— Уже еду! — немного испугалась его тона, но понимала, что если опоздаю, то пострадает в первую очередь ребёнок.
— Куда ты?! — Дин обеспокоенно схватил меня за руку. От его прикосновения что-то внутри словно взорвалось. Я почувствовала, как покрываюсь краской. О ужас, только не сейчас. За кого он будет меня считать?
— Прости, Дин, но мне пора. Там у Тори что-то произошло, — сумбурно попыталась объяснить, но и так понимала, что он ничего не поймёт. — В общем, ещё раз большое-большое спасибо за всё!
Бросила банкноту, которую должна была за наши напитки и помчалась на остановку. Нужно поймать автобус. Нет! Лучшее такси! Малышка ждать не может!
Глава 2
Дана
Когда я прибыла на территорию особняка, там уже творился полнейший переполох и это можно было заметить даже не заходя внутрь. О, боги, и что же там Тори натворила? На этот раз охранник меня пропустил без расспросов, даже приоткрыл дверь и проводил внутрь. Видимо, целый дом мужчин не знал, что делать с одним ребёнком.
— Мистер Штейн ждёт Вас, — басовитый охранник оставил меня около двери, где, видимо, творилось нечто несусветное, а потом быстро начал отступать от греха подальше. Такой громила и пасует перед малышкой?
Я раскрыла дверь и первое, что предстало пред моими глазами — это мистер Штейн. Он беспомощно смотрел на малютку и огромное количество всяких памперсов, присыпок и даже еды для малышей. Это было так мило, что я на секунду даже залюбовалась. Его голубые глаза, напоминавшие лёд, не излучали ничего, кроме вселенской скорби и усталости. Неужели он не спал всю ночь? Или…
Почувствовала, что глуповато улыбаюсь, но то, что его глаза впились в меня с мольбой о помощи, как по щелчку пальцев вывело меня из транса.
— Чудо-няня к вашим услугам, — нашла в себе хоть какие-то силы улыбнуться и в ту же секунду скинула сумку.
Маленькая Тори заливалась плачем, уже хрипя, и я заподозрила, что тут дело совсем не в том, что её отец не умеет обращаться с ребёнком. Взяв кроху на руки я немного её покачала, а потом пощупало лобик. Он оказался горячеватым, о чём я быстро сообщила папочке будущей певицы.
Он тут же куда-то дел свою усталость, буквально из воздуха достал блокнот и ручку, записал все лекарства, что необходимы были для того, чтобы сбить температуру, и со скоростью света отправился передавать список водителю, которого уже оповестил по телефону о том, что необходимо будет съездить в аптеку.
Ничего страшного в состояние девчушки я не видела: где-то попала под сквозняк, вот и приболела немного. Главное, что почти сразу обнаружилось, а остальное ерунда. Но, покачивая всё ещё хныкающую малышку, я подумала, что причина может быть совсем не в простуде! Подошла к столику, нашла чистую чайную ложечку и чуть задела верхнюю десну Тори. И, как и ожидала, услышала тихий: "Бряк"!
Вернувшемуся мистеру Штейну я радостно сообщила о том, что у его красавицы режется первый зубик. Удивление на его лице выдавало полную неосведомлённость в этом вопросе. Похоже, он думал, что зубы вырастают просто так, безболезненно для ребёнка.
— А почему температура тогда? — задал он волнующий его вопрос.
Но я даже не знала, что ему ответить, поэтому просто сказала:
— У многих детей это происходит так. Это нормально. Нам остаётся только набраться терпения и ожидать, пока юная мисс Штейн "обзаведётся" полным комплектом молочных зубов.
Мужчина лишь растерянно кивнул. Он был обескуражен до крайности и передал дело в мои руки с явным облегчением. Я принялась менять малышке памперс и пеленать ее заново. Он немного постоял, наблюдая за всем этим, потом сказал:
— Когда закончите, зайдите в мой кабинет, — и добавил: — Пожалуйста.
