись, когда мы туда войдем, прикрыла за нами дверь. Комната выглядела довольно уютно. Вдоль стен стояли мягкие кресла и диваны. В углу находился небольшой фонтанчик, из которого, журча, выливалась вода, пропадая в густой зелени, вьющейся по всему помещению. Закрытые жалюзи не пропускали солнечные лучи. Неслышно работал кондиционер. Все здесь навевало покой и умиротворение, хотелось опуститься в мягкое кресло и погрузиться в медитацию. Но строгий майор был, явно, настроен по-деловому. Он меланхолично осмотрел окружающую красоту, кивком головы показал мне на кресло у стены, сам же расположился напротив, вытянув свои длинные ноги в светлых брюках и всем своим видом как бы предупреждая: «И не надейтесь, не для того я вас сюда привел!».

– Итак, Анна Михайловна, – поднял Кладов на меня свои бездонные глаза, в которых я тут же утонула. – Расскажите, как все было, с самого начала!

Скосив с сожалением глаза на журчащий фонтанчик и с грустью подумав о том, что знать бы еще, где оно – это начало, я приступила к рассказу с той минуты, как в моей квартире раздался телефонный звонок и до того момента, когда Скворцову стало плохо. Правда, о походе в «Чудесницу» почему-то умолчала, видимо суровый вид оперативника настроил меня на то, что это вряд ли ему будет интересно.

– А как, вы провели время до прихода в «Скиф»? – внезапно поинтересовался майор, бесстрастно выслушав меня.

«Да уж! Майор этот стреляный воробей, его на мякине не проведешь, и в расследовании для него не бывает мелочей!» – с уважением подумала я и призналась, что провела четыре часа в салоне красоты.

– А, что можно делать в парикмахерской столько времени? – невольно удивился грозный страж порядка и изучающее осмотрел мою прическу. В его взгляде я прочла неприкрытое сомнение в целесообразности моего многочасового сидения в кресле парикмахера.

– Ну, видите ли! – внезапно покраснела я. – Вначале меня стригли, потом красили и укладывали волосы и, наконец, делали маникюр и макияж. В общем, полный набор!

– Маникюр, макияж…! – рассеянно повторил мужчина и надолго замолчал. Обхватив левой рукой подбородок с ямочкой и, забыв о моем присутствии, он сосредоточенно о чем-то думал, отрешенно уставившись на журчащий ручеек воды.

Я с любопытством наблюдала за ним. На моем языке вертелись вопросы, которые мне не терпелось задать, но я не осмеливалась прервать размышления оперативника.

– Ну, хорошо, Анна Михайловна! – стряхнув с себя задумчивость, промолвил он. – На, сегодня, пожалуй, все! Надеюсь, вы понимаете, что в этом деле проходите, как главный свидетель, поэтому просьба без нашего разрешения не покидать город. Возможно, вас вызовут в управление для оформления протокола, поэтому назовите свои координаты.

Кладов достал ручку и блокнот, приготовившись записывать. Я вынула свою визитку и передала ему. Мельком взглянув на кусочек картона, он положил визитку во внутренний карман и стремительно встал.

– Вы, свободны! – хмуро произнес майор и быстрым шагом покинул помещение.

Глава 3

Оставшись одна, я, как только что оперативник, тоже задумалась. Что-то во всей этой истории меня тревожило.

«Врач сказал, что возможно отравление?! – размышляла я. – Но откуда здесь мог взяться яд? – недоумевала я, а в голове молнией промелькнуло воспоминание о том, как чашка с кофе выпала из рук Скворцова и по моей спине пробежал озноб. – Неужели, отрава была в кофе?».

Я лихорадочно обвела комнату взглядом и с ужасом пробормотала вслух:

– А я ведь пила чай с ним за одним столом, значит и меня могли отравить?!

Испуганно передернув плечами, я вскочила с кресла и, схватив сумочку, выбежала из комнаты.

В коридоре на удивление было пусто.

