Есть и третье. А именно – твое сердце. Когда ты к нему прислушиваешься, то ты дивишься: оно способно так просто и непосредственно доброе отличать от злого. Не к сердцу ли нашему обращается и Спаситель, когда Он сказывает, что «дерево доброе приносит и плоды добрые, а худое дерево приносит и плоды худые» (Мф 7:17).
Именно на это речение Христа, кстати, постоянно опирается пастор Кэролл Бирбауэр в своем Обращении к христианам всего мира, призывая понять, наконец: ветхозаветный Иегова это НЕ новозаветный Отец Небесный! Иегова НЕ есть Отец Христа. Благословенны такие рыцари духа, как этот пастор! Они расчищают место, загроможденное ложью нескольких последних веков, выгодной определенным кругам, чтобы человечество смогло вернуться к духовному истоку тысячелетий.
Что же, как говорили римляне, sapienti sat dictum est – сказано для понимающего достаточно. Приходит время отбрасывать суеверия и обращаться к Первоистоку. То есть к полноте, к чистоте Русской Изначальной Веры. Спаситель говорит: «Не разрушить Я пришел, но исполнить». То есть обновить обветшавшее в мире временном сем, ИСПОЛНИТЬ – восстановить до состояния изначальной полноты вечности. (Русская Северная Традиция сохранила: столицей Древлей Земли – Арктиды – был город ПОЛА…)
Мир в наше время – то есть, по крайней мере, весь христианский мир – в курсе, что Всевышний Бог ТРИЕДИН. Однако просвещены в этом сделались народы лишь за века после совершения Христом подвига Его. То есть – подавляющее большинство народов Земли. Но древние руссы поклонялись испокон Триглаву Великому. Велесова книга: «се бо ящете первие Триглаву покланяшете» (дощечка 11).
Пожалуй, большинству сил, соперничающих меж собой сейчас на Земле, выгодно любыми средствами отвлекать внимание от этого факта. Но мы, последователи Русской Северной Традиции, постараемся, чтобы замолчать или дискредитировать этот факт у них все же не получилось. Как и другие подобного рода сведения.
Глава 2. Абсолютная мифология
О ведизме как о единстве веры и знания и как о истоке античного гнозиса
Вся мифология может быть подразделена на мифологию абсолютную и – относительную. Точнее: на абсолютную мифологию и относительные мифологии.
Такую классификационную основу предлагает Алексей Лосев (1893–1988). Один из величайших философов нашего отечества эпохи нынешней. Но и не только: о Лосеве можно сказать то же самое и в масштабах человечества в целом за всю историю его.
И в этом смысле он здорово недооценен до сих пор. Возможно, потому что во всей глубине своей человечеством до конца не понят.
Пока еще большинство из нас Лосева воспринимают поверхностно. Об этом вот предлагаемом им разделении мифологии на абсолютную и относительные кое-кто мне сказал: Лосев таким образом просто иронизировал по поводу теории относительности Эйнштейна, примерно тогда же созданной.
Не знаю, иронизировал или нет, однако тут юмором дело явно не ограничивается. Учение Алексея Лосева об абсолютной мифологии суть воспоминание о фундаменте, исповедание первоосновы мысли. Вы сами сейчас почувствуете. Цитирую:
«Вопреки относительной мифологии, выставляющей на первый план то веру без знания, то знание без веры, абсолютная мифология признает одинаковую, совершенно равноправную ценность и веры, и знания.
Причем объединение веры и знания совершается не по типу веры и не по типу знания. Есть ТРЕТЬЯ СОВЕРШЕННО ОСОБЕННАЯ КАТЕГОРИЯ, по сравнению с которой они суть лишь несамостоятельные, абстрактные моменты.
Диалектика, давая такой синтез, примеряет враждующее противостояние веры и знания. Таким синтезом является ВЕДЕНИЕ, равноправно вмещающее в себе и веру и знание, и не способное осуществиться ни без веры, ни без знания.
Это простейший и притом чисто логический, совершенно не вероучительный синтез. Но признать его, понять и утвердить можно только при соответствующем мифологическом, т. е. чисто жизненном опыте. Я называю такую мифологию абсолютной. Она всегда ВЕДЕНИЕ, гнозис» – Лосев А. Ф., книга «Миф – число – сущность» (М., Мысль, 1994).
Итак, великий русский философ определяет ведизм как абсолютную мифологию и абсолютную диалектику. То есть как идеальный предмет и как совершенный метод. И это на основе того, что ведизм, по Лосеву, являет совершенный синтез веры и знания.
Верно ли сие? Безусловно. А чтобы стало к тому же и СОВЕРШЕННО верно, добавим: не синтез даже, но ПЕРВОРОДНОЕ ИХ ЕДИНСТВО.
