- Ты хотя бы скажи, куда мы идем! – крикнул подрывник, остановившись.
Сасори раздраженно посмотрел на блондина. По его мнению, Дей беспричинно ныл всю дорогу. С тяжелым и глубоким вздохом Акасуна закатил глаза и сошел с дороги, скинул сумку у дерева и, прислонившись к нему спиной, скрестил руки на груди.
- Я жду 20 минут.
- Издеваешься? – ядовито спросил Дей, также скинув свою сумку у соседнего дерева. – Мы уже сутки на ногах, что мы успеем за 20 минут?
Блондин неосознанно повышал голос, но он слишком устал, чтобы продолжать себя контролировать. Кукольник посмотрел на него непроницаемым взглядом.
- Лучше бы тебе заняться чем-нибудь полезным. Не трать мое время, Тсукури.
- Ну и займусь!
Слегка пошатнувшись от усталости, блондин резко развернулся и ушел чуть глубже в лес. Около старого пня он спокойно сел, посидел, словно что-то решая, а потом плюнул и прилег на мягкую траву.
“Отвык я так спать, давно уже миссий не было. Впрочем, я так устал, что и на гвоздях засну” – мутно подумал он, закрыв глаза.
Тем временем, Акасуна все стоял и думал. Думал о том, как все это проблематично. Через несколько минут он покачал головой и пошел в сторону, где недавно скрылся подрывник. Долго искать ему не пришлось. Присев рядом с парнем, он немного понаблюдал за спящим блондином и, вздохнув, укрыл его курткой. Пока он разжег костер и наскоро перекусил, прошел час. На этом терпение кукольника кончилось. Подойдя к Дею, он пнул его в бок.
- Тсукури! Вставай. Тебя ни на минуту нельзя оставить.
- Да иди ты, знаешь, куда, – сонно пробормотал подрывник. – Совесть-то имей, изверг недоделанный. Я в курсе, что тебе на все плевать, но я устал, как собака, а ты даже не говоришь, куда мы идем. Поэтому никуда я не встану, ясно, я спать хочу, – так и не открыв глаз, зло проговорил Дей. Со сна он совершенно забыл, видимо, и с кем разговаривает, и как разговаривает, и что говорит. Голова нещадно ныла, грозясь разболеться чертовски сильно, если сейчас не уйти обратно в царство снов. Что, собственно, он и собирался сделать.
“Можно хоть раз посчитаться с чужим мнением, дерево лохматое”
Сасори стоял рядом, сузив глаза. Его сейчас меньше всего волновали капризы Дея. Да ладно, его вообще мало что волновало по жизни, кроме его собственного эго. Он и сам бы не смог сказать, почему он так торопится, но что-то мешало ему расслабиться все это время, что-то беспокоило и подгоняло.
- Если ты не подымешься, я оставлю тебя здесь, мальчишка – процедил он.
- Ну и вали! – в конец разозлился Дей, привстав на локтях и сверля взглядом кукольника. Видимо, головная боль таки добралась до него, иначе он бы держал язык за зубами.
- Чего ты раскомандывался?! Две ночи не спим, но тебе плевать же, да!! Так сложно остановиться хотя бы часа на четыре?! Куда ты так летишь? Черти что ли за нами гонятся!? Да и вообще. Иди в задницу, – подвел итог разговору блондин, прикрыв глаза и откинув назад голову.
“Господи, что я несу, надо срочно остановиться, пока он не разозлился” – мелькнула в сознании разумная мысль, но слова были уже сказаны.
Этого следовало ожидать, ведь кукольник никогда не отличался терпением. Схватив блондина за грудки, Акасуна поднял его, и с силой пригвоздил к дереву. Широко распахнутые от удивления голубые глаза встретились с равнодушными карими, в глубине которых горела злость.
“Я пытался, клянусь, я пытался быть добр с тобой, но…”
- Ты же по-другому не понимаешь.
Сделал шаг назад, Сасори резко развернулся и швырнул подрывника, как какую-то куклу. Блондин сильно ударился о землю, его голова подлетела и снова упала. Он не двигался, пытаясь вдохнуть воздух отбитыми легкими. Акасуна не сдвинулся с места. Только смотрел на него все тем же равнодушным взглядом. А потом просто молча развернулся, поднял сумку и скрылся за деревьями.
“Сволочь же”, – как-то отстранено подумал Дей, осторожно приподнимаясь. Он попробовал подняться на ноги, но мир вокруг внезапно закружился, и он упал на колени. Голову пронзила резкая боль. Блондин аккуратно дотронулся до виска, на пальцах осталась кровь.
