Читаем без скачивания Попаданцы обмену и возврату не подлежат (СИ) - Найт Алекс

— Придурок ты, Олег.

— А ты та ещё лохушка.

— Хватит мне зубы заговаривать. Рассказывай уже, что происходит, — потребовала я, вновь двинувшись на него.

— Ладно-ладно, — он примирительно выставил перед собой ладони. — Мне и самому мало известно. Раньше этот мир был открыт. Не знаю, как он правильно называется, дед называл его Сказочным. Думаю, ты понимаешь почему.

— Да уж, — подтвердила я, вновь бросив взгляд на костяные ножки избушки.

— Мир был открыт, а у Яги имелся ключ, которым она могла создавать проход в параллельный.

— На Землю?

— Ты не такая и тупица, — похвалил он меня, и тут же предпочёл отбежать подальше, чтобы не схлопотать по слишком умной черепушке. — Местные гоняли на Землю. Дед не знает, что произошло, но в какой-то момент мир просто закрылся, и все, кто не успел вернуться, остались на Земле.

— И?

— Что и?

— Это всё, хочешь сказать?

— Настоящим Кощеем был мой прапрапрадед. Он рассказал эту историю сыну, тот своему. Глухой телефон, в общем. Я только знаю, что в этом мире обязательно должны быть Кощей, Яга, Лесной царь и может ещё кто, кого я не запомнил. Мир открылся, потребовалась им замена, и вызвали нас. Хотя по логике, должны были родителей.

— Родителей, — эхом повторила я за ним. — Маму…

Поверить в то, что наш род берёт начало из сказочного мира от самой Бабы Яги было непросто.

— Но титулы же сняли. Может из-за них?

— Не знаю, Наташ, — Олег растерянно растрепал волосы, но те пробыли в беспорядке недолго.

Давно он не обращался ко мне по имени. Дела наши совсем плохи…

— Но ты же магией владеешь. Может, попробуешь вернуть нас домой? — попросила я жалобно.

— Это могла Яга, с помощью специального артефакта. Я же говорил, — фыркнул он, снова становясь язвительным Кощеем Бессмертным. — Но раз просишь, щас сколдую.

Он вдруг приблизился, щёлкнул надо моей головой пальцами. Корни волос зашевелились. Причём, сначала не от ужаса. Заколка просто не выдержала и отлетела прочь, когда шевелюра окончательно взбунтовалась. Мои волосы рассыпались по плечам и начали быстро расти, пока не рухнули шикарными локонами на траву.

— Кощеев! — прорычала я бешено.

— Упс… — он виновато улыбнулся, взглянув на свои ладони. — Здесь магия мощнее.

— Упс? Упс?! Я теперь грёбенная Рапунцель!

/Кощей/

— Или Годива, — расхохотался я, наблюдая, как Наташка смешно кривится и пытается не наступить на кончики волос под ногами.

— Молчи, придурок! И больше не маши возле меня своими кривыми ручками. А то и одежды лишишь.

— Будто на тебе её много, — закатил я глаза.

У нас в городе стояла жара. Я сам в бриджах и футболке. А на Наташе, если очень грубо, было всего две тряпочки. Свободные джинсовые шорты с дизайнерскими дырками и синяя футболка, которую она подвязала узлом, открывая вид и на подтянутый живот. Правда удлинившаяся длина волос теперь скрывала соблазнительное тело.

— Гореволшебник несчастный, — пробормотала она под нос, вскинула подбородок и демонстративно от меня отвернулась.

Подобрав волосы с травы, она зашагала в сторону дома. Я поспешил за ней и прихватил волочащиеся за ней золотисто-русые пряди, которые она не сумела охватить.

— В доме может найтись что-то полезное. Карта, книги я вроде видела. Может, местный телефон?

— Это вряд ли.

— Забыла, что ты у нас всезнайка…

— Пф, это ты у нас занудная заучка.

— Не всем же в руки летят хорошие оценки. Кто-то на них пашет.

— Да ладно, тебе большинство оценок ставили за длинные ноги и ресницы.

— Не придумывай, Кощеев, — фыркнула она, даже не взглянув на меня.

А ноги и ресницы у неё действительно длинные. В школе за ней бегали все парни, пытались ухаживать, а она только нос кривила и учебниками отмахивалась. Выбрала в итоге этого качка Егора. Правда, мышцы он нарастил уже после школы, а был тихим спокойным парнем. Но я всё равно считаю, что в таком разнообразии и с такими данными, она могла бы выбрать кого получше.

