чрезвычайно ценным средством введения и обсуждения тем в философии. Однако важно осознавать и опасность, связанную с этим. Кино может запутать и сбить с толку тем, как оно поставлено и снято, тем, как оно играет на эмоциях или потворствует различным желаниям. Отслеживание этих заблуждений - важная часть любого подхода к осмыслению фильма. Многие фильмы обслуживают неосознанные или нежелательные желания, исполняют желания и предрассудки. Можно утверждать, что успех фильма часто зависит от того, насколько успешно он удовлетворяет эти желания. (Вспомним такие фильмы о мести, как "Гарри Браун" (2009), "Желание смерти" (1974), "Однажды на Западе" (1968)). Так же как мы часто верим в то, во что хотим (или хотели бы) верить, а не в то, для чего у нас есть веские основания, мы часто верим в то, что чувствуем. Эмоции влияют на веру, как и желания. Этим обстоятельством часто пользуется кинематограф, и именно этим во многом объясняется его способность увлекать аудиторию. Именно поэтому фильмы так часто дезинформируют и вводят нас в философское заблуждение, так же как часто они информируют и углубляют нас в философию.
Как мы уже не раз отмечали, одним из главных достоинств кино является его способность увлекать и развлекать. Оно, безусловно, обладает этим достоинством по сравнению с большинством философских трудов, которые зачастую сухи как пустыня. В то же время доступность кино (и масс-медиа в целом) для аудитории, его способность вовлекать и воздействовать, эмоционально и интеллектуально манипулировать и "делать работу" над нами лежит в основе этических проблем масс-медиа, о которых мы говорили ранее, например, в работах Адорно и Хоркхаймера (1990) и других. Философское отношение к кино не всегда позитивно. Тем не менее, как отмечал Фрейд, искусство может обеспечить путь от фантазии к реальности. Кино полезно для изучения многих, хотя и не всех, областей философии. В частности, в фильмах рассматриваются темы этики, метафизики, религии, эстетики, а также социальной и политической философии. Одна область, пожалуй, выделяется среди всех остальных. Как и в романах, в фильмах часто изображаются и философски исследуются аспекты множества человеческих отношений, особенно любви и дружбы. Это неудивительно, если учесть, что мы, как правило, больше всего поглощены тем, что нас эмоционально захватывает.
Как соотносятся философия и кино?
Философия и кино превратилась в самостоятельную область, и она постоянно растет. Это является частью тенденции к расширению круга тем, которые считаются пригодными для серьезного философского исследования. Расширение философской тематики сопровождается признанием того, что кино и другие виды средств массовой информации и развлечений могут быть мощными проводниками идей. Многие из этих идей интересны с философской точки зрения и укоренены в обыденной жизни - так же, как дружба, любовь, смерть, цель и смысл. То, что повседневная жизнь является философским ресурсом, - не совсем новое открытие. Древние философы знали об этом, хотя профессионализация философии в ХХ веке, возможно, иногда затушевывала такое внимание к повседневности. В последнее время появилось множество книг и журнальных статей не только по философии и кино, но и в целом по философии и культуре. Некоторые из них посвящены философии и повседневным проблемам, проявляющимся в телевидении (разновидность кино) и современной музыке. В других рассматриваются более классические философские проблемы - этические, политические, эпистемологические, социальные, психологические - в том виде, в каком они представлены в массовом кино.
Кино, особенно в его нарративной составляющей, предоставляет философии материал (сценарии, примеры из практики, истории, гипотезы и аргументы) для критического анализа. В фильмах рассказываются истории, делаются утверждения, выдвигаются или интимные гипотезы, которые дают людям, а значит, и философам, материал для критической оценки. Фильмы могут быть объектами прямого философского исследования. Например, фильм Лени Рифеншталь "Триумф воли" (1935), запечатлевший Нюрнбергский съезд нацистской партии 1934 года, дает нам материал для глубоких философских размышлений. В том числе и для размышлений о соотношении эстетической и нравственной ценности. (Фильм Рифеншталь часто считают эстетическим шедевром и моральным провалом). При просмотре "Триумфа воли" неизбежно возникают вопросы о моральной ответственности художников за свои художественные произведения. Однако фильмы становятся особенно философскими не только потому, что они являются объектом философского исследования. В конце концов, объектом философского исследования может быть все и вся (стол, ручка, облако, собор). Обычно нечто становится объектом философского исследования, представляя собой определенный тип вещи, определенный тип опыта или явления, которые философски озадачивают и ставят перед нами задачу. Фильмы становятся философскими в более интересном и глубоком смысле, когда они делают больше, чем это. Они становятся философскими, вовлекая нас в философский процесс во время просмотра.
Как лучше всего понимать связь между кино (кинематографом) и философией (философствованием)? Может ли фильм быть философским текстом, а не только источником информации для философов? Может ли кинематограф быть философией? Может ли просмотр фильма быть философствованием? Возможно, все зависит от того, насколько широким и всеобъемлющим является наше представление о философии.3 Один из теоретиков философии и кино, Мюррей Смит (2006: 33), говорит: "Я считаю относительно бесспорным, что в каком-то широком смысле фильм может быть философским. Это неудивительно, если рассматривать и кино (как вид искусства), и философию как расширение человеческой способности к самосознанию, то есть способности к рефлексии над собой". Если рассматривать философию как простое выражение способности человека к рефлексии, то кино, очевидно, разделяет эту способность. Но дело не только в этом.
Как мы должны понимать философский потенциал кино? Пейсли Ливингстон (2008: 3) удачно формулирует этот вопрос в виде, как он выражается, смелого тезиса.
[Могут ли фильмы] вносить независимый, инновационный и значительный вклад в философию с помощью уникальных для кинематографа средств (таких как монтаж и соотношение звука и изображения), причем этот вклад является независимым в том смысле, что он присущ фильму и не основан на вербально артикулированном философствовании, таком как комментарий или парафраз? В обширной литературе, вдохновленной спекулятивными работами Жиля Делеза о кино, часто утверждается, что фильмы действительно участвуют в творческом философском мышлении и в формировании новых философских концепций.
Смелый тезис утверждает, что вклад фильма в философию, если он подлинный, должен быть незаменим или несводим к любым другим формам коммуникации. Это действительно сильный тезис. Но зачем считать, что философская ценность фильма определяется его философской уникальностью? Сам Ливингстон не является поклонником этого смелого тезиса. Он говорит (Livingston 2008:12),
[Мы должны отказаться от смелого тезиса о фильме как философии и перейти к более скромным и жизнеспособным утверждениям. Некоторые художественные фильмы сняты автором, который использует этот материал в сочетании с языковыми средствами для выражения
