он подвизался на ниве научно-популярных лекций, которые читал матросам. К слову сказать, читал он так хорошо, что до Петрограда вскоре дошли слухи, что моряки балтийского флота обратились в Петроградский совет и просят разрешения добраться до Тибета, пусть и с кровопролитными боями, лишь бы связаться с тамошними ламами и наконец-то найти желанную Шамбалу и обрести учение древних ради мира во всем мире.
Поначалу, узнав об этом, Александр Васильевич весьма струсил. Однако, как впоследствии оказалось, это сильно помогло его карьере.
На него обратили внимание из Петрограда, с верхушки новой революционной власти, чекисты, нквдшники, огпушники. Все те, кто решал, кому – жить, а кому умирать.
Шамбалу на тот момент искали и Россия, и Европа. Вопрос был один: кто первый найдет. Но от советов ее уже искал Рерих. И как бы сильно и красноречиво Варравченко не убеждал, что он единственный знает координаты, все же командировка его в Тибет в этот раз не состоялась.
Хотя это очень сильно подвигло его в работе над собственной теорией синтетического знания, Александр Васильевич, умеющий выживать в любых условиях, как прекрасный психолог, быстро понял, в чем заключены надежды и чаяния молодых управленцев. И, как не менее прекрасный оратор, составил замечательную речь о том, почему он необходим этой новой красной власти и почему деньги на экспедицию нужно выделить именно ему.
Тут пригодилось всё: и его происхождение, и его мытарства по стране в юные годы, и два его ареста в студенческие годы, которые он получил, выступая на стороне коммунистов. Но алмаз убеждения таился в изложении необходимости срочно, как можно быстрее, сию секунду, не медля связаться со всеми представителями восточных конфессий, всех восточных религий. И сделать это необходимо потому, чтобы победить запад, коллективного врага под именем Европа. Против такого аргумента революиционеры не должны были устоять.
«У Востока, – писал Варравченко, – У Востока свой путь и средства развития, путь эволюции и бескровного разрешения социальных противоречий на основе овладения наследством «древней науки», уцелевшей в Шамбале.» Он увлекательно излагал, что победа народившегося нового государства возможно только в том случае, если они, Советская Россия, доберутся до Шамбалы первыми, раньше, чем это сделают западные страны, которые навязали миру свое существование, свои научные методы, которые, на самом деле, как показал день сегодняшний, приняли уродливые черты. Людей обучают чему-то одному, как учит западная традиция, в итоге общество получает странного человека, знающего что-то только в одной области, и ничего не знающего о жизни, в то время как восточные конфессии предлагают комплексное знание о мире, не ограниченное, то самое, восточное, которое Александр Васильевич любезно излагает, называя его Дюнхор.
«В руках у руководителей воспитания в России до сих пор только европейский аналитический и экспериментально-лабораторный научный метод, – продолжал Александр Васильевич. – Самая сущность этого метода такова, что учащийся для полного овладения предметом должен, во-первых, всячески сузить свой кругозор…; во-вторых – он вынужден в течение долгого ряда лет мыслить по логическим и вычислительным схемам исключительно аналитического характера. Такое воспитание мысли неминуемо уродует мышление и восприятие…; в-третьих— в зависимости от вышеизложенного и выработавшейся массы специальных терминов и аналитических формул научная литература Запада, в том числе и учебники по всем научным специальностям, превратились в книги, совершенно недоступные для понимания не только для широких слоев народа, но даже для научных же специалистов самой высокой квалификации… Единственный путь выхода— посвятить идейных руководителей России в подлинную сущность того научного богатства, коим владеет скрыто Восток.»
Невозможно было не поверить, не последовать за талантливым оратором. Но все же в Монголии был Рерих, на Тибет опять шел Рерих. И Рерих был более могуществен и связи его с верхами во власти были крепче и солиднее.
Но Александр Васильевич и тут не растерялся. Близость к Кольскому полуострову и поклонники в ОГПУ дали ему доступ к секретной литературе. А это, в свою очередь, помогло обосновать необходимость его личной экспедиции. Не в Тибет. Да. Тибет оставался мечтой. Но порядка ста тысяч государство таки выделило на поездку… к лопарям, саамам Кольского полуострова.
А как же? Если нельзя зайти с парадного крыльца, Александр Васильевич зайдет с черного хода. Этому научила его жизнь.
Ну и пусть, да пожалуйста, Рерих в Тибете! Да сколько угодно! Видали мы ваш Тибет. Ваш Тибет – это жалкий отголосок настоящей цивилизации! Не знали? Ну что ж, будете знать. Культура Индии и всех этих лам зародилась как раз под боком у Александр Васильевича, на Кольском полуострове.
В обоснование этого Александр Васильевич указывал в письме к ОГПУ:
«Сегодня хорошо известна арктическая теория, озвученная Бал Гандгадхаром Тилаком. Между прочим, индийцем по происхождению. Жаль, что не довелось поговорить с ним, он умер буквально на днях, в 1920 году, однако нет причин не доверять ему. Ведь его доказательства основываются на изучении Вед и прочих древних текстов, индийских, заметьте, текстов, в которых черным по белому написано, что культура, та самая древняя культура Индии, хранимая на Тибете, пришла не иначе как с полярного круга.
Посудите сами, один из свадебных обрядов, которые до сих пор бытуют в Индии, содержит ошибку и дает повод насмехаться над женщинами. Индийские мужья говорят, что их жены врут с первого дня свадьбы. Все дело в том, что женщина во время бракосочетания клянется в собственной верности… полярной звездой! Полярной звездой, которая в Индии и не видна! Отчего бы это так? Не потому ли, что обряд пришел именно с Севера. Да-да, та самая Гиперборея, о которой писали еще древние греки здесь у меня под боком, на Кольском полуострове. И те самые древние арии – наши советские лопари! Народ Кольского полуострова! Пожалуйте, вот вам и еще доказательства. Извольте, вот вам Веды, цитирую: «Злой Вритра, или Вала, часто похищает солнце и прячет его в подземные твердыни, приставляя к нему страшных змей сторожить… Тогда солнце больше не поднимается (а разве это не полярная ночь, а похищает его не полярное сияние?).» Вот вам Махабхарата: «Здесь год – это сутки, делящиеся пополам на день и ночь (не напоминает ли вам это полярный день и полярную ночь, ночь плюс день – это сутки, сутки длиной в год). Над горой висит неподвижно Дхрува (Полярная звезда), вокруг которой ходят звезды – Семеро риш (Большая Медведица)…»
А само слово Кольский, то место, где живут наши лопари? Не связано ли оно со словом Коло, что значит Солнце. Какое же солнце на Полярном Круге? Да в том-то и дело, что раньше, несколько тысяч лет
