— И где же ты их возьмешь? — темная бровь собеседника недоверчиво поднялась. — Ведь рабство официально запрещено в наших мирах, — он сделал особое ударение на предпоследнее слово и, немного подумав, исправился: — было… тысячу лет назад.
— Это моя забота! — отрезала она. — Сколько тебе надо?
— Нисколько, — ухмыльнулся Огненный. — Опять терпеть безмозглое стадо, блеющее о своих мелких проблемках? Нет уж, увольте! Я сыт по горло этими примитивными созданиями. Еще от прежних не успел отдохнуть, — мужчина поморщился, будто вспомнил что-то неприятное. — Вонь стояла не меньше недели, — понизив голос, сообщил он, — мясо так паршиво горит и…
— Ты чудовище! — не выдержала женщина.
— О да, я чудовище, — согласно покивал дракон. — Но лишь с твоей легкой руки, гайя. А вообще знаешь… я не в обиде. Иногда перебеситься и погрузиться потом во многовековую медитацию — очень полезно. Силы возрастают, нервы успокаиваются, мысли интерес-с-сные в голову приходят…
— Мысли? Какие еще мысли? — ей отчего-то снова стало страшно, но он не заметил. Или сделал вид, что не заметил.
— А впрочем, если тебе так уж важна эта Ырли, — пленник пропустил мимо ушей ее последний вопрос, вернувшись к теме моэры, — можешь сама поискать свою пропажу! Я сегодня, как это ни странно, неимоверно гостеприимен. Заходите! — он сделал приглашающий жест рукой, но ни один из визитеров не двинулся с места, а крылатый страж даже отступил на шаг, поддавшись инстинктам. — Ну же? Смелее, господа! — на лице красноволосого повелителя Тиронга заиграла почти дружелюбная улыбка. В меру приятная, в меру радушная, в меру хищная и не в меру загадочная… так улыбаются вампиры своим жертвам.
Почти до носков сапог гайи Белоснежной протянулась дорожка из крохотных язычков алого пламени. Они полыхали на сером пепле, уходя вглубь каменного лабиринта. А у самой черты города застыли в церемонных поклонах два сгустка черного тумана, увенчанные вполне материальными змеиными головами. Их зеленые глазки хитро сверкали, а из приоткрытых пастей то и дело показывались раздвоенные языки.
— Как-нибудь в другой раз, — покачала головой женщина, отвергая приглашение. Уверенность в том, что Ырли ее обманула, запутав следы своего побега, крепла с каждой минутой разговора. Будь девчонка у Ийзэбичи, он бы, как минимум, устроил ей показательные пытки, чтобы досадить своим тюремщикам, а он… только глумился. Значит, моэра отправилась… к другому дракону. И, забери ее бездна, это может быть даже хуже, чем общение с гаем Огненным!
Взметнув полы своего длинного плаща, Белоснежная резко развернулась и зашагала прочь. Остальные последовали за ней, не проронив ни слова.
— Куда же ты, Таис? — крикнул вслед хозяин Тиронга. — А как же дружеские посиделки за бутылкой хорошего вина в подземельях моего нижнего города[6]? А разговоры о старых добрых временах и ужин из свежезапеченой на драконьем огне «рыбки»?
— Что б ты свихнулся тут и сдох от одиночества! — прошипела себе под нос гайя, но чуткий слух Ийзэбичи и двух его змеиных проекций легко уловил последнюю фразу.
— А вот это вряд ли, глупенькая Белочка! — с улыбкой сказал он и, потрепав по холке большую красноглазую собаку, что все это время пряталась за стеной башни, тихо добавил: — Во-первых, одиночество меня вдохновляет, а, во-вторых… ему скоро придет конец. Ни так ли, Красотка? — псина согласно кивнула, приветливо помахав дракону двумя длинными хвостами.
Именно благодаря ей — этой полосатой твари из бездны, Огненный был бодр и полон сил. А еще он был уверен, что сегодняшние гости очень скоро вернуться обратно и… добровольно преподнесут ему «на блюдечке» ключи от магической клетки. Ведь без его помощи все они очень быстро обратятся в прах под ногами гая Светлоликого.
Глава 2
Беги, Лола, беги
Я бежала, сломя голову… бежала, не оглядываясь… бежала, перепрыгивая на ходу мелкие и не очень препятствия в виде коряг, сухих веток и непонятно откуда взявшихся в лесу камней, а в перерывах между пыхтением и ругательствами, думала о том, что у меня очередное дежа вю. Круглый «валун», отдаленно напоминавший череп, треснул под ногой и, издав мерзкий звук, разлетелся ошметками красно-белой глины. Воспоминания нахлынули ударной волной, едва не сбив с выбранного темпа. Попав в этот мир, я точно так же неслась в непонятном направлении, не помня саму себя от страха. Только вместо леса была пустошь, а вместо древесного мусора и глиняных муляжей — настоящие камни и останки погибших попаданок-невест. Таких же идиоток, как я, которые повелись на уловки призрачного кота и переступили сквозь невидимую грань портала. Очередной шмат горной породы, маскирующийся под булыжник, смачно чавкнул, оставив следы на моей заскользившей по нему туфле. Не упала я только чудом, пролетев еще пару метров буквально по инерции. С трудом сохранив равновесие, повыше подхватила пышную юбку изрядно потрепанного платья и рванула прочь. Ведь топот за спиной и громкое повизгивание огромной чешуйчатой твари — отличный стимул для того, чтоб не тормозить по пустякам. Тогда, на равнине, прозванной «кладбищем невест» за мной тоже гнались подобные существа, а я, как и сейчас, била спринтерские рекорды в крайне неудобном для этих целей платье — белом с длинным шлейфом! В прошлый раз забег от маануков[7] сорвал мою свадьбу, в этот — был близок к тому, чтобы сорвать день рождения.
А ведь все так хорошо начиналось… Утро, завтрак и два могущественных мага, готовых исполнить любую мою прихоть. Ага, размечталась! Прихоть они, конечно, исполнили… в честь праздника, так сказать. Но как именно это сделали! Я всего-то и попросила немного поучить меня самообороне, как было обещано. Вот и учусь теперь, угу… выживанию в экстремальных условиях! Одна радость, что бегущий сзади ящер слишком крупный для лесных троп и не достаточно поворотливый, чтоб протиснуться между тех деревьев и кустов, через которые удается проскользнуть мне. Зато эта туша массой берет, а я, а меня, а… да пропади оно все пропадом! Достало!
Первой мыслью было — рухнуть прямо тут и, зажмурившись, ждать, что будет дальше. Очень уж ценна моя шкурка для одного из проклятых магов, а для другого важен растущий в моем чреве плод. Так что убить меня маануку эти «гениальные» тренеры точно не позволят, но… потрепать, как псу тапок, вполне могут дать. Воображение тут же подкинуло картинку, как не успевший вовремя остановиться ящер наступает на мое распластанное по земле тело и… дальше думать не хотелось, зато снова захотелось бежать. А потом возникло страстное желание влезть куда повыше и, обхватив руками и ногами ствол, плюнуть сверху как на тупую башку чешуйчатого преследователя, так и на не менее тупую — его повелителя. Это ж надо было такое придумать! Увеличить мою скорость и выносливость за счет введения в игру нового составляющего, то есть местного аналога динозавра — маанука.
