Читаем без скачивания Зацепка за судьбу - Оксана Быстрицкая

Наконец-то она вышла из здания. «Вот чудная, могла бы быть порасторопнее». К ней сразу же подошел приличного вида пожилой араб и, молча, протянул листок с ее именем и фамилией. «Слава богу, хоть до места доберусь без приключений!» Встречающий проводил ее к машине, погрузил вещи в багажник, и открыл перед ней заднюю дверь. Она уселась поудобнее, достала пачку сигарет и обратилась к водителю: «May I smoke here?» Но водителю было все равно, на каком языке с ним разговаривают, иностранными языками он не владел. Тем не менее, запрета курить с его стороны не последовало. Она прикурила сигарету и приоткрыла окно.

– Вы могли бы и по-русски спросить, – донеслось с переднего сидения.

Она даже вздрогнула. «Как я могла не заметить эту махину?»

– Я не переношу запаха сигарет в машине, поэтому выбросите вашу палочку здоровья немедленно.

– А я не переношу, когда не просят, а командуют! Вам придется потерпеть!

Она даже не успела глазом моргнуть, как он пластично перегнулся через спинку сидения, нежно взял сигарету из ее руки и выбросил в окно. На долю секунды они встретились взглядами только для того, чтобы разнести друг друга вдребезги. Она обессилено откинулась на спинку сидения. Он оттер ладонью капельки пота со лба. «Шоковая дамочка!» – «Полный неандерталец!»

До гостиницы ехали молча. Она уже до слез хотела домой. Там все привычно, спокойно, размерено. Там тебя не подстерегают неожиданности каждую минуту. Там не надо сильно напрягаться, а можно просто жить… Где-то я уже видела эти глаза. Но где?

Он думал об Антоне. Раз обещал, значит должен – без вариантов. Но зачем он попросил об этом? Лучше бы попросил денег, что ли. Похоже, Антон – неплохой психолог. Ну, напрягаться, ой как не хочется.

Гостиница понравилась ей с первого взгляда. Никакой помпезности. Все стильно, чисто и красиво. Она разобрала вещи и вышла на балкон. С балкона открывался вид на море. Очень красиво, даже завораживает. Хочется смотреть и смотреть. Промелькнула какая-то приятная мысль, она не успела ее поймать. Но ход мыслей пошел совсем в другом направлении. «Что бы одеть? Идти на море или по территории погулять? Интересно, что делает этот псих?»

Он сидел на балконе в своем номере и болтал с Антоном.

– …Что ты хочешь конкретно?

– Ну, как она вам, дядя Саш, а?

– Антошка, по-моему, ты переоценил свои способности психолога и мои – жеребца, но я сделаю все, что смогу.

– Не перетрудитесь.

– Не бойся. Твоя Сашенька еще и меня в бараний рог скрутит. «Ранимая, ранимая!» Да она просто феминистка!

Даже Антону, который был самым заинтересованным лицом во всей авантюре, он не смог признаться, что она уже поймала его на крючок. «Где эта шоковая? Пойду, пройдусь. Будет досадно, если мы разминемся».

Они встретились в кафе на пляже. Она была очаровательна, улыбалась и даже пыталась поддерживать разговор. Тут он совсем растерялся. Он был готов к бою, а она шла навстречу. Это было нелогично. Стараясь заинтересовать ее, он начал рассказывать о неисследованных возможностях человеческого сознания и увлекшись, перешел грань дозволенного, зацепившись за собственную зацепку. Он допустил ошибку, увидев в ней своего пациента.

– Вот вы, Саша, почему вы до сих пор не замужем? Потому, что в вас сидит заноза – зацепка за агрессию против мужчин…

Он даже не успел договорить, она вскочила из-за стола и, с размаху швырнув в него салфеткой, почти бегом бросилась к гостинице. « Идиот!!!!!!!!! Сам агрессор!! Психолог от слова псих! Всё….»»

«Это зацепка за самолюбие» – растеряно проговорил он ей вслед.

«Последняя идиотка! Хотела вести себя как настоящая женщина, да? Получила, дура несчастная! Достаточно! Хватит! Придумала сама себе роман на старости лет. Он эксперименты ставит, а я как… В эти игры я больше не играю».

На ужин она не пошла из принципа. А есть хотелось. Пришлось снова отправляться в пляжное кафе. Она заказала какую-то незнакомую рыбу на гриле. Пока ждала, позвонила Антошке. «Все-таки славный человечек вырос. Кто бы мог подумать, что из детдомовского лохматого пацана получится настоящий мужик. Звездочка! И Анна Ильинична молодец. Дай бог ей здоровья. Без ее участия не получился бы такой солнечный парень»

– Антошка, привет…. Спасибо тебе. Здесь так хорошо. Море отличное, погода прекрасная

– Сашенька! Привет! Как там с кавалерами?

– Что ты, Тошка, какие кавалеры? Одни мамы с детьми, да парочки молодые.

– Да, ладно. Такую даму найдут женихи даже на необитаемом острове. Что ли я зря старался?… Ты там деньги не экономь, гуляй по полной, как договаривались, да по сторонам чаще смотри. Может принц где-то рядом.