Дверь тихо закрылась за ним, а я ненадолго застыла от удивления. Почему-то казалось, что этот сильный и уверенный в себе мужчина не привык просить. Только приказывать… Потом я захихикала, ловко заворачивая девочку в теплую пеленку. Теперь ему придется смириться, что в доме появился кто-то главнее его. Мисс Виктория Штейн будет повелевать его жизнью и его сердцем много-много лет…
Справившись, я убаюкала девочку и отправилась в кабинет Штейна. Тот сидел за столом, подперев лоб рукой. Пальцы тонули в растрепанных волосах, ворот рубашки был расстегнут, и у меня непроизвольно пересохло в горле. Какой он все-таки… Нет, здесь не подходило слово "красивый", оно ассоциировалось с конфетной наружностью слащавого мальчика-модели. Демиан был настоящим, мужественным, невероятно притягательным. В присутствии Дина у меня не слабели так ноги и не хотелось провести ладонью по его мышцам, стремясь почувствовать мощь непокорного зверя, тихо лежащего у твоих ног…
Я одернула себя. Еще чего не хватало! Размечталась. Такие, как он, не обращают внимания на простых нянек, рядом с ними должны быть холеные красотки из их круга, а не замотанная и измученная безденежьем вчерашняя студентка. Жаль, но такова жизнь.
— Вы просто волшебница, Дана, — произнес он негромким бархатным голосом, повергая меня в еще больший ступор. А как же официоз? Он уже называет меня по имени? Или это просто знак признательности. — Я очень рад, что вы теперь моя сотрудница.
Я робко улыбнулась. Мне показалось или он подчеркнул этим своим обволакивающим голосом слово "моя"? Да еще усмехнулся так хитро и понимающе, будто говорил вовсе не о работе.
— Хочу сделать вам деловое предложение. Вы переедете ко мне. Вам выделят лучшую комнату, чтобы вы были доступны круглосуточно. Конечно, на оплате это тоже отразится самым благоприятным образом.
И снова акцент на слове "доступны" и легкая улыбка, которая бы больше подошла коварному соблазнителю. Черт, мистер Штейн, мы все еще обсуждаем ребенка? Я поймала себя на том, что внизу живота набухает тугой узел, и окончательно смутилась.
Немного помялась на месте. Вместе со странным, непривычным возбуждением, внутри появилось и что-то радостное. Чёрт, почему похвала именно от этого мужчины настолько мне нужна? Если бы меня хвалил тот же Дин…
Не-а, не похвалил бы. У нас с ним нет особых точек соприкосновения, а с мистером Штейном у нас один ребёнок на двоих. Звучит немного даже смешно.
Хихикнула себе под нос. Соберись, Дана! В конце концов он твой босс, а боссов и нужно воспринимать как начальников. Но всё-таки он такой уморительный, когда не знает, что делать с малышкой… Всё бы отдала, чтобы посмотреть на это ещё раз.
— Так что? — его властный голос меня словно разбудил, отвлёк от мыслей. Правильно. Нечего мечтать на работе.
Я снова посмотрела на него, отмечая как та рубашка на нём сидит. Наверное, на работе все женщины его и у него определённо есть девушка. Или…
— Дана? — взывал ко мне снова. Ох. этот мужчина не даёт мне соображать.
— Я согласна! — кивнула ему и улыбнулась. Работать двадцать четыре на семь с ребёнком, помочь ему, увидеть то, как у него режутся зубки, сопровождать каждую секунду. Как это вдохновляет!
— Хорошо, тогда можете заняться переездом. Когда привезёте свои вещи, я покажу Вам, где Вы будете жить.
— Всё ясно, — если бы кто знал, как я счастлива, а!
Уже хотела спуститься вприпрыжку с лестницы, но мистер Штейн снова окликнул меня. Я обернулась к нему снова и на секунду мне показалось, что он запечатлел на мне свой взгляд на мгновение больше, чем это подобало бы шефу и его работнице.
— Вот ещё что. Скоро я уезжаю. Естественно, Тори я не смогу взять с собой. Поэтому Вы остаётесь с ней один на один. Вы будете с ней целыми сутками. И я настаиваю на том, чтобы рядом с вами постоянно находилась охрана. Девочка мне дорога, неизвестно, что задумают мои враги.
— Обязательно прислушаюсь к вашей просьбе, — кивнула, хотя и не понимала, зачем с охраной? Неужели, все вокруг знают, что это — дочь Демиана Штейна? К тому же, шкаф в чёрном костюме или без него, но с мышцами диаметра больше моей головы, явно привлечёт больше внимания, чем любой другой объект.
