На него вдруг нахлынули сладостно-горькие воспоминания, но тут же растаяли, как утренний туман.
Быстро убегали минуты, и постепенно над долиной разгорался новый день. Из-за туч выглянуло солнце, согревая воздух. Туман поднимался все выше, упорно цепляясь за горные пики и оседая в расщелинах, а в чаще леса собирались густые тени, напоминающие бездонные мрачные озера. После того как твари сошли со снегового покрова, Серому Стражу было уже не так легко выслеживать их. Впрочем, они все равно оставляли за собой запах и отметки на земле, которые позволяли следовать за ними тому, кто обладал его опытом и умением.
Серый Страж уже вычислил, что они опережают его по меньшей мере на двадцать четыре часа. Создания таких размеров не могли столько времени обходиться без еды. Ему только оставалось надеяться, что тот, на кого они наткнулись, не ходил на двух ногах. При этом Серый Страж отдавал себе отчет в том, что хочет слишком многого. Звероловы и охотники круглый год бродили по этим горам в поисках добычи. Некоторые даже поселились в хижинах, стоявших чуть пониже линии снегов; кое-кто взял с собой семьи. Это были суровые, закаленные и опытные мужчины и женщины, но перед тварями, которых он преследовал, они были беспомощны, как дети.
Мысль о том, что все это происходит здесь и сейчас и что барьеру приходит конец столь внезапно, приводила его в отчаяние. Не было никакого предупреждения, никакого намека на грядущие перемены! Разве не об этом талдычил в своих проповедях Серафик? Никто не был готов к чему-либо подобному, никто не знал, что делать. «Включая меня самого», — самокритично отметил Серый Страж. Разве можно подготовиться к вторжению мира, из которого вы бежали, потому что он стал слишком жестоким и страшным, чтобы в нем можно было жить? Разве можно быть готовым к крушению всего, что казалось вечным и неизменным?
Он мрачно усмехнулся. Жаль, что он не может спросить об этом у своих предшественников, тех счастливчиков, кто сумел уцелеть после ужасов Великих Войн, когда выживание казалось невозможным. Они наверняка знали бы ответ.
Местность впереди стала болотистой, чему способствовали многочисленные ручейки, сбегавшие с горных вершин. Серый Страж внимательно всматривался в землю под ногами, выискивая едва заметные следы, оставленные преследуемыми им тварями. Теперь он находил их уже с трудом и присутствие чужаков ощущалось не так сильно — всему виной были перепад температур и время, прошедшее с момента их появления. Неслышно скользя меж деревьями, он слышал пение птиц и шуршание в кустах мелких зверьков. А ведь если бы птички и зверьки чуяли хоть малейшую опасность, они бы не вели себя так беззаботно. Нет, он не отставал, он просто не мог их догнать. Здесь твари начали двигаться намного быстрее; не исключено, что они учуяли добычу. Серый Страж ускорил шаг, чувствуя, как тревога охватывает его с новой силой.
Беспокойство сменилось страхом. Не пройдя и четверти мили, он наткнулся на свежие следы, пересекавшиеся со следами тех, кого он преследовал. Они были такие слабые, что Серый Страж едва не пропустил их. Он присел на корточки, чтобы получше рассмотреть то, что обнаружил. Эти новые следы принадлежали людям. И эти люди не пытались скрыть свое присутствие; они просто знали, как ходить, почти не оставляя следов. Причем знали это очень хорошо и сейчас двигались так в силу выработанной привычки. Они пришли снизу, из долины, скорее всего, из Гленск-Вуда. Их было двое. Они обнаружили следы тварей и теперь тоже преследовали их.
Он коснулся отпечатков кончиками пальцев. Судя по следам тварей, они прошли здесь более суток назад. А новые следы были оставлены менее трех часов тому назад.
Серый Страж выпрямился. Ему очень не понравилось то, что он увидел. Вполне возможно, что эти двое из долины даже не представляют себе, кого преследуют. Быть может, они достаточно опытны, чтобы заподозрить неладное, но они не могут знать, откуда взялись эти твари. Самое большее, на что мог надеяться Серый Страж, — это что они оценили степень возможной опасности и стали вдвойне осторожными.
Но он тоже ничего не знал наверняка. И мог только надеяться.
Он должен догнать их как можно скорее, если хочет спасти.
Серый Страж вновь пустился в путь, на сей раз размашистым, скорым шагом.
Времени оставалось все меньше.
Глава 2
Пантерра Ку затаился в густых зарослях елей на самой границе линии снегов, не далее чем в двухстах футах от того места, где распростерлись тела, и ждал, пока инстинкт не подскажет ему, может ли он приблизиться к ним, не подвергая себя опасности. На месте преступления лежали глубокие тени, смешиваясь с пятнами крови, не полностью впитавшимися в мерзлую землю. Он всматривался в тела — вернее, в то, что от них осталось, — пытаясь разобраться в том, что видит. Нет, он не впервые увидел мертвецов, просто ему никогда еще не приходилось сталкиваться со столь жестоко изуродованными трупами.
Он бросил взгляд сквозь переплетения еловых лап на Пру, чей темный расплывчатый силуэт был едва различим на фоне сумрачного леса, хотя она находилась совсем недалеко. Пру могла исчезнуть из виду в мгновение ока, если ей того хотелось, и тогда ее не мог найти никто — даже он, пока она не пожелает этого. Сам он так и не сумел овладеть этим трюком. Сейчас она выглядела так, словно хотела исчезнуть и оказаться где-нибудь совсем в другом месте. Глаза Пру расширились от испуга; она ждала от него указаний, не зная, что делать. Пантерра Ку быстро подал ей знак, чтобы она не двигалась, пока он не позовет ее. Он подождал ее кивка, чтобы убедиться, что она поняла его правильно. Пру едва исполнилось пятнадцать, она все еще училась на Следопыта, и он намеревался стать для нее тем наставником, в котором она сейчас так нуждалась. Не имело значения, что он был всего на два года старше; он, и только он, отвечал за них обоих.
Он вновь перенес все свое внимание на тела и замер. То, что так жестоко обошлось с несчастными, могло все еще находиться поблизости, и он хотел удостовериться, что это не так, прежде чем обнаружить себя. Он не двигался еще несколько минут, вглядываясь в окружающие деревья, особенно в те, что росли выше по склону, куда, похоже, и вел кровавый след, оставленный убийцами. Может, это Кодены. Или волчья стая, вышедшая на охоту. Впрочем, невозможно было представить, что обычные животные способны на такое.
В конце концов, метнув на Пру быстрый взгляд и еще раз знаком показав ей, чтобы она оставалась на месте, он вышел на открытое пространство и двинулся к телам. Он почувствовал, что волосы на макушке встали дыбом, когда, подойдя ближе, смог в полной мере оценить всю звериную жестокость убийства. Тела были не просто разорваны в клочья — многих частей попросту недоставало. Трупы оказались сильно изуродованы, и он засомневался, что их удастся опознать. Он то и дело переводил взгляд с мертвецов на деревья, растущие выше по склону, по-прежнему не будучи уверенным в том, что поступает правильно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