– Ты все-таки решил меня замуж выдать? За араба что ли?

– А почему нет? Салатиков поедим. Не на кого ни рычи, слышишь, даже, если не нравится поначалу. Обещаешь, принцесса? А то я тебя знаю – нос кверху и чесать…

– Ну, ладно, ладно, я обещаю, правда, мы же договорились. Целую. Привет Анне Ильиничне.

На пятом курсе их отправили на педпрактику в детский дом. Они были молодые, шумные и веселые. Они проводили с детишками целые дни, играли с ними, разучивали песни и ставили пьесы. Они уходили только, когда надо было ложиться спать. А утром приходили снова. Вот тогда Антошка выбрал ее, а она – его. Он был, как солнечный зайчик. Всегда улыбался. Слушал внимательно, смотрел широко открытыми глазами, и обхватывал ее за шею, и утыкался веснушчатым носом ей в плечо, когда она уходила, но не плакал. Маленький мужичок. Он называл ее Сашенька и ждал каждый день. Она продолжала ходить к нему лично, когда практика закончилась. Все десять лет его детдомовской жизни. Она знала его историю. Он был круглый сирота. Родители и дед погибли в автокатастрофе. Он выжил. А навещала его все время то ли соседка, то ли дальняя родственница Анна Ильинична, которую он называл бабАней.

Он познакомил ее с бабой Аней, и иногда они стали приходить вместе. Это было много лет назад. Антошка вырос, Сашенька вошла в бальзаковский возраст. «Какая уж теперь Сашенька? Настоящая Александра Николаевна.» У нее не было своих детей, да и как-то не от кого было их заводить. Она старалась передать Антошке все, что умела сама. Она обучила его английскому языку, научила кататься на роликах и водить машину. Она учила его анализировать людские поступки. Правда, анализировать собственные она сама так и не научилась.

В институт сразу после школы Антошка не поступил, но это он из природного упрямства сделал. Он вбил себе в голову, что должен сначала научиться защищать отечество, а потом только получать высшее образование. Оттрубил два года в погранвойсках на финской границе и только потом пошел учиться дальше…

Он сидел с сигарой на балконе и продолжал вспоминать. Он вспомнил уже почти всё.

Пока Антошка служил в армии, мама признала его бабку с дедом – физиологических родителей Стаса – без вести пропавшими. Чего это ей стоило! Он помогал, снабжал мать деньгами в любом необходимом количестве, еще нашел ей прекрасного адвоката, который и провернул все дело с наименьшими потерями. Его школа оздоровления уже стала модной и в Штатах, и в Европе. От желающих оздоровиться отбоя не было. Вначале это были американские граждане, потом истинные европейцы. Но слухами земля полнится. Из новой России потекли ручейком новые русские. Постепенно ручеек превратился в поток. Пришлось покупать еще одно здание, и набирать дополнительный персонал. А ведь еще совсем недавно он бежал от всего, что связано с Россией. Меняются времена, меняемся мы… Мама приезжала, привозила фотографии Антона, рассказывала о его успехах.

«Разве достаточно им было только моих денег, которые отправлялись регулярно? – неожиданно подумал он. – Разве не хотелось им моего участия в их жизни? Антону нужен был отец. Я, кажется, понял, Господи, понял! Прости меня, помоги не сбиться с пути. Направь и остереги».

В марте этого года Антон позвонил сам.

– Привет, дядя Саша, – веселым Стасовым баском прокричал он в трубку.

В Америке была уже глубокая ночь. Он подскочил на кровати, чуть торшер не сшиб.

– Антошка!!!!!!! Привет!!! Как….., – но ему не дали договорить. Антон звонил по делу, которое ему, Антону, казалось крайне срочным и важным.

– Вы можете к нам приехать? Срочно. Вы мне нужны.

Антон мог бы больше ничего не говорить. Александр уже летел в посольство оформлять визу в Россию.

У двери своей квартиры, его охватила дрожь. Там ждала мама, там ждал Антон. Они простили его, они его любят? Дверь неслышно распахнулась. На пороге стоял… Стас – Антон, конечно, но копия Стаса, даже прическа такая же. Мама напекла пирогов и плюшек. Наконец-то он снова дома. Просидели всю ночь. Они поставили его перед фактом – покупатель на квартиру уже был найден, Анна Ильинична переезжает к Антону в Черемушки. У них теперь куча денег, смогут делать, что захотят. Но пока, оба они хотели одного. Антон рассказал свой план предприятия, который уже заранее был одобрен мамой. Что Александру оставалось? А хотелось ли отказаться? Он согласился на авантюрное участие в авантюрном проекте, только попросил посмотреть все имеющиеся в наличии фотографии за время его длительного отсутствия. На это ушла пара часов. На подробную разработку и материальное воплощение плана – 5 дней. В начале апреля он вернулся в Штаты, они благополучно продали квартиру. В середине апреля Антон подарил Сашеньке на день рождения путевку в Египет. А в начале мая, как известно, они оба вылетели в Шарм-Эль-Шейх.