- Сядь, - приказал Самсон.
- Я лучше постою. - Если Самсон собирался уволить его, то он поведет себя как мужчина.
- Как хочешь. Я обсужу эту ситуацию с Габриэлем позже, но уверен, что наши мысли сойдутся.
А то! Когда эти двое не смогли договориться на счет наказания, особенно если это касалось собратьев-вампиров? Блюстители правил, оба! Черт, он был вампиром, а не каким-то глупым человечишкой. У него собственные правила.
- А пока что, - продолжил он, - я отстраняю тебя от дел и аннулирую твой статус класса А.
Зейн стиснул челюсть. В Службе Личной Охраны аннулирование высоких привилегий означало отстранение от опасных и важных заданий. Это подразумевало ведение рутинных обязанностей. Лучше бы Самсон отрубил ему руки.
- Ты не можешь...
Он не гребаный охранник с пивным животом и плохой стрижкой, который сидит в холле заброшенного здания и охраняет пустые офисы.
Самсон поднял руку вверх.
- Прежде чем что-то сказать, о чем потом пожалеешь, я хотел бы, чтобы ты сначала меня выслушал.
Зейн фыркнул. Слова "сожаление" не было в его лексиконе. Так же как и "угрызения совести".
- Я не могу рисковать персоналом из-за одного человека, который сорвался с цепи. Пока мы не выясним, как снизить риск, который ты представляешь, тебе будут поручать задания с низким риском и минимальным стрессом. Я приму окончательное решение через два дня.
Зейн натянуто кивнул.
- Хорошо, - выдавил он сквозь плотно сжатые губы, чтобы не обнажить клыки, которые вытянулись, когда его начал захлестывать гнев.
Низкий риск! Минимальный стресс! На что, мать его, Самсон намекает? Что у него нервный срыв? Это для чертовых неженок, не для таких, как Зейн! Он засунет нервный срыв в задницу тому, кто еще хоть раз ляпнет что-то по этому поводу.
Он вышел из кабинета Самсона, подавив желание хлопнуть дверью. Зейн быстро шагал по темному, обшитому деревянными панелями коридору, который вел в прихожую. Он не мог дождаться, когда покинет викторианский дом, который вдруг стал давить на него. Зейну хотелось что-нибудь разбить.
- Минимальный стресс! - тихо выругался он.
- Добрый вечер, Зейн! - тихий голос Далилы раздался слева от него.
Он повернул голову и увидел, как она спускалась вниз по широкой лестнице из красного дерева, держа маленькую дочь на руках.
- Далила. - Набольшую вежливость он сейчас не способен. В конце концов, ее пара только что его оскорбил. Она улыбнулась ему, когда доносящейся из кухни звуковой сигнал заставил ее нахмуриться.
- О, нет, печенье, чуть не забыла. - Прежде чем Зейн понял, что она хочет сделать, Далила протянула к нему руки и положила малышку ему на грудь. - Вот, поддержи ее секундочку. Я должна вынуть печенье, или оно сгорит.
Инстинктивно, Зейн поднял руки, чтобы прижать ребенка Далилы, которая уже побежала в сторону кухни.
- Но, я... - запротестовал он, но уже было поздно. Черт!
Он посмотрел вниз на сверток в руках, не зная, что делать дальше, когда ребенок открыл глаза. Они были зелеными, как у ее матери, и такими же красивыми. Маленькая девочка смотрела прямо на него. Она была полукровкой, наполовину человеком, наполовину вампиром. У малышки были признаки обоих видов. Изабель может выходить в дневное время, не боясь при этом сгореть, но у нее появятся сила и скорость вампира, как только вырастет. Еще ребенком она будет сильнее человеческого ребенка, и расти будет быстрее. Так же сможет питаться не только обычной человеческой пищей, но и кровью. И как только Изабель достигнет зрелости, прекратит стареть, так же как полнокровный вампир.
В обоих мирах, она была маленьким чудом. Мужчины-вампиры могут иметь детей, только кровно связавшись с человеческими женщинами. Вампиры-женщины были бесплодны. Однако этой девочке повезло: человеческие гены позволят ей забеременеть. Однажды она сделает Самсона дедушкой, и ее дети тоже будут гибридами, вне зависимости от того, кто станет их отцом.
