Читаем без скачивания Маленький Принц - My.Self. Harmony.

– Да где этот чёртов поворот…? Вроде бы дорога есть, а вроде бы… Ветки какие-то. Ладно, ребят, я вечером перезвоню и скажу, как всё прошло.

– Пока, Джимми, – первым отключился Кову, помахав рукой.

– Чао, дорогуша! – улыбнулся Лука.

– Джим, ты просто псих. Удачи, – сказал последним Джек каким-то тяжёлым голосом.

Джеймс озадаченно посмотрел на свисавшие ивовые ветви и тянувшуюся дорогу. Что ж, была – не была, но этот поворот, кажется, должен быть здесь. Ему пришлось остановить машину и вылезти на улицу, чтобы заглянуть за естественный занавес. И вправду, за длинными ивовыми ветвями пряталась дорога, которая, кажется, шла вникуда. Передёрнув плечами, будущий воспитатель вернулся в машину и медленно поехал вперёд, с подозрением осматривая лесок, тянувшийся вдоль пути. Ивы. Одни ивы. Причём здесь тогда дуб? Почему нельзя было назвать его УиллоуФорест в таком случае? Ладно, они могли построить сам этот приют из дуба и покрасить в… Чёрный? Всё возможно в этом мире. Даже подобные названия для детских домов.

Вскоре дорога кончилась. Перед Джимми открылся вид на каменные стены, цветник и разбитые ступени, ведшие к зданию, гордо стоявшему на пригорке. Оно казалось совсем мрачным, как какой-то замок с привидениями. Его башенки высились в небо. Цветник выглядел давно заброшенным, некоторые растения засохли, листва деревьев становилась разноцветной и облетала, но никто не собирал её с жухлой травы. Джеймс заглушил мотор и вышел на улицу. Так… Пустынно. Ни одного ребёнка на улице, никого из работавших здесь людей. Как будто он приехал в руины. Только потом он увидел человека с серебристыми волосами, курившего на камне. Его лицо избороздили глубокие морщины, в глазах был какой-то странный холод. Увидев новичка, он недоверчиво нахмурился и выпустил в воздух струю дыма.

– Здравствуйте. Это же… БлэкОук? – смущённо спросил Джеймс.

Мужчина кивнул и посмотрел как будто бы сквозь парня.

– Вы не подскажете… А где начальство? Я просто новый преподаватель…

Мужчина вновь кивнул и опять выдохнул струйку дыма в воздух.

– Зачем? – жёстким голосом спросил мужчина.

– Что? – удивлённо спросил Джимми.

– Зачем ты сюда устроился, сынок? Беги, если не хочешь, чтобы они тебя сломали, – безэмоционально произнёс человек, выдувая кольцо из дыма.

– Кто они?

Мужчина покачал головой. Джеймс решил не продолжать выяснять детали у этого странного человека и направился к зданию, стараясь не оборачиваться. Он толкнул дверь и оказался в старомодном холле с засиженным красным диваном, местами прорвавшимся и сильно лоснившимся. И опять же здесь было пусто. Джимми стоял в середине и не знал, что ему поделать, у кого узнать, куда идти…

– Здравствуйте, молодой человек, вы к кому? – послышался низкий женский голос. Джеймс посмотрел на балюстраду второго этажа и увидел девушку, выглядевшую чуть старше него, но было в её внешности нечто отталкивающее… Её волнистые волосы, кончавшиеся ниже лопаток, были переплетены в косы, лицо казалось уж очень суровым, на брови, щеке, лбу и шее воспалились свежие раны, кофта с длинными рукавами тёмно-синего цвета кончалась на середине бедра, а потом шли облегающие штаны такого же цвета и тяжёлые ботинки.

– А… Я… Здравствуйте. Меня зовут Джеймс. У меня сегодня первый рабочий день…

– Понятно, – она практически сплюнула, – Зайдите к директору.

– Где это?

– В эту дверь. Кабинет справа, – она хмыкнула и вошла в ту дверь, из которой только что вышла. Послышался звон стекла и громкий грозный вопль девушки. Джимми помотал головой и пошёл по указаниям. На двери было написано «Шеридан Кроу, директор», при этом вместо «Шеридан» до сих пор виднелись контуры другого имени, которое едва возможно было рассмотреть. Хэлман не стал разгадывать первую тайну нового места работы, постучался и вошёл, не дожидаясь приглашения. В нос ударил запах курева, стоял кумар, брюнет поёжился от неприветливости этого места.

– Эм… Здравствуйте? – смущённо поздоровался Джеймс.

За столом сидела зрелая женщина с тёмно-бордовыми волосами, в обтягивающем чёрном блестящем платье, колготках в сеточку и туфлях на шпильках. Из её губ торчала дымящаяся сигарета. Директриса напоминала какую-то известную актрису, но Джимми не помнил её имя.

