Телевизионщики – люди, как известно, занудные. Если они хотят для собственного спокойствия всех согнать в студию за полтора часа до начала прямого эфира, то так и поступят. Поэтому у меня была уникальная возможность все эти девяносто минут провести в обществе президента ФИФА Йозефа Блаттера, генерального секретаря Международной федерации футбола Жерома Вальке, министра спорта Виталия Мутко, главы РФС Николая Толстых, мировой звезды Роберто Карлоса и многих других. Блаттер вёл себя как добрый дедушка. Надень на него какой-нибудь шутовской колпак или одеяние дед-морозовское – вышел бы совсем добродушный старенький весельчак. Уж никак не походил бы на коррупционера с мировым размахом.
Для меня знаменательны были не только мизансцены, которые одна задругой возникали в студии в ожидании съёмки (вот Мутко идёт обниматься к Газзаеву: «Слушай, как мы с тобой давно водки не пили, не разговаривали…» При этом посвящённые прекрасно знают, что именно Виталий Леонтьевич стал тем самым шлагбаумом, который встал на пути Валерия Георгиевича к тренерскому мостику в сборной, и оба друг друга, по слухам, на дух не переносят), сколько последующее развитие ситуации – сразу после оглашения результатов утрясания и усыхания списка. Йозеф Блаттер ничего не комментировал, отсылая всех желающих задать вопросы исключительно к российской стороне, а российская сторона, которую с полным правом олицетворял министр спорта Виталий Мутко, всем отвечала, что решения приняты были как раз представителями ФИФА, критерии нам неизвестны (точнее, их описывали довольно размыто), а наше дело – только объяснять их решение. Парадокс, не правда ли? Но так всегда бывает, когда никто не хочет говорить правду. Люди лукавят – отсюда и возникают многочисленные противоречия. Но мы же не в кабинете следователя, чтобы устраивать им очную ставку. Все всё и так понимают. Разумному, как говорили древние, достаточно. Sapienti sat.
Понимаю, что тема вполне может поднадоесть. Но я снова, как назойливая муха, о критериях. Тех самых, которые нам никто не называет. Остаётся только логику принятия решений выводить самостоятельно. Итак, про любовь города из предлагаемого списка к футболу мы уже всё выяснили и забыли. Краснодар – тому самый что ни на есть яркий пример. Наличие команды в высшей лиге российского футбола – этот вариант тоже не катит.
...
В Калининграде уже давно скатилась на нижние этажи местная «Балтика», в Саранске визит «Мордовии» в элиту явно по истечении уже нынешнего сезона закончится, про команду «Урал» из Екатеринбурга мало кто в стране, кроме местных жителей, слышал.
Что же тогда в основе основ? Ощущение, что главной задачей было максимально удлинить расстояния. Начали от самой западной точки – от Калининграда, закончили самой восточной из остававшихся в списке – Екатеринбургом. Убрали упомянутые выше короткие переезды. Весь чемпионат наши гости в дороге проводить будут. Вот РЖД-то и автодорожники поднимутся!
Вот об этом я думал, сидя в ликующей останкинской студии, глядя на ляпы прямого эфира (нижегородские фанаты весьма недвусмысленно показывали ведущему Андрею Малахову «факи», а режиссёр не успел быстро переключиться на другую камеру), слушая «Бурановских бабушек», перепевающих на удмуртском языке гимн «Лиги чемпионов», или Леонида Агутина, который пел про аэропорты, или, как нам потом объяснили, про инфраструктуру, которую ещё предстоит построить.
Честный парень Толстых
Глава РФС Николай Толстых, как честный и аккуратный школьник или студент-младшекурсник, появился на той программе чуть ли не раньше всех. Он аккуратен и пунктуален. Чтобы вовремя успеть везде, ездит только на метро. При первой же моей встрече с ним он охотно вытаскивал из кармана проездной на метро и карточку на троллейбус. Именно этот факт очень многие коллеги ставят за глаза ему в упрёк: мол, в нашей стране византийской культуры, где чинопочитание является для очень многих основополагающей сутью бизнес-процессов, подобное поведение считается не то чтобы недопустимым и некорректным по отношению к другим, мучающимся в пробках, но думающим о статусе (многие свысока приговаривают: «Ещё научится ездить по-человечески»), а неправильным именно с точки зрения выстраивания тех самых бизнес-отношений. Дескать, такого человека многие не будут воспринимать всерьёз.
– Где Фабио Капелло? – спрашивали вытаращив глаза телевизионные редакторы друг у друга. – Куда он пошёл? Кто не проконтролировал?