«Наверно Кладов загнал всех в кабинеты и велел не высовываться!» – подумала я с горечью. Мне было искренне жаль сотрудников, сидящих за этими дверьми. Смерть руководителя – это не просто грустно, это почти катастрофа, которая повлечет за собой перемены в судьбе каждого работника. Они уже сейчас сидят и гадают, кто придет на смену Скворцову и что ждет их с новым руководством?

«Ты лучше себя пожалей! – тут же возник мой внутренний голос. – Сама по уши оказалась в этой детективной истории, а думаешь о других!».

Вот уж действительно правы те, кто утверждает, что не стоит искать неприятностей, они вас сами найдут, а вам остается только вовремя оказаться в нужном месте и в нужное время. Вот и я сегодня оказалась в таком вот месте.

«Хотя, – тут же попыталась я себя успокоить, – может и не случайно я тут оказалась, может, именно от меня зависит, будет найден преступник или нет?».

От этой мысли, я сразу приободрилась и направилась в приемную, где Кладов теперь беседовал с Леной. Игнорируя его хмурые взгляды, я вновь заглянула в кабинет Скворцова и увидела экспертов, которые сметали белый порошок с мебели, снимая отпечатки пальцев. Я проследила за тем, как эксперты складывают в пакеты чашки из-под кофе и чая, и у меня невольно сжалось сердце. Я вновь услышала треск рвущейся ткани и увидела прыгающие по столу пуговицы. Помотав головой, отгоняя видение, я вздохнула и вышла из приемной. Не спеша спустилась на два этажа ниже и, спрятавшись за колонну, стала ждать, когда майор со своей командой покинет здание. Минут через пятнадцать они прошли мимо меня. Дождавшись, когда внизу затихнут их шаги, я вновь поднялась наверх. В приемной теперь уже толпились сотрудники фирмы, налетевшие с расспросами на секретаря. Поняв, что сейчас мне к Лене, все равно не пробиться, я решила подождать ее на улице, благо рабочий день подходил к концу.

Спрятавшись недалеко от здания в кустах благоухающей сирени, я застыла в ожидании. Но из офиса Лена вышла не одна, а в сопровождении светловолосого молодого человека. Они подошли к автостоянке, сели в синюю иномарку и уехали в неизвестном направлении. Проводив долгим взглядом красивую машину, я осталась на прежнем месте. Что-то мне подсказывало, что поскольку не все так просто в смерти Скворцова, то будет интересно понаблюдать также за поведением и других сотрудников «Скифа». Многих я уже знала в лицо, поэтому трудностей в узнавании не испытывала. С интересом я наблюдала, как из дверей выпорхнула стайка девушек. Они, громко переговариваясь и жестикулируя руками, пошли на автобусную остановку. Мужчины выходили в основном по одному или на пару с дамами и уезжали на своих шикарных машинах. Последними на крыльцо вышли двое: одного из них я знала – это был директор по развитию Фидорин. А вот второй – пожилой мужчина, мне был не знаком. И в то же время у меня было такое чувство, что я его уже видела и причем, совсем недавно. Я пристально всматривалась в него, но из-за дальности расстояния, так и не узнала кто это. Мужчины остановились на крыльце и продолжили разговор, который видимо, начали еще в помещении. Похоже, они хорошо знали друг друга, и я была больше, чем уверена, что их беседа касалась сегодняшних событий. Закончив разговор, они пожали друг другу руки и, рассевшись по машинам, разъехались.

– Что, тоже своего бегемота высматриваешь? – вдруг раздалось у меня над ухом.

Я в недоумении оглянулась. Согнувшись чуть ли не вдвое, рядом со мной пристроилась жгучая брюнетка неопределенного бальзаковского возраста. Так же как и я, она пристально вглядывалась в выходящих из здания, людей.

– Вы это о ком? – не совсем поняла я реплику дамы и, глядя на нее с величайшим подозрением.

– Да все о них, о мужиках! – хмыкнула она.

– Нет, я здесь по другому поводу! – досадливо отмахнулась я и поскольку из «Скифа» почти все уже ушли, стала осторожно выбираться из кустов.