– Меня зовут Джеймс, я звонил по поводу работы…

– Я миссис Кроу. Но можете называть меня Шеридан, – произнесла она мягким глубоким голосом.

– У меня первый рабочий день…

– Проходите в детскую. Она в конце коридора. Ваши воспитанники пока на завтраке, но скоро придут.

– Что входит в мои обязанности?

– Следить за детьми, чтобы они не покалечились, можно их и учить уму-разуму. Желательно без рукоприкладства.

– Х-хорошо…

– Вам понравится у нас, Джеймс, – слишком уж уверенно произнесла женщина и улыбнулась. Хэлман кивнул и пошёл в детскую, не дожидаясь дальнейших инструкций. Ему становилось всё страшнее: если там наверху такие звери, то что же с этими детьми… Маленькие монстры? Чёрт, да Джек был прав…

Он нехотя толкнул дверь и оказался в довольно светлой комнате со старыми выцветшими обоями. По стенам стояли кровати, практически друг на друге; шкафы совсем не ломились от игрушек и книг. Ковёр на паркетном полу был сильно затаскан и потерял цвет. Детей было не так и много: всего шесть штук, если судить по вещам на кроватях. Угол комнаты в другой стороне от спальных мест тоже казался обитаемым: там лежали раскрытая книга, оказавшаяся романом Антуана де Сент-Экзюпери, затасканный рюкзак, зашитый в паре мест с особой осторожностью, пустая жестяная чашка, лист бумаги и упаковка сточенных почти до основания карандашей. Кто мог бы жить в углу? Какой-то мальчишка, не желавший спать в кровати? Меланхолик? Художник в душе?

Дверь в комнату открылась, дети вошли строем по одному человеку, как заключённые, и остановились посреди помещения. Они испуганно переглядывались между собой, одаривая Джимми непонимающим взглядом.

– Привет, – дружелюбно произнёс парень, когда кто-то хлопнул дверью и оставил их одних, -Меня зовут мистер Хэлман, но вы можете звать меня Джимми. Я ваш новый воспитатель…

– Джимми, спасите Маленького принца, – пролепетала какая-то девочка с двумя косичками.

– Что?

– Маленький принц. Он наш друг. Его бьют.

– Кто бьёт?

– Старшие.

Взгляд Хэлмана стал непроницаемым.

– Где он сейчас?

– На чердаке.

– Оставайтесь здесь. Я сейчас вернусь…

Толпа подростков четырнадцати-шестнадцати лет окружила жертву в центре чердака, отрезая путь к отступлению. В углу на коленях стоял парень их же возраста, крепко уцепившись за палку и пытаясь подняться, но его постоянно норовили толкнуть и опрокинуть на лопатки.

– Сопляк! Даже встать не можешь!

– У-у-у, мразь!

– Урод!

– Чудовище! – кто-то выбил из его рук палку.

– А ну отошли от него! – рявкнул Джимми, хоть у него и тяжело вздымалась грудь от бега. Тинейджеры повернулись к появившемуся воспитателю.

– Эй, странный дядя, ты что застыл в дверях? – бойко произнёс какой-то парень, хватая мальчишку с палкой за грудки, -Не хочешь ли врезать этому сопляку хромоногому?

В глазах Джимми блеснул огонь, самый настоящий огонь. У него никогда не поднялась бы рука на ребёнка, но тяжёлый кулак разметал подростков, столпившихся вокруг поверженного калеки. Больше всего досталось тому, кто предложил избить его.

– Проваливайте немедленно! – рыкнул Джеймс, – Ещё раз увижу рядом – пеняйте на себя!

Толпа быстро рассосалась, оставив парня и воспитанника одних. Мальчишка приподнялся на локтях и испуганно взглянул на появившегося брюнета, до сих пор сверлившего взглядом дверной проём, в котором растворились подростки. Затем он опустил глаза на поверженного. Тот испугался ещё больше и попытался отползти в угол, но запнулся, упал с шипением на пол и закрыл лицо руками.

– Нет, пожалуйста, не бойся! Меня зовут Джеймс. Можно просто Джимми, – он протянул руку, чтобы мальчик поднялся на ноги. Тот убрал ладони от лица и посмотрел с недоверием на протянутую руку.

– П-палку, п-пожалуйста, – пролепетал мальчишка надрывистым голосом, смотря на лежавший в углу предмет. Джеймс взял её в руки и отдал владельцу. Хэлман был удивлён, что мальчику разрешили занести в дом целую ветку. Но затем он поднялся на ноги, поджал одну из них и опёрся на своеобразную трость. Она была грубой, совсем необработанной, просто толстым кривым суком. Свободной рукой парнишка отряхнул свою заношенную одежонку, а затем поднял взгляд на Джеймса. У него были грустные, почти пустые глаза, как у загнанной в угол побитой собаки, потерявшей надежду на то, что её заберут из приюта и полюбят. Брюнет почувствовал предательские мурашки, пробежавшие по спине от этого ледяного взгляда.