Зейн заворожено смотрел на чудо в руках, костяшками пальцев поглаживая щеку малышки. Он не чувствовал в себе такую нежность и кротость со времен детства, когда заботился о младшей сестре. На десять лет ее старше, Зейн частенько присматривал за ней, кормил и убаюкивал, чтобы та уснула.
- Ты такая милая, малышка, - прошептал он и заметил, как она открыла рот, чтобы улыбнуться Зейну. На верхних деснах виднелись маленькие клыки.
Рука малышки потянулась к нему, и Зейн, сдавшись, позволил ей обхватить его указательный палец. У нее была сильная хватка, и девочка с легкостью подтянула палец Зейна ко рту. Прежде чем Зейн отреагировал на происходящее, Изабель быстро сунула его палец себе в рот и обхватила его губами. Острые клыки пронзили его плоть.
- Ауч! - Он одернул руку, из пальца шла кровь. Зейн посмотрел на ребенка снова и увидел, как она причмокивала губами, словно хотела большего. Маленькая чертовка его укусила.
Он покачал головой и поднял глаза, встречаясь взглядом с Далилой. Она с открытым ртом смотрела на его кровоточащий палец, а затем перевела взгляд на рот дочери.
- Она укусила тебя. - Не вопрос, а просто констатация факта. - Раньше она ни разу никого не кусала. Ты ведь знаешь, что это значит?
Ах, черт, он слишком хорошо это знал.
Глава 3
Портия Льюис закрыла ноутбук, сунула его к учебникам в сумку, перекинутую через плечо, и стала ждать, когда лучшая подруга, Лорен, тоже соберется.
- Пойдёшь сегодня вечером к Майклу на вечеринку?
Портия покачала головой, пока они с Лорен пробивались через толпу студентов, выходящих из лекционного зала.
- Мне еще нужно подготовиться к завтрашнему тесту по криминальной психологии.
Лорен пренебрежительно махнула рукой.
- Раз плюнуть. Кроме того, - она подошла ближе и прошептала, - ты всегда можешь использовать свои силы.
Портия отскочила назад и осуждающе на неё посмотрела.
- Ты ведь знаешь, мы не можем так делать!
Это вбивали ей в голову с тех пор, как она себя помнила. Оба и отец, чистокровный вампир, и мать, человек, внушали, что она должна скрывать то, кем являлась: наполовину вампиром, наполовину человеком. Единственной причиной, по которой она могла обсуждать это с Лорен, та такая же.
Когда Портия с отцом переехали в Сан-Франциско, после того как полгода назад ее мама погибла в автокатастрофе, она завязала дружбу с дочерью мэра и спустя некоторое время поняла, что Лорен тоже полукровка. Они записались на одни и те же курсы Университета Сан-Франциско частной католической школы.
Поскольку аура полукровок отличалась от человеческой, они узнали друг друга мгновенно, и обе были рады тому, что теперь есть лучший друг, с которым так много общего. Когда она рассказала отцу о своей новой подруге, он выглядел недовольным, заставляя Портию гадать, не завидовал ли он отчасти тому, что она так быстро смогла найти друга, в то время как он все еще оплакивал жену.
Она ужасно скучала по матери, но так же знала, что должна жить дальше. К счастью, Портия всегда с легкостью заводила друзей. Этот механизм выживания она рано открыла в себе, потому что ее семья редко где-то останавливалась более чем на год. Отец всегда с легкостью переезжал в другой город, как только она начинала чувствовать себя как дома. В определенной степени она понимала это. Как вампир, он должен соблюдать осторожность и не привлекать внимание. Люди вокруг сочли бы его странным, ведь он никогда не выходил из дома в дневное время, не приглашал и не принимал приглашения на ужин и не старел. Она мирилась с этим, но в тоже время хотела место, где можно обжиться и остаться.
- Там будет Эрик, - вернув ее в настоящее, искушала Лорен. - Ты в курсе, что нравишься ему?
Портия почувствовала, как ее щеки вспыхнули румянцем, и жалела, что ее вампирская сторона не помешала этому, только чистокровные вампиры не краснеют.
Как и прежде она скрыла свою неуверенность из-за парней за небрежным замечанием.
