шампанское и отрубилась. Он подмешал мне отраву? Но зачем? Я же на всё согласилась.
Мгновенно разлепив глаза, я приподнялась на твердой кровати и стала искать, чем бы прикрыться. Незнакомая женщина в маске возвышалась надо мной, недовольно скривив тонкие губы.
— Не время разлеживаться, — запричитала она. — У нас есть всего полдня, чтобы привести тебя в товарный вид. Поднимайся.
— Товарный вид? — сонно повторила я. — Значит, я…
— Да, — прервала она меня. До меня дошло, что мне подмешали что-то в шампанское лишь для того, чтобы я не видела дорогу до аукциона. — Для начала мне нужно тебя осмотреть. Роберт сказал, что ты девственница, и мне необходимо в этом убедиться, чтобы после продажи к нам не предъявили претензий из-за некачественного товара.
Я сглотнула от неприятных слов, которыми она меня обозначала. Всё же я человек, у меня есть гордость… или была до того момента, когда я согласилась отсосать у незнакомого мужика в машине ради попадания на аукцион.
— Можно мне воды? — прохрипела я, чувствуя, что к горлу подступает тошнота от воспоминаний о мерзком члене во рту. Он был таким маленьким и волосатым, что будет сниться мне в кошмарах. Я закрыла рот, чтобы натурально не проблеваться, когда вспомнила запах.
— Принесу, — кивнула женщина в маске. — Но выпьешь после того, как раздвинешь ноги. Осмотрю быстро и безболезненно.
Она развернулась и пошла в другую часть комнаты, где стоял кулер со стаканчиком. Я провожала её пустым взглядом в спину, рассматривая через глубокий разрез платья лопатки, до которых не доходили уложенные светлые волосы. Женщина ходила в дорогом вечернем платье. Чёрный бархат был обшит серебряными нитями, отражающими свет. В ушах и на шее — перламутровый жемчуг, на подделку не похож. Очень дорого и красиво. Раз она так одета, значит, я уже в клубе? Иначе зачем такой дресс-код?
Не успела я оглянуться, как она вернулась с пластиковым стаканчиком в руках, но вместо того, чтобы отдать мне, поставила на тумбочку рядом.
— Сначала проверка, — напомнила она условия.
Я поерзала на кровати и, в конце концов, положила подушку под спину, чтобы было удобнее сидеть, раздвинув ноги. Половину лица женщины я не видела, но судя по морщинкам, собравшимся вокруг её рта, она была недовольна.
— Или становись на четвереньки, или клади подушку под попу, — скомандовала она.
Опустив взгляд, я решила, что стоять раком перед незнакомым человеком как-то слишком для меня, а потому взяла маленькую подушку и, приподнявшись, положила под ягодицы. Удовлетворённая моим выбором, незнакомка распаковала медицинские перчатки и начала демонстративно их надевать. Мне стало немного легче от понимания, что ко мне не полезут грязными руками.
Она присела на край кровати и заставила меня развести ноги. Я откинулась на подушку сзади, понимая, что обратного пути нет, и надо пройти путь унижений и позора до конца, раз уж я ступила на скользкую дорожку.
Пальцы коснулись моих складок, аккуратно раздвинули. Женщина нагнулась, дабы посмотреть ближе, и неожиданно приставала палец к анусу. От такого поворота событий я попыталась свести ноги, но она не дала мне.
— Сиди смирно, — гаркнула она, — а то случайно не то задену, и будет больно.
Набравшись мужества, я глубоко вздохнула и вновь откинулась на кровати, в тот раз закрыв глаза. Палец вновь упёрся в кольцо задних мышцы и стал упорно преодолевать нетронутый барьер.
— Анальный секс был? — бесцветно поинтересовалась она.
— Никакого не было, — ответила я и сразу поняла, что соврала. Минет — тоже разновидность секса, вот только я не могла воспринимать произошедшее между нами с Робертом как половой акт. Скорее как… насилие надо мной, хотя я сама согласилась отсосать.
— Заметно, — произнесла она и ввела одну фалангу внутрь, заставив меня прошипеть и попытаться сжаться. Женщина тут же достала палец из меня и начала снимать перчатки. — Все в порядке. Можешь вставать и идти мыться. Душ там.
Незнакомка указала на неприметную дверь слева, а сама встала и выкинула перчатки в мусорную корзину рядом с кулером. Я провожала взглядом ее до тех пор, пока она не уселась на диван. Словно находясь в салоне красоты, она взяла глянцевый журнал со столика и, закинув ногу на ногу, стала его листать.
— У тебя полчаса, — произнесла женщина, не поднимая взгляд. — Или тебе помочь?
Меня бросило в краску от вопроса. Я никогда не мылась в душе с женщиной, а потому предложение показалось мне слишком вульгарным, чтобы его принимать.
— Нет, сама, — ответила я и встала с кровати, ощутив прохладу комнаты всем телом.
Пить хотелось жутко, потому я одним глотком опустошила пластиковый стаканчик. Холодная вода покарябала горло, но показалась мне настолько вкусной, что я не сдержала довольной улыбки.
Потянувшись, я пошла в указанном направлении и за дверью обнаружила просторную душевую с несколькими кабинками, некоторые из которых были заняты. Меня удивило, что плеск воды не был слышен в соседней комнате. Великолепная здесь изоляция. Наверняка, даже если захочешь, никто не услышит.
Ближайшая к входу кабинка не была занята, потому я решила остановиться на ней. Никого рядом не было, потому я без стеснения ступила внутрь и прикрылась шторкой. На полках по бокам стояло всё необходимое для водных процедур: и дорогой шампунь, и крем-мыло для душа без приторной отдушки, и полотенце. Правда, не знаю, как решусь им воспользоваться, ведь кто знает, кто его трогал до меня. Взяв его в руки, я понюхала ткань и поняла, что оно абсолютно чистое. Что же, тогда чуть-чуть оботрусь, чтобы совсем не замёрзнуть на выходе.
Я включила душ, и звук текущей воды мгновенно развеял тревожные мысли. Струи приятно массировали напряжённую спину, стекали по бёдрам, падали на кафель. Стало жарко, настолько, что душевая затуманилась паром. Однако даже из-за этого я не решилась сделать воду холоднее. Горячие капли развеивали тревогу, накопившуюся за сутки, смывали грязь от встречи с Робертом, и хотелось стоять под ними так долго, как только могла.
Звук отдёрнутой шторки вывел меня из блаженства. Развернувшись к входу, я недоуменно открыла глаза и увидела перед собой незнакомого мужчину. На нем также была маска, как, видимо, на всех сотрудниках этого заведения. Пришлось протереть глаза, чтобы избавиться от последних сомнений в том, что ко мне бесцеремонно ворвались.
— Спокойно, — попросил он. Недоуменно моргнув, я повиновалась, хотя первое, что мне хотелось сделать — это поинтересоваться, какого хрена он забыл в моей душевой кабинке?
— Умница, — произнёс мужчина, когда его просьба была выполнена. Он дотронулся до камеры, которая висела на шее, привлекая к ней мое внимание. — Теперь вспоминай то, чему научилась
