гул множества голосов. Не успел он ещё допить свой чай, как перед ним из темноты возникла Хана, глаза её были подведены чёрным, такими же чёрными были её губы. На ней сейчас было белое платье, похожее на какой-то балахон из-под которого видны были её подростковые, угловатые коленки.
— Пойдём со мной! — сказала она, протягивая ему руку. Реджи смутился, он вскочил, подал ей руку, и Хана повела его за собой. Он подумал о том, что ни разу ещё не держался с девушкой за руку. Они обогнули холм и, Реджи увидел толпу «лесников», все они собрались вокруг огромного костра, языки его пламени, казалось, лизали чёрное небо. Увидев Реджи и Хану, они расступились, пропустив их внутрь круга.
— Как тебя зовут? — шёпотом спросила девушка.
— Реджи, — также почему-то шёпотом, отвечал он.
— Этого человека зовут Реджи! Сегодня он будет драться! — звонко выкрикнула Хана.
Отпустив руку Реджи, она скрылась в толпе. Он ничего не понял, даже не успел переспросить её, что она имеет в виду. «Лесники» разразились безумными, какими-то радостными воплями. Пока Реджи недоумённо оглядывался вокруг, круг вдруг распался на две половины и по образовавшемуся проходу к костру вышел мужчина, показавшийся Реджи огромным, настоящим великаном. Он был гораздо больше даже немаленького Бутчера. Человек был голый по пояс, на его лицо были нанесены чёрные полосы, длинные волосы ниспадали на его мускулистые рельефные плечи.
— Риндаман! Риндаман! — принялась скандировать толпа.
Великан подошёл к Реджи и остановился в двух шагах от него.
— Прощу прощения, — перекрикивая толпу, начал Реджи, — это ошибка! Я не собираюсь…
Закончить фразу он не успел, не отпрыгни он в сторону, Риндаман сбил бы его с ног ударом кулака. Не успел Реджи перевести дыхание, как тяжёлый ботинок его противника заехал ему под рёбра. Толпа радостно взревела, у Реджи на секунду потемнело в глазах, дыхание сбилось, он рухнул на колени, хватая ртом воздух. Риндаман возвышался над ним точно скала, он поднял кверху сжатый кулак. Реджи стиснул зубы, ненависть мгновенно наполнила всё его тело, так что он перестал чувствовать страх и даже боль от пропущенного удара. В его мозгу всплыли воспоминания о жутких драках под железнодорожным мостом, в которых многие его друзья и знакомые остались калеками и даже просто погибли. Он думал, что навсегда вырвался из этих трущоб и, вот всё как будто вернулось на круги своя. «Чёрта с два я тут сдохну!» — сказал он самому себе. Выпрямившись, он бросился на своего противника, пригнув голову. Он показал удар справа, нырнул под руку великана и ударил его в челюсть со всей силы на которую был способен. Реджи ещё успел подумать что достал, как получил сильный удар в грудь и отлетел от Риндамана глотая пыль пополам с кровью. Нужно было что-то придумать, но голова гудела от пропущенных ударов, всё, что работало в уличных драках, против Риндамана было совершенно бесполезно. Он уже плохо соображал что делает, когда Ридаман сбил его с ног в третий раз, Реджи тут же опять вскочил на ноги, губы его были разорваны и в крови, кровь из надбровной дуги заливала правый глаз. Реджи вытер лицо рукавом, толпа бесновалась, он скинул куртку, сплюнул кровью, прошёлся по дуге кружа вокруг великана, который не сводил с него глаз.
— Это ещё не конец! — закричал он, качнулся вправо и ударил Риндамана ногой в лицо. «Попробуй от этого уклониться!» — подумал он. На секунду Реджи показалось, что всё получилось, но в следующую секунду Риндаман поймал его ногу своей огромной ручищей и отшвырнул Реджи прочь. Реджи влетел в толпу сбив с ног стоявших в первых рядах. Несколько секунд он барахтался среди упавших тел, Риндаман не двигался с места, Реджи подняли и вытолкнули обратно внутрь круга. Он успел заметить или ему так показалось, что он увидел Хану, она кричала вместе со всеми, потрясая над головой вскинутыми руками. Он снова бросился на Риндамана. Реджи падал, снова падал и снова вставал, боли он не чувствовал и поэтому очень удивился когда после очередного своего падения понял, что не может больше встать. Ноги его не держали, он встал на четвереньки и, подняв голову, посмотрел на своего противника. По подбородку великана стекала тонкая струйка тёмной крови.
— Я тебя достал! — прохрипел Реджи, непослушными губами и повалился лицом вниз на землю.
Он пришёл в себя лёжа недалеко от почти потухшего костра. Рядом с ним сидела на коленях Хана, мокрой тряпкой она вытирала кровь с его разбитых губ и окровавленных щёк. Она показалась Реджи очень красивой сейчас.
— Всё закончилось? — спросил он, ощущая, как боль отдаётся в его рту с каждым произнесённым словом. Сидевший по другую сторону костра, Бутчер подбросил ещё сучьев в огонь. На нём опять был плащ с капюшоном закрывавший его голову и почти всё лицо.
— Ага, — сказал он.
— Ты молодец! — сказала Хана с уважением, — никто ещё не продержался против Риндамана так долго! Теперь ты один из нас!
После этой драки Реджи приходил в себя несколько дней. На следующий день к нему пришёл Риндаман. При свете дня он оказался большим парнем с добрым, простоватым лицом. Смущаясь, он пожал удивлённому Реджи руку и, сразу ушёл. Немного оклемавшись, Реджи решил прогуляться по лагерю. Он натянул свою куртку и пошёл, радуясь тому, что тело больше не отзывается болью при каждом шаге. Около костров сидели люди, большинство из них были женщины и дети. Реджи заметил кормящую мать, она и сейчас кормила младенца грудью, рядом с ней лежал автомат, она взглянула на Реджи голубыми с поволокой глазами. Он отвернулся и прошёл мимо. Весь лагерь был разбит таким образом, что холм с одной стороны прикрывал его точно стена. Обогнув этот холм, Реджи дошёл до вытоптанной поляны с большим чёрным пятном от костровища. Видимо здесь он дрался с Риндаманом. При свете дня на этой поляне больше не было ничего мистического, ничего таинственного.
— Эй, ты! Как там тебя зовут? — услышал он голос откуда-то сверху. Задрав голову он увидел Хану сидевшую на вершине холма в штанах цвета хаки и чёрной кожаной куртке. Между ног она поставила автомат, придерживая его одной рукой в чёрной перчатке.
— Реджи, — сказал он ей.
— Я Хана. Хочешь подняться сюда? Вон там ступеньки есть!
Реджи пожал плечами, но всё же полез наверх. Через минуту он сидел на поросшем травой холме рядом с ней. Перед ними раскинулся лес с высоты полёта птицы. Почти все деревья были теперь ниже того места где они
