- Я этого не говорил, - Марк понял свою оплошность и решил действовать так, как у него лучше всего получалось.
- Детка, давай полетаем, а?
- Ты издеваешься? У нас дочь украли, а тебе летать охота? Ты бы еще сексом заняться предложил!
- А что, - поддержал Марка Алан. – Я бы тоже полетал…
Он , оживившись, выразительно повел бровями, делая недвусмысленные намеки.
- Викусь, давай слетаем на наше место? Развеемся, остынем немного.
Сдавшись на настойчивые уговоры мужей, Виктория обратилась драконом. Вскоре три огромных змия воспарили в воздух – два серебристых и один перламутрово-розовый. Конечно, розовый дракон был намного меньше своих спутников. Но все же это был настоящий дракон – с огромными клыками, крепкой чешуей, шипами на голове и вдоль позвоночника. Вот только нарост из шипов на конце гибкого хвоста вместо грозного оружия уж больно был похож на кокетливый помпон.
- То же мне, конспираторы, - проворчала Мила, провожая взглядом своих детей.
А затем она подошла к ларцу, стоявшему в углу, и достала оттуда небольшую сферу. Проведя над ней рукой, удовлетворенно хмыкнула, когда та заиграла радужными огнями. Еще через несколько мгновений над сферой появилась голографическое изображение.
Черноволосый красавец в полном расцвете сил и явно обнаженный, недовольно посмотрел прямо ей в глаза.
- Сваха, что случилось?- пророкотал он.
- Только не говори мне, старый черт, что ты ничего не знаешь!
- О чем ты, Мила? – мужчина нахмурился.
- Людмила, Вы очень не вовремя, - в кадре появилась симпатичная молодая женщина, прикрывавшая обнаженную грудь невесомой простыней.
- Ты, как всегда, очень приветлива, Сюзанна. Я рада тебя видеть, Ирьята, - Мила помахала рукой еще одной растрепанной особе, вынырнувшей из-за плеча мужчины.
Судя по уверенному тону Милы, ее нисколько не волновало, что она помешала интимным утехам отцу Виктории.
***
Сложно сказать, кого более бесцеремонно Дэн тащил по проходу- меня или мой чемодан.
Зацепившись в очередной раз за его же ногу, я просто пришла в бешенство. Вырвав свою руку из его, я ответила на его молчаливый вопрос:
- Дальше пойду сама!
Сегодня я сама себя не узнавала.
Будучи единственной девочкой в семье ( маму и бабушку я не считаю), я привыкла, что обо мне постоянно заботятся. И мои отцы, для которых я неоспоримо была и есть любимицей. И мои братья-близнецы считали своим долгом опекать меня. И делали это так настойчиво и систематически, что к своим восемнадцати годам я напрочь разучилась проявлять самостоятельность, а чрезмерную опеку и даже властность воспринимала, как должное.
Именно бабушка Мила, мама моих отцов, уговорила родителей отпустить меня в эту поездку. И хотя Дэн и ей, и всем членам моей семьи категорически не нравился, она меня поддержала. Правда, причины такой поддержки для меня прозвучали очень странно. Но какая, собственно, разница? Ведь отпустили же!
- Нет ничего удивительно, что девочка клюнула на этого юного пижона, - вещала бабуля несколько дней назад, прохаживаясь перед моими родителями.- Он хорош собой. А ведет себя так же, как и вы…
Тут она выразительно посмотрела на моих братьев.
- Бабуля, ну ты загнула…
- Не перебивай! Так вот, девочке обязательно нужно съездить к океану. Во-первых, хватит ей сидеть под вашими крыльями. Во-вторых. Немного посмотрит мир. Да и со сверстниками пообщаться ей не повредит.
А тут еще в дверь позвонили, и высокий детина принес билет на поезд и карту отдыхающего. Вот это, как раз было сюрпризом. Я думала, мы будем отдыхать дикарями, в палатках. Но Дэн, организовавший эту поездку, расстарался на славу. Как он сказал позже, нашелся какой-то таинственный меценат, оплативший двадцати студентам отдых в скромном отеле на берегу океана.
