Я скривилась. Что он вообще может знать? Даниил за Олю может глотку выдрать, и ему будет наплевать на то, какими последствиями это для него обернется. Котовский любит свою жену до чертиков — и это у них взаимно! А такие прожигатели жизни, как Воронцов, могут только вредительством заниматься, и толку с их попыток влезть куда не надо — ноль! Я аж скривилась от отвращения, зная, что Кирилл ничего не уедет.
— Ну, жену он свою тебе всё-таки не продал, — протянула я, стараясь оставаться спокойной. — А у тебя есть теперь новая личная помощница. Опытный секретарь-референт. Могу подавать тебе кофе…
И регулярно опрокидывать его на голову.
— В постель, — прошипел Кирилл, стискивая меня в объятиях до того крепко, что это было даже больно.
Могу пролить и в постель, в чём проблема, шеф?
— Ты спишь до полудня? — поинтересовалась я. — Или предлагаешь мне вставать в шесть утра, чтобы вовремя явиться в твою спальню, дабы подать твоей бесценной персоне кофе в постель?
— Ну ты же не хочешь потерять эту работу.
— Так я и не могу её потерять, — ухмыльнулась я. — Но могу заказать за твой счет адресную доставку. Курьер за чаевые может прямо в постель тебе всё занести.
И даже посыпать лепестками роз, смешанными с картошкой фри.
— Личной помощнице, — протянул Кирилл, — положено жить в моем доме. Ты будешь в восторге. Наверное, никогда в жизни такую загородную виллу не видела.
— Ну да. В обморок упаду от неожиданности.
Лифт дернулся. Свет наконец-то включили, и я на мгновение зажмурилась, а то так немудрено и сетчатку сжечь. А когда открыла глаза, обнаружила, что Кирилл наклонился ко мне совсем близко, словно рассматривал.
— Знаешь, — протянул лениво он, — а ты ничего так. Хорошенькая. Будешь отличной помощницей, Ксю.
Этот его пренебрежительный тон был таким… Знакомым. Но рассматривал он меня, как будто пытался… Пытался узнать.
Черт!
До меня наконец-то дошло.
Кирилл Воронцов, эта наглая заносчивая скотина, просто меня не помнил.
Глава вторая
Мне казалось, что лифт полз вниз целую вечность. Прежде чем дверь наконец-то изволила с тихим шипением открыться, я успела досчитать до ста и раз пятнадцать представить себе, как пытаюсь придушить Кирилла. А он, к слову, так и не отодвинулся, и руки его самоуверенно лежали на моей талии.
Было противно. Мне казалось, эта месть в самом деле выйдет сладкой, но только… Он же не помнит! Просто выбросил из головы, как ненужный факт, и теперь смотрит на меня, будто впервые видит. Разумеется, что ему до девичьих слез и глупых страданий, свидетелем которых он не был!
— Так что насчет кофе в постель? — прошептал он мне на ухо совсем другим уже, ласковым, соблазнительным тоном.
Успокоился. Должно быть, успокоился, сошло на нет разочарование от того, что вместо Ольги заполучил меня, и уже раздумывал, как извлечь из этого выгоду.
Я с трудом сдержалась, чтобы не выпалить ему прямо в лицо всё, что о нем думаю. Включая кофе в постель. Возможно, месть будет более сладкой, если он не сразу поймет, что я делаю? По крайней мере, мне будет проще задурить ему голову, как он когда-то задурил её мне.
Противная мажористая скотина!
— Обязательно, — проворковала я. — Но только если мне в твоем доме будет выделена отдельная комната. Не могу же я кататься из города на твою виллу каждый день. В Киеве, между прочим, по утрам жуткие пробки!
— Уж как-то отдельную комнату я тебе точно обеспечу, — ухмыльнулся Кирилл. — Можешь не беспокоиться по этому поводу. У меня хватит места!
Да-да, я в курсе.
— Это так мило, — широко улыбнулась я. — Что, уже нет разочарования, что помощницей оказалась не та, на кого рассчитывал?
— Какая разница? — изогнул брови Кирилл. — Блондинка, брюнетка…
— Я шатенка.
Брошенный напоследок взгляд на свое отражение в лифте подтвердил: и довольно привлекательная шатенка. Худенькая, с ладной фигурой, хоть и не очень высокая, и длинные волосы мне идут, права была Оля, не стоит стричься коротко. Глаза сверкают… Хищница! Лиса!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Или кошка.