Мы вернулись в избушку прошлой бабы Яги, намеренные отыскать хоть какую-то информацию о мире, в который попали. Но первым делом всё же нашли ножницы. Я предлагал свои услуги парикмахера, но Наташка посмотрела на меня как на душевнобольного и принялась кромсать своё внезапно обретённое богатство сама. Выходило довольно криво, но я старался не смеяться слишком громко. В конце концов это мой косяк. Магия в этом мире будто вообще не требует усилий и рвётся наружу, как кипяток из прорванного крана. На Земле любое колдовство даётся ценой максимальной концентрации, особенно на этапе обучения, но зато может здорово облегчить жизнь.

— Вот теперь гораздо лучше, — изрекла Наташа, взъерошив светлые волосы.

Те встопорщились, но снова вытянулись, лоснясь блеском. Магия работала.

— Если не удастся отсюда выбраться, сможешь рекламировать местные шампуни.

— Выберемся, — прорычала она упрямо.

— Зачем? Здесь есть магия.

— Потому что моя жизнь там, Бессмертный. Если хочешь, оставайся, хоть перестанешь мелькать передо мной на лестничной площадке, — эффектно взмахнув волосами, она двинулась к стеллажу с книгами.

Мне оставалось провожать её подтянутую задницу недовольным взглядом.

Продолжая привычно перебрасываться колкостями, мы принялись перебирать скарб прошлой хозяйка. К сожалению, человеческая нога здесь не ступала несколько сотен лет, потому книги буквально рассыпались в руках. Страницы более уцелевших были почти нечитаемы. Так что за полчаса изучения мы лишь надышались пылью и чуть не разругались.

— О, нашла что-то, — внезапно заявила эта заноза, вытаскивая рулон пожелтевшего пергамента из-за стопки истлевших книг.

Встряхнув пыль с древнего листка, она развернула его. Приблизившись, я тоже наклонился, приглядываясь к записям, выведенным красными чернилами. Нос защекотал свежий аромат духов Наташи. А повернувшись, я уткнулся носом в её щеку. И физически ощутил, как напряглось тело девушки. Она развернулась, недовольно наморщив нос. Только голубые с золотистыми искрами глаза смотрели с изумлением. Красивые. Такие же у её мамы, тёти Насти. Она добрая, не то что дочка. Кормила меня пирожками, когда отец задерживался на работе. Она же успокаивала меня, когда Наташка высмеяла меня перед всем классом. А я ведь просто хотел поговорить, ведь встретил другого мага. Наивный мальчишка. Стыдно вспомнить, как я тогда ревел. Отец зашивался не работе, ему было не до незначительных на его взгляд проблем ребёнка, и только тётя Настя меня поддержала. Где же она теперь? И где отец? Если их и не перетянуло на эту сторону, они, наверное, очень волнуются. Чтобы я не говорил Натке, я тоже хотел вернуться. Здесь масса возможностей, но и там мне жилось неплохо. Учёба в престижном ВУЗе, верный друг, внимание классных девчонок и вечная врагиня, которая не даёт скучать. Она, правда, никуда не делась.

— Хм, не знала, что у тебя остался шрам, — пробормотала Ната, вновь отворачиваясь от меня.

— Он незаметный, — я мимолётно коснулся кончиком пальца переносицы, несколько удивлённый тем, что она помнит эту историю.

Лет в восемь я неудачно упал на площадке в нашем доме. Тётя Настя с Наташей тогда отвезли меня в травмпункт. Признаться, я думал, мы с ней после этого подружимся, но между нами ничего не изменилось.

— Угу, — буркнула она, вчитываясь в строчки. — Странно так, не русский, а понимаю. Правда какая-то белиберда.

Наташа произнесла первое слово из свитка. Но… его запикало, как мат по телевизору. Вроде открыла рот, а прозвучал только тонкий сигнал.

— Что это было?! — нахмурилась она.

— Дай-ка мне, — забрав у неё свиток, я произнёс вслух следующее слово, но и оно утонуло в пронзительном звуке.

А потом вдруг подул резкий порыв ветра, прогремел гром, даже свет солнца, входящий сквозь грязные окна, померк. Мебель затряслась, ярко вспыхнул свет, сквозь который начали проявляться очертания человеческой фигуры.