В общем, на семейном совете почти единогласно было решено меня отпустить. Голоса же тех, кто голосовал против, бабуля из списка голосующих вообще вычеркнула. Вот такая вот у меня мировая бабушка!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
И вот я иду по проходу, гордо глядя перед собой и ощущая между лопатками тяжелый взгляд Дэна.
Ну и пусть сердится. Пусть удивляется. Так опозорить меня перед родней. Позволить совершенно чужому мужчине нести за него мой чемодан.
Едва я вспомнила о том мужчине, как запекло в том месте, на котором он держал свою руку. Даже хотелось почесать там, но я сдержалась. И украдкой осмотрела вагон, пытаясь вычислить, где же он сидит. Но мужчина будто сквозь землю провалился.
Зато громко и на весь вагон галдели мои однокурсники. Кто-то из ребят уже доставал гитару. Кто-то пытался засунуть огромный рюкзак в багажное отделение под потолком.
Я впервые ехала в таком необычном вагоне. Я вообще впервые ехала поездом. У нас была не бедная семья и путешествовали мы самолетами, да на своих собственных автомобилях. Ну и порталами, конечно. Но это – т-с-с-с-с, секрет. Никто их моих одногрупников и знать не знает, кто я такая и кем на самом деле является моя семья.
Еще на перроне я отметила, что два вагона отличаются от остальных. Всего я насчитала одиннадцать вагонов. Тепловоз и девять вагонов были точно такими, какими я их и представляла по фильмам. А вот другие два совершенно отличались от прочих. Новенькие, сиявшие от натертого до блеска хрома, с затемненными окнами, они скорее напоминали нечто фантастически-космическое, чем просто вагоны. Да еще и колес, сколько я ни всматривалась, так и не заметила. У приглашающе открытых дверей стояли крепкие проводники в темных костюмах. Они скорее напоминали борцов в смокингах, чем простых железнодорожников.
Еще на перроне мне показалось, что у вагона была невероятная давка. Но сейчас вагон казался полупустым.
В мягких креслах с высокими спинками, стоявшими по два с каждой стороны от прохода, там-сям сидели люди.
Наши места находились в самом центре вагона. Я села у окна, а Дэн устроился рядом. Тут же его рука опустилась мне на колено. Я, конечно, была влюблена в него. Но так открыто демонстрировать эти отношения мне не хотелось. Так что руку его я сбросила, даже не посмотрев в его сторону. А сама вдруг подумала, хорошо, что всего этого не видел тот мужчина.
Что же его образ так засел в моей голове?
- Решила в недотрогу поиграть?
Дэн немного подождал ответа. Но, так и не дождавшись его, фыркнул и пересел к соседям.
Мне сразу даже как-то дышать стало легче.
Раздался свисток, и поезд тронулся, постепенно наращивая скорость. Город остался позади. За окном мелькали пейзажи, но они меня совершенно не трогали. Мыслями я витала где-то совсем далеко. Краем уха слышала, как шумели ребята, повизгивали от их неуемного внимания девчонки. Повсюду раздавался хохот, шутки и просто тихие разговоры.
Я с вежливой улыбкой отказалась присоединиться к звавшим меня девчонкам, сославшись на то, что хочу немного отдохнуть.
- Ой, она у нас сегодня нехочуха, - встрял в наш разговор Дэн.
А я и не знала, что он все еще следит за мной. Бесит. Что ж так бесит меня? Я же, кажется, влюблена в него? Так что со мной не так-то?
Когда наш поезд подъезжал к следующей станции, стало происходить нечто странное. Наша компания даже затихла, настороженно прислушиваясь к проводникам, шедшим по проходу и останавливавшихся возле каждого сидящего пассажира. Причем шли они с разных концов вагона, никого не пропуская и постепенно приближаясь к нам. Пассажиры, с которыми они беседовали, тотчас вставали, собирали свой багаж и направлялись на выход. И вот что странно, в то время, как некоторые были удивлены происходившим, другие откровенно радовались.
Один из наших мальчишек подслушал очередную беседу проводника с пассажиром, а затем вернулся к нам и возбужденно стал рассказывать:
- Там говорят, что вагон этот по ошибке не к тому составу присоединили и просят перейти в другой ,- кое-кто из ребят стал возмущаться, но Бодя перебил их:- Да ладно вам галдеть. Они предлагают полную компенсацию и ужин в вагоне-ресторане за счет заведения.