Правда, пару лет назад кошка выглядела чуточку иначе, но не так уж я сильно и изменилась, чтобы можно было так просто не узнать меня.
— Да какая разница? — фыркнул Воронцов. — Я же говорю, блондинка, брюнетка…
— Но был же повод, по которому ты захотел именно Ольгу?
Я уверенным шагом направилась к выходу из нашего офисного центра, не сомневаясь — Кирилл не заехал на парковку и остановился аккурат под окнами здания. Как раз под знаком, что парковка запрещена. И правда, не ошиблась: прямо там, где и предполагала, стоял вырвиглазно-рыжий спорткар.
А рядом с ним мрачный, злой полицейский.
— Ну надо же было этого Котовского позлить, — фыркнул Кирилл. — Я подумал, что ему дороже, жена или сделка…
Судя по тому, как резко погасло веселье в его голосе, Кирилл наконец-то заметил полицейского и замялся. Наверное, спорить со страшным дядей с пистолетиком он был не готов, потому что уже было порывался свернуть в сторону, но… Припарковался? Отвечай за то, что сделал!
— А это твоя машина?! — взвизгнула я в притворном восторге, хотя на самом деле терпеть не могла оранжевый цвет и равнодушно относилась к бесполезным спорткарам. — Какая крутая!
И бросилась со всех ног к полицейскому, дорожному знаку и, соответственно, самому автомобилю!
— Капитан полиции Шелестов! — моментально представился полицейский, только завидев меня, прижавшуюся к капоту машины.
— Ксюша, — тут же представилась я, подмигивая симпатичному мужчине.
— Ксения, — судя по короткой паузе, капитан размышлял, не Оксана ли я часом, но в итоге остановился на правильном варианте, — это ваш автомобиль?
— Что? Нет, — я широко улыбнулась, устраиваясь на капоте поудобнее. — Не мой! Это моего начальника. Вон он стоит! Его зовут Кирилл Воронцов. А что, что-то не так? — я притворилась, будто не заметила знак, и завозилась на капоте, пытаясь забраться повыше и оставить своими каблуками несколько приметных царапин. Надеюсь, высокое начальство заметит моё вредительство чуть попозже. Или даже сейчас, но ему просто некогда будет спорить.
Воронцов, всё ещё надеявшийся сбежать, теперь вынужденно поплелся к машине. Я наконец-то устроилась так, как мне было удобно, и приготовилась слушать рассказ о том, что Кирилл перегородил вход. И вопли на тему "да ты знаешь, к кому ты прицепился, да ты понимаешь, что я тебе сделаю?!"
Ещё можно покричать, что "завтра ты уже здесь работать не будешь".
Судя по тому, как хмуро смотрел на Кирилла капитан Шелестов, он тоже предвкушал примерно тот же сценарий.
— Может быть, — печально поинтересовался Кирилл, вовремя умерив спесь, — договоримся?
Капитан Шелестов расплылся в улыбке.
— За парковку в неположенном месте, — протянул он, явно желая стукнуть Кирилла своей дубинкой, — положено штраф. А вот за взятку должностному лицу полагается тюремный строк. Обсудим ваши дальнейшие перспективы? Прошу за мной. Ксения?
— Я тут посижу, — улыбнулась я, закидывая ногу на ногу.
Кажется, день не такой плохой, как я могла предположить.
Уж не знаю, о чем капитан Шелестов и Кирилл так мило общались минут двадцать, за которые я, восседающая на капоте авто, успела привлечь внимание едва ли не половины офиса — по крайней мере, выглядывали они из окон, с трудом скрывая собственное любопытство, так и лезущее наружу, — но, в любом случае, вернулся Воронцов в ужасном настроении. Он прошел мимо меня с таким видом, словно даже не замечал, что вот она я, продолжаю сидеть у него прямо перед носом, открыл машину и плюхнулся на водительское сидение с видом до смерти оскорбленного.
Минуточку, до смерти оскорбленного мажора. До нормального человека Воронцову всё ещё было так далеко, как мне пешком до Парижа.
Заметив, что я не собираюсь слезать с капота, он раздраженно посигналил мне. Пришлось слезать, а то с "начальника" сталось бы рвануть, обеспечив мне как минимум две травмы.