- Отлично. Сколько пройдет времени, прежде чем он меня все-таки убьет? – тихо пробормотал он и мрачно посмотрел в сторону, куда ушел кукольник.
“Думаешь, пойду за тобой? Черта с два, никуда я не пойду! Хотя бы потому, что если я еще раз попробую встать, то точно вырублюсь”
В голове словно колотили набатом. Он уже чувствовал, как кровь медленно течет по щеке, но так ничего и не сделал. Просто не мог. Аккуратно сев, блондин подтянул колени к груди и уткнулся в них лицом.
- Ох, Данна, ну почему ты такая сволочь? Как я умудрился только связаться с тобой. Хм, как будто бы в первый раз, давно пора уже привыкнуть, – в полголоса пробормотал Дей, стараясь подавить мелкую дрожь. Еще немного, и с переутомления начнется форменная истерика, он это чувствовал, но что он мог сделать. Такое с ним случалось крайне редко, но его организм был измотан до предела, а в голове кто-то продолжал жестоко бить в колокол. Так, не двигаясь, Дей просидел еще минут 40, пока не улеглась, подкатывающая к горлу, тошнота.
“Сотрясение? Или не добил?” – рассеянно думал подрывник, мутными глазами оглядывая поляну. Собравшись с силами и вздохнув, он перекатился на четвереньки, не рискнув встать, и дополз до своей сумки. Есть, когда болит голова, не хочется, а когда сильно, то к тому же этот процесс вызывает еще бОльшую тошноту, но когда он последний раз ел, Дей уже не помнил. Поэтому, почти насильно, он впихнул в себя что-то съестное, даже не почувствовав вкуса, и откинулся спиной на ствол дерева, зажимая рукой, все еще сочащийся кровью, висок. Как выглядит его половина лица и одежда блондин не представлял и, собственно, не горел желанием узнавать. Прикрыв глаза, он опустил руки и крепко зажмурился. В горле стоял противный ком.
“Чего как баба-то, успокойся” – резко одернул себя блондин. Так он и сидел, стараясь не двигать головой и вообще не двигаться. В конце концов, он сам не заметил, как задремал, а проснулся уже под утро, почувствовав рядом чужое присутствие. Перед глазами немного плыло, когда он их открыл, и блондин снова закрыл их.
- Данна… – тихо произнес Дей. Прозвучало это как-то безжизненно, зато в мыслях метался сарказм и на себя, и на ситуацию:
“Обалдеть, вернулся! Совесть замучила? Да ну, у него её нет. Да и труп бы не стал закапывать. Забыл что-то, наверное. Ага, человечность свою в глубоком детстве”
Кажется, истерика все-таки медленно приближалась.
Кукольник подошел и присел рядом.
“Благо хоть узнал. Уже обнадеживает”
Достав из сумки бинт, иглу, нить, раствор и бутылку воды, словом, все необходимое, он внимательно посмотрел на парня.
- Тошнит? В глазах двоится? – мягко, но настойчиво спросил он, аккуратно стирая кровь с лица Дея.
Блондин молчал, из-под полуприкрытых век наблюдая за кукольником. Только когда Сасори дотронулся до самой раны, он ожил. Шикнув, он отдернулся от его руки. А зря. Если бы Акасуна не придержал его, то Дей упал бы, разбив до кучи и второй висок. Но зато теперь его взгляд стал более осмысленным. Он со смирением взглянул в лицо Сасори, хотя в голове, по-прежнему, билась о стенки мозга истерика.
“Что у него за игра такая по жизни? Сам покалечу, сам полечу? Да шел бы ты! Сколько лет его знаю, столько он ведет себя именно так. Чего вернулся-то? Бросил, так и вали!” – подумал блондин, но сказал он совершено иное. Как и всегда:
- Прости, Данна...
Акасуна промолчал. Он убрал светлые пряди с его лица, которые мешали осмотреть рану.
- Сиди спокойно.
Закончив, он уложил блондина на спину, подложив под его голову сумку.
- Если хочешь поговорить, тебе придется обождать с этим до завтра, – сказав это, Сасори поднялся и отошел. Куда он пошел, Дей не видел, но сейчас его это мало беспокоило. Он закрыл глаза, было невыносимо смотреть, как вращается небо над ним.
Вернулся кукольник уже ближе к вечеру. Блондин так и не уснул. Сасори сел рядом.