В том смысле, что единство это есть первое, что рожает. Оно не родилось в результате каких-то синтезов. Напротив, именно оно лежало в начале.
Ибо в золотой век ведизма человечество не нуждалось в подразделении восприятия бытия на веру и знание. Их разобщение лишь постепенно формировалось в эпоху ветшания Изначального Завета. По мере разбавления живого ведения мертвой водой анализа происходил, так сказать, гидролиз на составляющие.
А именно, неспособные воспринять либо веру, либо знание конструировали искусственно с двух сторон половинчатые системы нэзалэжности таковых друг от друга. Так наши отцы получили вместо ведизма дедов религию и науку. Плюс нестихающий надуманный конфликт этих двух различных подходов к одному и тому же.
Точнее: получили религии и науки. Кстати, те и другие тоже рассматриваются Лосевым как разновидности МИФОЛОГИЙ. Но – относительных. В отличие от ведизма. Который, как было сказано, полагает философ и богослов (Лосев принял тайный постриг в монахи в 1929 году) мифологией абсолютной. Как и абсолютной диалектикой.
А мимо диалектики нет у Лосева философии. Т. е. таким образом он полагает русскую мифологию и ФИЛОСОФИЕЙ абсолютной.
И есть еще интересный момент в цитированном выше месте из его труда. Там после слова «ведение», вы заметили, через запятую написано слово «гнозис».
Насколько справедлива тут запятая? Ведь современная западная гносеология – это лишь бледная тень ведизма. А то так даже тень тени. А иногда и вовсе кривое зеркало. Которого кривизна зародилась еще в средние века путем добавления всяких каббалистических штучек, демонизации, прочего. Всего того, в результате чего гностицизм даже и в понимании Генри Мора представляет собой уже далеко не то, чем был гнозис древних!
Однако сохранились и школы гнозиса, не очень пострадавшие от различных нововведений. Такие вправе называться тенью ведизма, а то так даже и отсветом его, отзвуком. Благодаря реликту сему западное мышление в состоянии хоть с чем-то соотнести эту бездну: северный ведизм. А то ведь это понятие совершенно забыто нынче как Западом, так и западниками (то есть оппонентами славянофилов, наличествующими на земле нашей пару последних веков).
Они в лучшем случае слышали где-то как-то про индуизм, то есть про ведизм восточный, разбавленный. Имеют и представление, что существовал, вроде как, на заре христианства зверь такой гностицизм…
Вот это уже способно работать в качестве нити Ариадны. Как было понимаемо слово «гнозис» в эпоху раннего христианства? Просто как перевод на греческий скифского слова «ведание».
Точнее – на древнегреческий. Γνωσιζ у эллинов означало: ведающий, волхв, посвященный. Словом – подобный тем, трое из которых первыми поклонились Младенцу, как сообщают о том Евангелия и Велесова книга (подробней см. «Евангелие от русских волхвов», Дмитрий Логинов, М., ИД Альва-Первая, 2009).
Да, в раннехристианские времена первопредсказателем о Христе почитали… ГЕРМЕСА, то есть олицетворение гнозиса. Персонификацию гнозиса, посвящения в Традицию, герметизма.
А вовсе не ветхозаветных пророков. Они понимались эллинами, коптами, римлянами лишь как одни из, которые повторили (за Валаамом, т. е. за скифами). Скифы же называли то, что слыло у перечисленных выше народов как герметизм и гнозис, иначе: ВЕДЕНИЕ.
Новозаветная книга Деяния св. апостолов свидетельствует: первоверховного апостола Павла, когда он проповедовал о Христе, «называли Ермием» (Деян 14:12), то есть Гермесом. А кто есть этот Гермес? Читаем в трактате «О Граде Божьем» св. Августина Блаженного: Гермес – правнук Оласа. А имя Олас есть произнесенное на греческий манер Волос, то есть это бог Велес.
Интересно сопоставить с началом «Слова о полку Игореве», в котором упомянут «вещей Бояне, Велесов внуче». Согласно Егору Классену этот Боян есть Омир, то есть Гомер – потомок троянцев, создатель Илиады и Энеиды.
Но еще более интересно, что именно книга, называемая Велесовой, содержит первопророчество о Христе – то есть о воплощении на земле Даждьбога: об этом было изречено первопредку всех руссов Орею (Яру Гиперборейскому, Арию) самим Сварогом (дощечка 25).
Следовательно, строго говоря, Велесова внука Гермеса можно называть первопредсказателем о Христе лишь как первого после Отца Его – Сварога Небесного. А именно Сварог есть Отец Христа – Даждьбога воплощенного, к чему не раз еще мы будем возвращаться на этих страницах.