Толстых без всякой напыщенности вызывался показать, в какую сторону отбыл минутой ранее итальянский тренер.
– Где Роберто Карлос? Ему пора на грим… Где Жером Вальке?
И Николай Александрович не считал зазорным снова отвлечься от рефлексирования о судьбах российского футбола и показать дорогу к другим затерявшимся звёздам.
Толстых не играет по принятым правилам. Встретил его на ежегодной профессиональной спортивной конференции за полчаса до её начала. Даже мелькнула мысль, пока видел, как он пешком издалека подходит к зданию: может, идёт в «Lotte Hotel» с какой-либо иной целью? Но нет, пришёл, без всякой свиты, и с полчаса стоял на входе в зал, не всеми узнанный…
Да, многие готовы чуть ли не потешаться над Толстых. И над тем, что ездит в метро. И над тем, что ходит не с серьёзным портфелем от известного бренда, а с типовой сумочкой с надписью «ПФЛ», пошитой когда-то лет пять назад для участников какого-то из мероприятий.
И всё же я верю, что с Толстых у российского футбола есть шанс. Потому что если его нет с Толстых, с этим, вне всякого сомнения, – и тут я не шучу – порядочным и честным человеком, то вряд ли уже с кем-то может быть.
Я вспоминаю ещё один эпизод. 3 сентября. Московский отель «Монарх». Минуту назад были оглашены результаты голосования на выборах президента Российского футбольного союза. Только что избранный новым главой РФС Николай Толстых обратился с краткой приветственной речью к высокому собранию (весьма разношёрстному, голосовавшему кто искренне, а кто по разнарядке, а кто и за деньги), спустился с трибуны, а уже через несколько секунд вышел к нам в эфир на «Радио Спорт», ответив на наш звонок. Набрали его просто так, наудачу, прекрасно отдавая себе отчёт в том, что на сегодня победитель уж точно отрезан от внешнего мира, уж точно будет сотнями принимать поздравления. Но он ответил на звонок, подробно поговорил с нами в эфире и не просто принял дежурное приглашение в ближайшие дни прийти на прямой эфир – он и в самом деле уже следующим вечером отвечал в студии на наши вопросы. Заехал на полчаса, а не выходил из студии почти полтора. И бог с ней, с эфирной сеткой. В эти дни можно было пожертвовать эфирной дисциплиной. Потому что лично для меня значимо было в этот момент одно: человек не популистски демонстрирует свою доступность и демократичность, – напротив, он просто по-другому не умеет.
Да, про Николая Толстых говорят, что он зануден и дотошен, что если у него спросить: «Как дела?» – то он точно из тех людей, кто в течение последующих полутора часов будет подробно, по пунктам, рассказывать, как у него действительно эти самые дела складываются. А когда расскажет что-то реально интересное, тут же одёрнет и себя, и тебя и добавит, что это не для печати… Но на мой взгляд, это куда как лучше, чем позиция его предшественника, который выдавал на-гора огромное количество перлов, а практического толка от всех этих кодексов чести и прочей эпистолярной ерунды был полный ноль.
Недели через две после выборов я обедал с Николаем Толстых. Со времён Виталия Леонтьевича Мутко мне очень нравится этот чревоугоднический жанр. Правда, Мутко меня всегда на деловые завтраки звал, Толстых – на деловой обед. То есть имеется уже одно принципиальное отличие: застолье позже начинается. Уже хорошо. Будет время – по крайней мере первая половина дня – для принятия трезвых решений.
Говорили о многом. О болельщиках и порядке на трибунах. О сборной и премиальных выплатах. О долгах, которые неведомым
образом скопились. Причём скопились в том числе и в вопросе о выплатах сборникам – в той сфере, где долгов вроде бы никогда и не возникало. Могу поделиться разве что своими субъективными ощущениями. Но то, что в тиши кабинетов закипит реальная работа – уж простите за этот оксюморон, – в этом я не сомневаюсь.
– Николай Александрович, ваш предшественник приходил всегда с кучей помощников, пресс-секретарей, а вы один…
...
В чём я точно уверен, при Николае Толстых мало будет слов, но реальная работа будет вестись. Революций не будет. Система «весна-осень» назавтра обратно не вернётся. Прежний лимит на легионеров посреди сезона тоже никто возвращать не планирует.
Вот тут новый глава РФС снова достаёт из кармана свои проездные на общественный транспорт. И тут-то я поверил, что Толстых до сих пор живёт, как говорят, в скромной двухкомнатной квартире. Значит, честный человек…
